Война гармонии - Лиланд Экстон Модезитт

Сидя на краешке одной из узких коек, Джастин смотрел сквозь темноту на Дайалу, расстилавшую на своей постели тонкое одеяло, полученное в доме для гостей.

Откуда-то доносилось негромкое пение Дуваллы, а в полуоткрытое окно проникал запах свежеиспеченного хлеба. Даже центр Мерты мог показаться безлюдным в сравнении с окраиной Рибатты, однако и здесь снаружи слышались голоса. Правда, разобрать слов инженер не мог.

— Но должны же быть какие-то правила, — промолвил Джастин с ноткой раздражения в голосе. — Иначе я могу просто взобраться на холмик, сказать «Привет, Великий Лес» и уйти восвояси.

— Если Великий Лес согласится признать это достаточным, испытание на том и закончится. Не признает — значит, все будет по-иному. Но правила — тут ты не ошибся — существуют. Тебе надлежит войти в Великий Лес по тропе, берущей начало от черных скал, и ты не должен сходить с нее, пока не пройдешь до конца. Если почувствуешь, что идти дальше невмоготу, просто поверни назад и вернись к дороге на Мерту, — Дайала перевела дух и добавила: — Я обязана сказать, что у тебя будет и другой выбор.

— Обязана?

— Тебе придется выбирать между безопасностью и славой, — сказала Дайала, словно не услышав последнего вопроса. — Это единственные открытые для тебя возможности.

— Между безопасностью и славой? Что это значит?

Дайала опустила глаза.

— Ладно, — вздохнул Джастин, — оставим это. Скажи, когда испытание будет считаться законченным?

— Когда ты выйдешь на дорогу, ведущую в Мерту.

— Полагаю, это своего рода доказательство наличия у меня воли и стремления пройти свой путь, — промолвил Джастин, но тут же нахмурился, поерзал на узкой койке и добавил: — Тебя послушать, так получается, что все это очень просто. Но мне кажется, что так не бывает.

— «Просто» — не значит «легко». Пройти через Каменные Бугры в Наклос очень просто, но было ли это легко?

— И снова я должен спросить — почему ты отправилась за мной? Почему рисковала жизнью и тогда, и потом, когда я заплутал мыслями в Великом Лесу?

Она молча смотрела себе под ноги.

Джастин ждал, сидя на койке и постукивая пальцем по деревянной раме.

— Джастин, — заговорила, наконец, Дайала, — ты действительно смотришь, но не видишь. Разве могла бы я связать свою жизнь с твоей, а потом без нужды подвергнуть тебя опасности? Если я люблю тебя...

Очи друиды заблестели от слез, и Джастин, у которого тоже защипало глаза, ощутил ее печаль и досаду.

— Но почему... зачем ты связала наши жизни? — сбивчиво проговорил он. — Ты вовсе не была обязана меня спасать!

— Потому что ты... Формирующий. То, что ты... узнаешь, если выдержишь испытание, позволит тебе... изменить мир. А согласно завету ангелов... ни один Формирующий... не должен оставаться без связующих уз, — говорила она прерывисто, словно с трудом сдерживая рыдания.

На Джастина повеяло таким холодом, какого не принес бы и студеный ветер с Северного океана.