Ричард Длинные Руки - курфюрст - Гай Юлий Орловский

— Да. Только не эти… мишени. Это для простых лучников, не так ли? А наш гость утверждает, что он герцог, эрцгерцог, курфюрст…

Эльф, которого она назвала контом Тулиэлем, посмотрел на нее, перевел взгляд на меня, затем снова на королеву.

— Ваше Величество…

В его приятном голосе прозвучало замешательство. Она сказала нетерпеливо:

— Значит, он должен стрелять лучше, чем простые лучники. Давайте вспомним спор Фоссаэля и Атаэля.

Его брови поднялись на середину лба, а удлиненные глаза распахнулись, как два голубых озера под чистым небом, откуда ушли тучи.

— Ваше Величество!.. Хорошо, все сделаю. Позвать Шеллиэля?

— Именно Шеллиэля, — согласилась она.

Конт Тулиэль исчез, мое сердце тревожно застучало. По нервам пробежал холодок. Что-то здесь не то и не так. Я держался слишком опрометчиво, в мишени стрелять не дают, где-то попался, а королева не дура, таких мудрых за милю видит и заранее прикидывает, где и на чем поймает альфа-самца…

Она произнесла ангельски сладким голоском, полным яда:

— Вон там далеко видите лучника в зеленой одежде?

Я всмотрелся, на фоне изумрудной зелени кустов его еще надо рассмотреть, кивнул.

— Да, только лук у него за спиной.

— Лук ему не понадобится, — объяснила она. — Он известен тем, что лучше всех умеет бросать камни. Сейчас он бросит вверх… орех. Вон тот стрелок… видите в шляпе с розовым пером?.. попадет в него с первой же стрелы.

— Ого, — сказал я невольно.

Она с ехидцей посмотрела в мое встревоженное лицо. Я не отрывал взгляда от эльфа с орехом в руке, далеко, гад, расположился…

— Что-то вы погрустнели, сэр Ричард, — заметила она с лицемерным сочувствием. — У вас так умеют?..

Я заставил свои похолодевшие губы шевельнуться:

— Что?.. Вы шутите… у нас так развлекаются дети!

Конт посмотрел на меня в изумлении, королева нахмурилась, голос ее прозвучал резче.

— Сэр Ричард!

— Ваша светлость, — сказал я учтиво, — давайте поступим так: если ваш Шеллиэль попадет в орех, то я сочту себя побежденным еще до начала соревнования. И, конечно, снимаю свое выгодное для вас предложение. Оставайтесь и живите по своему древнему уставу, постепенно отступая под натиском людей, которых так презираете… Но если его стрела не коснется ореха, вы принимаете мои… не буду повторяться. В общем, ваши лучники не дадут пройти мимо леса коннице герцога Беркширского.

Она внимательно всматривалась в меня, к ней вернулась ее обычная настороженность и бдительность, но я уже смотрю глупо-надменно, вид гордый и самоуверенный, она перевела взгляд на внимательно слушающего конта.

— Вы слышали?

Он торжествующе улыбнулся.

— Ваше Величество…

Она произнесла с нажимом:

— Постарайтесь, чтобы Шеллиэль не промахнулся!

— Ваше Величество, — произнес он истово, — вы увидите, все будет сделано.

Он исчез, я видел, как подходит то к одному эльфу, то к другому, те разбежались, через некоторое время приблизился тот, кто будет стрелять в орех, я его сразу узнал: выше других в росте, с длинными могучими руками, лук почти в его рост.

Конт Тулиэль торопливо подошел к тому эльфу, что должен бросить орех в небо, пошептал ему что-то в ухо, тот выслушал, кивнул и сделал несколько широких шагов в нашу сторону.

Несмотря на трусливую дрожь в теле, я ощутил слабое злорадство. Королева не желает рисковать и велела эльфу с орехом подойти ближе, чтобы их суперстрелок точно не промахнулся!

Конт посмотрел на нее с вопросом в глазах, она милостиво кивнула.

— Разрешаю.

Конт прокричал звонко:

— Приготовиться!

Я взял лук в руки и наложил на тетиву стрелу. Королева заметила краем глаза, насмешливо улыбнулась.

— Хотите сами попасть?

— В орех? — изумился я. — Ваше Величество, вы меня обижаете!

Она искривила губы и отвернулась. Конт перехватил ее взгляд, повернулся к полю. Эльф с орехом опустил руку почти к земле, даже присел от усердия, а суперстрелок Шеллиэль начал медленно натягивать тетиву.

Зрелище впечатляющее, гигантская дуга красиво гнется, я просто чувствую ту мощь, с которой тугая тетива метнет стрелу…

Королева внезапно произнесла:

— С моей стороны есть обязательства… а с вашей? Сэр Ричард, если Шеллиэль попадет в орех… вы оставляете мир людей и полностью и всецело переходите в наш мир, где будете пребывать в рабстве до конца дней!

Я похолодел, но заставил себя кивнуть и сказать вслух:

— Клянусь.

Конт прокричал:

— На счет «три»… Готовы?.. Один… два… три!

Эльф с орехом с руке разогнулся, сам как тугая тетива. Из его ладони, вскинутой к небу, стремительно вылетел крохотный комочек и понесся вверх.

Я быстро натянул тетиву и краем глаза следил за Шеллиэлем. Сердце стучит часто и мощно, все рефлексы в теле обострены, и едва Шеллиэль выпустил стрелу, я тут же разжал пальцы.

Он выстрелил, как я и думал, с таким расчетом, чтобы его стрела поразила орех в высшей точке взлета. Тогда тот, постепенно замедляя движение, на мгновение замрет в воздухе, прежде чем начать падать обратно, в это время попасть в него легче всего…

Зрители ахнули, в воздухе раздался короткий треск. В синем небе мелькнули две стремительные, как мысль, черточки. Стрела Шеллиэля расщепилась на две равные половинки, те упали на поле, а эльф на поле тупо смотрел на неповрежденный орех, подкатившийся к его ногам.

Королева вздрогнула, повернула ко мне голову. Лицо медленно бледнело, глаза расширились. Зрители возбужденно шумели, визжали.

В нашу сторону бегом ринулся конт, за ним с опущенной головой потащился Шеллиэль, вид бесконечно виноватый, взгляд направлен в землю.

— Вы, — произнесла королева, — вы… сумели…

Дрожь все еще колотит меня, но облегчение такое, что я готов был расплакаться от счастья.

— Ваше Величество, — произнес я как можно небрежнее, — я же сказал, что даже это забава для детей. Что скажете теперь?

Она уловила намек в моем голосе, тяжело вздохнула.

— Вы переиграли нас, сэр Ричард, — произнесла она негодующим голосом. — Но мы выполним все, что я пообещала.