Любовь в Сочи, мопс и белые ночи - Женя Онегина

– Из Москвы, – признался я. – И ей еще год учиться.

– Что делать будешь? – спросил Даня.

Но отвечать мне не пришлось. Зоя шикнула на него, и парень испуганно замолчал.

Что делать будешь, Свят?

Если бы я знал!

Она была такой… нежной, наверное. В ней не было привычной для меня жесткости, стержня, а может и дурости, которая заставляла всех моих подруг постоянно находиться в поиске приключений. Им, как и мне, был жизненно необходим адреналин.

Такой была Зоя. И Катя тоже. И почти все девчонки, кто работал со мной здесь или в Сочи.

Все мы жаждали экстрима, приключений, риска, от которого сердце замирало, а потом срывалось в бешеный галоп.

А Алиса была не такой.

Скромная домашняя девочка, которая никогда не заплывала за буйки.

Правильная ученица – пример для подражания.

Ее жизнь была обычной жизнью обычной городской девчонки.

И для меня места в ней не было.

Ремизов, ты же взрослый мужик!

Отпусти девочку, пока не поздно…

Поздно, Свят, поздно…

В ветклинике, несмотря на ночь, было людно. И не только людно.

Зоина мама, Анастасия Сергеевна, встретила нас вежливой улыбкой. Ласково поцеловала дочь и тут же переключилась на мопса, который внезапно проснулся и вообще выглядел довольно бодро.

Ему посмотрели уши, слегка помяли живот, послушали легкие.

Воланчик взирал на это с таким недоумением, что мы с Зоей с трудом сдерживали смех.

– С собакой все в порядке, – вынесла вердикт Зоина мама. – В легких чисто. Переохладился, испугался. Наверняка, все-таки ударился о камни, отсюда тошнота и вялость – ушиб головного мозга. Пес крепкий. Уже пришёл в себя. Но вы молодцы, что сорвались и приехали. Лучше перебдить. А девочка как?

– Спит в машине, – ответил я. – Она очень устала.

– Тогда не задерживайтесь. Идем, посмотрим, какая температура, и езжайте. Сейчас ей больше всего нужен нормальный сон и тепло. И собаке, кстати, тоже.

– Спасибо большое, – поблагодарил я и забрал мопса.

Тот сердито лизнул меня в нос и отвернулся.

Я усмехнулся.

Никакой я не предатель, Воланчик!

Я просто за тебя волновался!

Температура у Алисы тоже оказалась нормальной. Девчонка даже не проснулась, когда запищал направленный в ее лоб термометр.

– Девочка просто замерзла, перенервничала и устала, – заверила меня чудо-доктор. – Поезжайте скорее домой, Святослав, тебе тоже нужно как следует отдохнуть. А завтра, если будет хуже, покажи ее врачу.

Я вежливо поблагодарил Анастасию Сергеевну и попрощался.

– Спасибо, мам! – сказала Зоя. – Прости, что как всегда – как снег на голову.

– Я привыкла, дочь, – ответила женщина немного устало. – Но на неделе надеюсь заехать к вам на ужин. Поболтаем.

“Медвежий угол” встретил нас сонной тишиной.

Я выбрался из машины, подхватил на руки упирающуюся Алису и направился к своей эко хижине. Зоя прицепила на поводок бодрого отдохнувшего Воланчика и направилась с ним к реке, подальше от питомника, чтобы ненароком не переполошить хаски.

В домике было тепло. Я вручил зевающей Алисе полотенце, пушистый халат и отправил в душ. А сам вернулся к машине за вещами.

Даня был еще на парковке.

– Пустишь к себе на диван на пару часов? – спросил я.

– Всегда рад гостям, – усмехнулся Царевич. – Все настолько серьезно, Свят?

– Дань, за кого ты меня принимаешь? – искренне удивился я.

– Принести вам что-нибудь перекусить? – тут же перевел тему друг.

– Я сам справлюсь, – заверил я. – Если только завтра меня не лишат обеда и ужина за несанкционированное вторжение на кухню.

– В маленьком холодильнике у самой двери всегда есть еда для таких случаев.

– Я помню, Дань. Спасибо, – искренне поблагодарил я и добавил: – Я прослежу, чтобы Алиса поела, и приду к тебе.

Когда я вернулся в эко-хижину, Алиса дремала, свернувшись клубочком на самом краю широкой кровати. Но услышав меня, встрепенулась и села, зябко кутаясь в огромный банный халат.

– Я принес нам поесть, – сказал я.

– Спасибо, – ответила Алиса и смущенно улыбнулась. – А где Воланчик? И как он?

– Весьма бодр. Зоя с ним сейчас гуляет, а потом приведет сюда. И я смог дозвониться до Кати. У них все в порядке.

– Хорошо, – пробормотала девчонка тихо и сжала рукой полы халата у самого горла.

– Алис, нужно поесть, – напомнил я. – А потом ложись-ка спать. Тебе нужно как следует отдохнуть. А я пойду к Дане, не буду тебе мешать.

Алиса бросила на меня удивленный взгляд из-под ресниц, но спросила совсем другое:

– Во сколько мы завтра выезжаем к ГЭС?

Я нахмурился, но все-таки ответил честно:

– Тебе лучше остаться в “Медвежьем углу” и отдохнуть, Алис. Дождешься подруг здесь. Вкусная еда, хорошая компания, свежий воздух… Что еще надо?

– А ты? – спросила девчонка тихо.

– А я вернусь к ребятам на маршрут.

Алиса не ответила. Взяла с тарелки бутерброд с копченым мясом и обиженно уставилась в окно. Я налил в большую кружку облепиховый чай и поставил перед ней.

И сам принялся за бутерброды. Некоторое время мы ели молча. Алиса дулась, я тренировал силу воли. Зоя и Воланчик пришли, когда еда почти закончилась и пауза значительно затянулась. Чудовище – возбужденное, счастливое и сырое от ночной росы – кинулось к нам, требуя угощение. Алиса ласково потрепала его за ушами и протянула крошечный кусочек мяса.

– Так вот кто его балует! – Зоя протянула мне пакет с кормом и походные миски. – Вкусняшки для вашего мальчика. Мы сделали все дела, пометили все кусты, и лично я собираюсь идти спать. Чудовище оставляю вам!

– Его зовут Воланчик! – воскликнули мы с Алисой одновременно.

Зоя недоверчиво покачала головой и вышла.

– Останься со мной, – попросила Алиса тихо.

– Не нужно, – ответил я. – Ты сама потом будешь жалеть об этом.

Алиса покраснела, но упрямо повторила:

– Останься, Свят. Просто так… Я буду спать, обещаю.

Я улыбнулся, пересел на кровать и легко поцеловал ее в висок.

– Быстро под одеяло, принцесса. Обещаю, что не уйду, пока ты не уснешь.

Девушка послушалась. Легла к стенке и укуталась в одеяло. Я поднял мопса на кровать, сам устроился с краю и осторожно обнял Алису. Уткнулся носом ей в макушку и закрыл глаза. Скоро ее дыхание выровнялось, и девушка уснула.

А я лежал рядом с ней еще некоторое время, рассматривая тонкие черты лица, заострившиеся скулы, чуть подрагивающие во сне прозрачные веки, считал веснушки на ее загорелых щеках и не смел коснуться бледных губ поцелуем.

Она не твоя, Свят…

Оставь девочку в покое.

Я все-таки уснул, а когда проснулся, комнату заливал солнечный свет. Алиса спала, разметавшись по кровати и скинув во сне одеяло. Я осторожно, стараясь ее не