Третья фиалка - Стивен Крейн

— Что она вам сказала? — спросила младшая Вустер.

— Что… Нет, ничего, ерунда!

Холланден с Хокером погрузились в глубокие размышления.

Тем же утром, немного позже, Хокер, улучив момент, когда рядом никого не было, сказал мисс Фэнхол:

— Я знаю, о чем с вами говорила миссис Траскот.

— В самом деле? — резко повернулась к нему она.

— Да, — покорно ответил он. — Бьюсь об заклад, что темой вашего разговора стала поездка на запряженной волами повозке.

Она на мгновение застыла в нерешительности, а потом воскликнула:

— И что же?

— Мне жаль, что так получилось, — вздохнул он.

— В самом деле? — надменно поинтересовалась она. — И чего же вам жаль? Что я прокатилась на повозке вашего отца или что миссис Траскот из-за этого со мной так бестактно обошлась?

— В некотором смысле, это моя вина.

— Что вы говорите? Полагаю, сейчас вы броситесь извиняться за то, что у вашего отца есть повозка, в которую он запрягает волов, так?

— Нет, но…

— Знаете, я буду ездить на ней каждый раз, когда захочу. Уверена, ваш отец с удовольствием меня прокатит. А если вас это так шокирует, вам совершенно не обязательно к нам присоединяться.

Они обменялись разгневанными взглядами.

— Вы все поставили с ног на голову, проявив традиционное для прекрасной половины человечества умение, — сказал Хокер.

Она задумалась, будто пыталась найти самый уничижительный ответ. Но вместо этого лишь резко спросила:

— Вам известно, что на следующей неделе мы возвращаемся домой?

Лицо Хокера неожиданно вспыхнуло.

— Возвращаетесь домой? Кто? Вы? Я ничего об этом не знал

— Ну конечно, — ответила она и с флегматичным видом добавила: — Я собиралась сказать вам раньше, но почему-то забыла.

— Вы… это правда? — заикаясь, спросил он.

— Разумеется, — кивнула она. — Мы же не можем оставаться здесь вечно.

Они надолго умолкли.

Наконец Хокер произнес:

— Помните, что я сказал вам вчера?

— Нет, не помню, вы разве мне что-то такое говорили?

— Вы прекрасно знаете, что я имею в виду! — возмущенно воскликнул он.

— Нет, не знаю.

— Ах да, куда вам! Вы никогда не утруждаете себя необходимостью запоминать что-то подобное! Конечно! Никогда!

— Вы просто смешны! — Она окинула его ледяным взглядом.

Хокер вскочил на ноги.

— Да, смешон! Клянусь Небом, я действительно смешон! — в бешенстве вскричал он.

— А теперь вы стали еще смешнее чем раньше, — засмеялась девушка.

Немного помолчав, он сухо сказал:

— Ну что же, мисс Фэнхолл, общаться с мистером Холланденом вам, вероятно, куда интереснее, чем разговаривать с таким смешным субъектом, как я.

Бодрым шагом человека, душу которого не снедает тревога, к ним подошел Холланден:

— Приветствую вас, молодые люди, почему бы вам не… Гм! Эй, Билли, подожди, куда ты?

— Я… — начал было тот, но девушка не дала ему договорить.

— Послушайте, Холли, — импульсивно воскликнула она. — Научите меня наконец удару, о котором мы с вами говорили. Я несколько раз пыталась его повторить, но так и не смогла. Вероятно, сначала надо научиться правильно держать ракетку. У вас он получается так красиво.

— Ну, а это как раз несложно, — сказал Холланден. — Я вам все покажу. Вы хотите прямо сейчас?

— Да, — ответила она.

— Тогда пойдемте на корт. Вперед, Билли!

— Нет, — ответил Хокер, не удостаивая друга взглядом. — Этим утром я точно не могу, Холли. Мне надо работать. До свидания!

Он склонился перед ними в легком поклоне и гордо удалился.

Холланден быстро повернулся к девушке:

— Что это на него нашло, на нашего Билли? Из-за чего он так скрежещет зубами? Что с ним?

— Ничего… А что? — удивленно спросила она.

— Поскольку он скрежещет зубами не хуже камнедробилки, — сурово произнес Холланден, — я спрашиваю вас: что с ним?

— А мне почем знать? — возмутилась она.

— Вы ему что-то сказали.

— Я? Ничего я ему не говорила.

— Нет, сказали.

— Холли, не говорите глупостей!

На какое-то время Холланден вступил в молчаливый спор с самим собой; наконец, он заметил:

— Ну, хорошо, я всегда утверждал, что у этого парня ужасный характер…

Девушка сверкнула в его сторону мимолетным взглядом.

— А теперь я уверен, что даже самый ужасный на всем белом свете.

— Вы правы, — кивнула она и тут же добавила: — Впрочем, все мужчины такие. Заявляю со всей ответственностью — вас невозможно постичь. Ни одна живая душа не знает, чего от вас ожидать. Вы взрываетесь, полыхаете гневом, ведете себя в высшей степени отвратительно по самым пустячным поводам и в самый неподходящий момент. Похоже, мужчины просто сумасшедшие.

— И я? — взволнованно воскликнул Холланден. — Что я кому плохого сделал?