Молодость может многое - Александр Сергеевич Омельянюк

Домой они шли, как и в прошлый раз, неся по две полные сумки редко используемых продуктов. Так как за основными, постоянно употребляемыми продуктами Кочеты, а теперь Елена Андреевна с Андрюшкой ходили в продуктовую палатку в соседнее садоводство «Дружба», уже не отвлекая Платона от работы.

А та постепенно уже шла к завершению, окончившись уже по полудню в пятницу к скорому приезду на дачу четы Олыпиных.

Парни опять ваткой с ацетоном оттёрли свои руки и лица, бросив в костёр свои испачканные треники и ещё больше запачканные старые рубашки.

И после обеда Платон с Валерием сходили в лес и искупаться на речку, после чего наигрались дома в настольные игры, наелись с кустов чёрной смородины и малины, а также поочерёдно покатавшись на велосипеде.

А вечером за ужином Павел похвалил доморощенных маляров, как всегда в любом деле выпячивая, прежде всего, свою персону:

— «А вы хорошо красить научились!? Недаром я Платону показывал, как надо?» — вдруг удивил Павел, прежде всего, от неожиданности опешивших, Платона и Настю.

— «Паш! Ну, ты как всегда, вскакиваешь со своей персоной, как прыщ на ровном месте!? Прям, без тебя тут никак?!» — первой не выдержала жена.

— «Ничего себе, прыщ?! Такое пердило вымахало!?» — шепнул Платон на ухо Панову, вызвав у того осторожную довольную ухмылку.

— «Ну, ладно! Ладно тебе! Павел ведь почти один совершил такую тяжёлую работу с заменой фундамента! А вы тут ещё и с краской к нему лезете!?» — вступилась за зятя, всегда любящая правду, тёща, но про себя всё же отметив:

— А молодец, дочка! Всю правду-матку мужу в глаза сказала и при всех! Давно пора! А то тут перед чужими вечно воображает? Да и Платона частенько пытается на людях принизить! Видимо от зависти, что тот умнее его?!

— «Да никто к нему с краской не лез! Он сам начал! Но не туда залез! Не на тех, то бишь!» — всё ещё никак не могла успокоиться Настя, только что при всех пустив мужу «первую кровь».

А Платон сообразил, что дело идёт к семейной ссоре, и как всегда вовремя затушил разгоравшийся костёр на ходу придуманным анекдотом:

— «А, кстати! О нашей зелёной краске! Ведь её можно получить от смешивания жёлтой и синей красок!? Так в водной древней школе учитель так и поступил! А ученики решили, что тот колдун и сожгли его заживо!?».

— «А уже в наше время, на уроке рисования в одной из школ, дети получили задание изобразить своих родителей. И когда один мальчик нарисовал своему папе зелёные волосы, то на вопрос учительницы, ответил, что у него не было лысой краски!» — подхватила почин сына бывший педагог.

Тут и Павел поддержал общие устремления, выдав про зелёную краску армейские анекдоты, и опять пытаясь одержать верх над всеми:

— «Когда жена пожаловалась своему мужу, прапорщику из хозвзвода, что ей нечем красить губы, то он тем же вечером принёс ей банку зелёной краски и кисть!» — первым загоготал он от удовольствия, что хоть этим чуть-чуть зацепил жену.

— «Прапорщик дал задание солдату покрасить доски и выбросить! А тот спрашивает, а зачем же тогда их выбрасывать? А прапорщик отвечает: А на кой ляд нам крашеные доски?! А солдат опять: Товарищ прапорщик, а зачем же тогда их вообще красить? А прапорщик: Так ведь краску куда-то надо девать?!» — с ранее слышимым анекдотом от мужа вовремя остановила его Настя.

— «Значит! Не зря я всё-таки ваш дом красил?!» — вдруг неожиданно и с серьёзным видом сделал вывод Валерий Панов, вызвав дружный и оглушительный хохот Кочетов и Олыпиных, потом ещё долго вспоминавших такой финал для их зелёной краски.

После завтрака в субботу, гружёные урожаями, Платон и Валерий двинулись на станцию Бронницы. Ведь на следующий день в воскресенье 26 июля у двойняшек Пановых был юбилей.

А Валерию уже в понедельник ещё нужно было, и выходить на работу. Потому в субботу ему предстояло помыться, поменять одежду и после «отдыха на даче» прийти в себя перед завтрашним походом в кафе.

Двадцатилетие со дня рождения они решили отметить в компании близких друзей в кафе на Чистых прудах, для чего их родители давно заказали им места аж на двенадцать человек. И Валерий давно пригласил Кочета и их общих друзей Попова, Петрова и Сарычева.

Для полноты компании не хватало только красавца Володи Лазаренко, осенью ожидавшегося из армии. Зато из армии в мае вернулся его сосед по парте, и тоже красавец, Владимир Смирнов, которого сразу и с успехом взяла в оборот Галя Терехова. А Нина обещала свободным парням сразу четырёх своих новых подруг, среди которых Платон тогда с удивлением пока услышал лишь имя Гали Фоминой.

— Надо же? И сотрудница ОГТ здесь как-то оказалась?! А-а! Это наверно Валерка Попов всё-таки охмурил её и пригласил?! Так может там ещё и Люба Оськина окажется? И только нам с Пановым и Генкой придётся там выбирать себе подругу, одной из которых окажется… Нина!? Ха-ха-ха! Вот для Петрова сюрприз будет?! Ведь получается, что для нас с Пановым — две неизвестные подружки?! Тогда Генке остаётся Нина! Не брату же она или мне?! Вот, умора будет!? А, в итоге, Нине, значит, ничего! А двух её подруг мы будем делить втроём! — небезосновательно предположил Кочет.

По пути на станцию Платон вспоминал это, смакуя большой объём отпускных событий, в этот раз уже свалившихся на него. А впереди была ещё целая неделя отпуска.

— Вот теперь я хорошо уже ощутил разницу в продолжительности отпуска у рабочего и ИТР! — про себя впервые радовался молодой Кочет своему, наконец, нормальному продолжительному отпуску.

— «Валер! А тебе огромнее спасибо за помощь! Хорошо, что мы с тобой всё успели сделать! Приезжай иногда сюда отдыхать!».

— «И тебе, Платон, спасибо за… отдых! Мне всё очень понравилось, даже красить я теперь научился! А приехать? Это уже на будущий год!».

— «А ты в конце лета и осенью поезжай со мной сюда за яблоками! У меня их бывает очень много! Всем хватит!».

— «Хорошо! Учту! Приеду, если не забудешь пригласить!».

В Реутово они ехали гружёными урожаями для всей семьи Пановых. Это был набор овощей: огурцы, различные зелень и корнеплоды, банки варенья из садовой земляники и с перекрученной с сахаром чёрной смородиной, а также яблоки Белого налива и Московской грушовки.

— Ха! Сказал он отдыхать?! Почти неделю пахали, как проклятые! Почти без отдыха! Использовал меня, как бесплатную рабочую силу! Нет,