Звезды взаймы - Олег Кулагин

Устами Димы глаголет истина. А мудрые слова давно сидят в печёнках…

Уф-ф…

Наконец-то!

Справа открылся проход.

«Лифт» ещё не поднялся до его уровня, а мы торопливо стали выпрыгивать наружу – в большую, ярко освещённую комнату с высоким потолком.

Ну, вот! Другое дело.

В дальнем её конце маячит выход на лестницу. И ступени ведут вниз!

Мы торопимся к ним.

А пол вдруг уходит из-под ног. Куда-то проваливается…

– Держитесь! – орёт Бинк.

Мы падаем, пытаясь отползти.

Но каменная опора неумолимо переворачивается. И мы…

Нет, не летим к чертям в пылающую бездну.

Мы оказываемся в точно такой же комнате. С такой же лестницей.

Только теперь вверх тормашками?

Ведь каменная плита вместе с нами сделала полный оборот.

Я встаю и растерянно озираюсь по сторонам. А может, это раньше мы ходили вниз головой?

Вот наваждение…

Как ощутить разницу? И куда теперь ведут эти ступени?

Фэй-Тун усмехается:

– Я же говорил – все направления одинаковы.

Мы мрачно переглядываемся. Никто не пытается спорить.

Васька решительно идёт к лестнице.

Мы опускаемся по ступеням, идём по длинному сумрачному коридору.

Он заканчивается тупиком. Но над головой – уходящая вверх отвесная шахта.

Лубенчиков колеблется мгновенье. И первым делает шаг – туда, на вертикальную стену.

Со стороны это выглядит дико, нереально…

Запрокинув головы, мы ошалело таращимся вслед Ваське. А он бодро топает вверх – словно муха по обоям. Или таракан по кафелю…

Дима нервно хихикает.

Но Лубенчиков вдруг замирает.

– Эй, ты как? – спрашиваю озабоченно.

Он хмуро оглядывается:

– Нормально. Только я извиняюсь… Пускай дамы отвернутся.

«Дамы» и так топчутся где-то у нас за спинами. Обе покорно разворачиваются.

А Васька как ни в чем не бывало справляет малую нужду – прямо на вертикальную стену с письменами.

– Теперь ясно… – вздыхает Дима.

– Что?

– Почему люди закрывали форточки, когда видели пьяного Бэтмена.

Шаг вперёд – и стена превращается в пол.

Всё обыденно – до абсурдности. Верх и низ не имеют значения…

Минуты тянутся.

Направления меняются.

Коридоры, шахты, развилки… Они пересекаются под разными углами, сплетаются в бесконечный лабиринт.

Однообразный, лишённый смысла…

Сколько мы уже идём?

Полчаса? Час?

– Кажется, мы заблудились, – сухо объявляет Васька, присаживаясь на каменный пол.

Бинк мрачно шмыгает носом. Дима пялится перед собой взглядом лунатика.

Чего тут обсуждать?

Ясно и так…

Пирамида со сторонами почти в три километра – тут месяц можно разгуливать. Конечно, если бы у нас была еда. И вода…

На дне фляжки – едва плещется.

Я поворачиваю голову.

Фэй-Тун ссадил Лаг-Ни и прохаживается вдоль стены. Опять нашёл какие-то каракули. Внимательно их изучает.

Пытается отыскать подсказку?

Правильно.

Не стоит на нас надеяться.

Я слабо улыбнулся:

– Что, четвероногий, мы тебя подвели? Не оправдали высокого доверия?

Он серьёзно смотрит на меня. И впервые называет по имени:

– Ты ошибаешься, Лё-Ха…

– Это точно, – бормочет Васька, – мы тут все ошибаемся… Блуждаем, как придурки… А главная наша ошибка – в том, что мы не остались на Земле!

Хахир качает головой:

– Нет, сейчас вы всё делаете правильно.

Умолкает, рассматривая «иероглифы» на стене. И тихо говорит:

– Вы опять дарите мне надежду.

Я морщусь.

Красивые слова – это не про нас!

Медленно поднимаюсь. А чего лежать без толку? Отдохнули и вперёд – пока ещё держат ноги!

Хлопаю Лубенчикова по плечу:

– Расслабься! Теперь я – впереди…

– Да пребудет с тобой Сила, – искренне желает Васька.

– И Разум – тоже не повредит, – уточняет Дима.