Стеклянный меч - Виктория Авеярд

Не успев вскрикнуть, я снова падаю – блок кружится. Но движутся не камеры. Это отказала гравитация.

– Гарет, стой! – кричу я в пустоту.

Никто не отвечает. Во всяком случае, никто из тех, кого я хочу услышать.

«Девочка-молния».

От этого голоса у меня чуть не раскалывается череп.

«Королева Элара».

На сей раз я бы предпочла сонар. Что-нибудь, способное меня убить. Смерть, по крайней мере, безопасна.

Я продолжаю падать. Может быть, от этого я и погибну. Умру прежде, чем она проберется ко мне в голову и обратит против всего, чем я дорожу. Но щупальца в мозгу уже укрепляются. Мои пальцы вздрагивают по приказу Элары, и между ними проскакивают искры.

Нет. Пожалуйста, не надо.

Я с силой ударяюсь о противоположную стену и, кажется, ломаю руку, но боли не чувствую. Элара ее забирает.

Издав хриплый вопль, я делаю то, что должна – использую последние остатки свободной воли, чтобы нырнуть под изогнутые прутья и вползти в камеру, полную Молчаливого камня. Он заглушает мою способность – и способность Элары тоже. Искры гаснут, чужая власть отступает, и ослепительная боль охватывает мою левую руку до плеча. Но я смеюсь сквозь слезы. Какая ирония судьбы. Королева выстроила тюрьму, чтобы помучить меня и других новокровок. А теперь это – единственное, что мешает ей исполнить свое желание.

Теперь это мое последнее прибежище.

Стоя у дальней стены в камере – которая, кажется, теперь стала полом, – я наблюдаю за змеящимся туманом. Выстрелы становятся реже, то ли потому что патроны заканчиваются, то ли потому что при такой ужасной видимости невозможно прицелиться. Мимо проносится огненный зигзаг, и я ожидаю увидеть Кэла, но его нет. Тем не менее я зову: «Кэл!» Но мой голос слаб. Камень, который меня спас, предъявляет свои права. Он давит, как груз на шее.

Королева не тратит много времени на поиски. Она приближается к решетке, и на мгновение я думаю, что у меня галлюцинации. Это не та сверкающая великолепная дама, которую я помню. Нет ни роскошного платья, ни драгоценностей – они сменились аккуратной темно-синей военной формой с белой отделкой. Даже волосы, которые обычно безупречно завиты и заплетены, теперь собраны в простой пучок. Увидев седину на висках у Элары, я смеюсь.

– Когда мы встретились в первый раз, ты сидела в точно такой же камере, – задумчиво произносит Элара, пригнувшись, чтобы лучше видеть меня. – Тогда решетки мне не помешали – они не помешают и теперь.

– Ну так зайди, – предлагаю я, сплюнув кровь.

Кажется, я лишилась зуба.

– Все та же девочка. Я думала, мир изменит тебя, но вместо этого… – Королева наклоняет голову набок, скалясь как кошка, – ты немного изменила мир. Если не будешь упрямиться, сможешь сделать большее.

Я едва дышу, но смеюсь.

– По-твоему, я полная дура?

«Заговаривай ей зубы. Отвлекай. Скоро кто-нибудь увидит ее. Кто-то же должен».

– Тогда будь по-твоему. – Королева вздыхает и выпрямляется.

Она подает знак кому-то незримому. «Стража», – думаю я с тоскливым смирением. Но в руке Элары возникает пистолет – и палец уже на курке.

– Я бы очень хотела еще разок оказаться в твоих мыслях. У тебя такие очаровательные иллюзии.

«Маленькая победа», – думаю я, закрывая глаза. Королева не получит молнию, и я ей не достанусь. Это победа.

И снова я чувствую, что падаю. Но вместо того чтобы получить пулю, ударяюсь лицом о решетку. Я открываю глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Элара летит прочь, выронив пистолет. Ее прекрасное лицо искажено страшным гневом. Охранники тоже рассыпаются и исчезают в желтоватых облаках. Кто-то хватает меня за здоровую руку и тянет к себе.

– Давай, Мэра, сам я не справлюсь, – говорит Шейд, пытаясь протащить меня через решетку.

Затаив дыхание, я протискиваюсь между прутьев наполовину. Видимо, этого достаточно, потому что внезапно мир сокращается, туман исчезает, и я, открыв глаза, вижу ослепительно белый кафель.

И чуть не падаю от радости. А когда я замечаю Сару, которая бежит ко мне, вытянув руки, а за ней поспевают Килорн и Джулиан, то действительно падаю. Кто-то очень теплый подхватывает меня и поворачивает на бок. Я шиплю, когда часть веса приходится на руку.

– Сначала перелом, потом ожоги, потом шрамы, – деловито распоряжается Кэл.

Я невольно стону, когда Сара касается моего тела. По руке распространяется блаженное онемение. Что-то холодит спину, исцеляя ожоги, которые точно были не стерильны. Но, прежде чем успевают пропасть уродливые узловатые шрамы, меня поднимают на ноги и отрывают от Сары.

Дверь в конце коридора разлетается на части – ее вышибает стремительно растущее дерево. К нам быстро устремляется туман. В нем появляются тени. Я знаю, кому они принадлежат.

Кэл ударяет огнем по подползающим ветвям и сжигает их, но угли тоже втягивает в ревущий вихрь.

– Кэмерон! – кричу я и кручу головой в поисках единственного человека, способного остановить Элару. Но ее нигде не видно.

– Она уже выбралась, пошли! – кричит Килорн и толкает меня вперед.

Эларе нужна именно я. Не ради моей способности, а ради лица. Если она получит власть надо мной, я вновь стану ее рупором и буду лгать людям, делать то, что она прикажет. Вот почему я бегу быстрее всех. Я всегда хорошо бегала. Оглянувшись, я понимаю, что опередила остальных на несколько метров. То, что я вижу, леденит кровь.

Кэлу приходится силой толкать Джулиана по коридору, не потому что тот слаб, а потому что пытается повернуть назад. Он хочет сразиться с королевой, побороться своим голосом с ее мыслями, ее шепотом. Отомстить за смерть сестры, за увечье любимой, за растоптанную гордость. Но Кэл не желает терять последнего родного человека – он буквально тащит Джулиана дальше. Сара держится рядом с ним и цепляется за его руку, раз уж она не в силах кричать от ужаса.

Я заворачиваю за угол. И во что-то врезаюсь. Нет, в кого-то.

Еще одна женщина, которую я мечтала больше никогда не встречать.

Ара, Пантера, глава Дома Айрела, смотрит на меня черными как уголь глазами. Кожа у нее еще синеватая от действия Молчаливого камня, одежда висит лохмотьями. Но сила, судя по стальному взгляду, уже возвращается. Обойти нельзя, только напролом. Я призываю молнию, чтобы убить ее – еще одного человека, который с самого начала знал, что я иная.

Она реагирует быстрее и с нечеловеческим проворством хватает меня за плечи. Но, вместо того чтобы сломать мне шею или перерезать горло, Ара отбрасывает меня в сторону, и в ту же секунду что-то пролетает мимо. Изогнутое вращающееся лезвие, острое как бритва, размером с тарелку, проносится рядом с моим лицом, в сантиметре от носа. Я падаю на пол, потрясенно хватая ртом воздух и стискивая руками голову, которой чуть не лишилась. Ара Айрел стоит надо мной, уклоняясь от лезвий, которые свистят над нами. Они летят из другого конца коридора, где возвышается еще одна фигура из прошлого. Она превращает пластины своей знакомой чешуйчатой брони в метательные диски.