Любовь в Сочи, мопс и белые ночи - Женя Онегина

– Тяжелая выдалась ночка? – усмехнулась Мика.

– Скорее день, – ответил я, взяв себя в руки. – Вчера были на новом маршруте.

– Все ищешь приключений, Святослав?

– Это моя работа, если ты помнишь, – ответил я.

– Работа? Правда?

– Микаэла… – мягко позвала мама.

Девушка недовольно фыркнула и отвернулась к окну.

– Так чем обязан? – спросил я, устраиваясь на диване в обнимку с мопсом.

– Сделать тебе кофе? – предложила маменька.

– Сделать, – согласился я, но решил не отступать: – И все-таки?

– Мне кажется, вам с Микой нужно поговорить, милый, – сказала мама тихо. – Без чужих ушей и ничего не скрывая. Я оставлю вас, если обещаете не драться. Спущусь к морю.

– Обещаю, – буркнул я.

– Только в целях самозащиты, – усмехнулась Микаэла.

– У вас полчаса, – сообщила родительница, забрала у меня упирающегося мопса и вышла.

Я поднялся и подошел к панорамному окну. Моря за деревьями видно не было, но ведущий к нему обрывистый, покрытый деревьями склон, начинался прямо у моих ног.

– Что ты решил с отелем, Свят? – спросила Мика прямо.

Я обернулся.

– Пока ничего не решил. Выкупить твою долю я сейчас не могу, прости…Но если ты продашь ее Царевичу, то я останусь без контрольного пакета. К чему такая спешка, Мика? Так и не расскажешь?

– Я выхожу замуж…

– Рад за тебя, но это и есть весь секрет?

– Мы уезжаем в Штаты, Свят. Я не смогу вернуться, когда захочу. Ты же знаешь, как это непросто.

– У меня нет свободных денег, Мика! – повторил я то, что говорил уже не раз. – Я жду, пока одобрят кредит. Но Царевич… Ты же знаешь Дениса!

– Уступи…

– Не могу. Я увел у него из-под носа очень прибыльный проект. Денис спит и видит вернуть долю в “Медвежьем углу”.

– “Медвежий угол”?

– База в Карелии. Там сейчас всем заправляет его сын, они повздорили из-за девчонки. Там некрасивая история. И я взял Даниила управляющим. Хватка у парня что надо, вот Денис и бесится. Я не уступлю, Мика. Мне нужно время!

– У меня его нет, прости.

– А у меня нет денег. Неужели ты сможешь отдать ему наше детище, Мика? – я подошел к ней со спины и положил ладони на узкие плечи. – Это же наш отель! Мы сделали его таким!

– Нас больше нет, Свят. Нас нет уже давно, – напомнила Мика и прижалась затылком к моей груди.

– Ты все решила, да?

– У тебя осталось десять дней, Святослав. Потом я продаю свою долю Денису и улетаю.

– Я тебя услышал.

– Ты не сдашься?

– Только не сейчас, Мик.

Она легко скинула мои ладони и поднялась. Подошла ближе, обняла меня, столкнув нас лбами, и прошептала в губы:

– Удачи тебе, Ремизов. Ты же знаешь, что я всегда за тебя болею.

– Но долю отдаешь Денису?

– Мне нужны деньги, Свят. Ничего личного.

Ее губы оказались горячими и чужими, а поцелуй вышел прощальным и горьким.

Я осторожно провел большим пальцем вдоль шрама. Мика шумно вздохнула, прижалась щекой к моей ладони и прошептала:

– Не нужно, Свят. Это не твоя вина.

– Моя, Мика, – прохрипел я и прижал девушку к себе.

Она осторожно отстранилась, улыбнулась и сказала:

– У тебя есть десять дней, Свят.

– Уже уходишь? – усмехнулся я.

– Уверена, у тебя тоже много дел.

Подхватив со стула крошечную сумку, Микаэла ушла.

Я взял со стола остывший кофе, сделал глоток, поморщился от его вязкой горечи.

Есть совершенно не хотелось, но круассаны выглядели так аппетитно, что я не глядя взял один. Резкий, приторный вкус соленой карамели немного отрезвил, заставив мозг работать.

До встречи в банке оставалось еще время, и я решил спуститься к морю. Идея оказалась так себе. Даже на закрытом пляже людей было столько, что о том, чтобы нормально поплавать пришлось забыть.

Я прыгнул в воду с волнореза, вынырнул, выслушал возмущенные вопли спасателей и снова ушел под воду. И совсем не удивился, когда обнаружил на берегу матушку, прижимающую к груди недовольное чудовище.

– Поговорили? – спросила она и протянула мне полотенце.

– Ты следишь за мной? – уточнил я.

Мама передернула плечами и ответила неохотно:

– Здесь просто больше некуда пойти.

Я усмехнулся.

– Мы поговорили, мам. Мика дала мне десять дней. Потом ее доля уйдет Царевичу.

– Что будешь делать?

– Запускать новый проект как можно быстрее. Если удастся заинтересовать нужных людей, то деньги будут. Правда, я рассчитывал, что у меня в запасе больше десяти дней.

– Не проще уступить Денису?

– Только не сейчас.

– Вы как маленькие дети! – от возмущения мама даже хотела всплеснуть руками, но вовремя вспомнила про собаку.

– Это деньги, мама. Ничего личного…

– Где-то я уже слышала эту фразу сегодня? – маменька сладко улыбнулась.

– Вы не только шпионите, но еще и подслушиваете, Альбина Сергеевна? – возмутился я.

Мой вопрос мама проигнорировала, зато сама пошла в атаку:

– Ты ведь наверняка не позавтракал нормально, сын! Идем сейчас же. Ты скоро себя загонишь, Свят!

Я не стал спорить. Во многом она была права.

Омлет с сыром, томатами и зеленью, сырники и облепиховый чай примирили меня с действительностью. Я даже сыто икнул, чем немедленно заслужил осуждающий маменькин взгляд.

– Обедать домой приедешь? – спросила она как бы между делом, но я уже понял, что дал слабину.

Проникнув в мое жилище, мама надежно окопалась в нем, и теперь у меня не было ни единого шанса.

– Вообще-то думал перекусить в городе…

– Мы давно не общались, милый, – проворковала маменька.

– Я приеду, – ответил я, сдаваясь.

Воланчик радостно потявкал, и я скормил ему кусок яблочного пирога.

– Ты избалуешь мне собаку! – возмутилась мама.

– Серьезно?

– Иди уже, а то опоздаешь.

– Спасибо за завтрак, мам, – произнес я тихо. – Все было очень вкусно!

Она только недовольно фыркнула, подошла и обняла меня, поцеловала в макушку. И сразу стало тепло, как в детстве.

Сколько себя помню, нам всегда было тесно рядом друг с другом, но и долго находиться в разлуке мы не могли.

– Что за глупая прическа, Свят? – недовольно спросила самая невыносимая женщина на свете и потянула меня за хвост.

– Мне пора, мам, – ответил я.

Она отстранилась и ответила:

– Удачи.

– Спасибо.

Я ушел к себе, быстро принял душ и переоделся в легкие брюки и рубашку. Когда я вышел в гостиную, мамы уже не было. Только на диване дремал сытый Воланчик.

Из-за пробок и проблем с парковкой я вызвал такси, но в последний момент решил выйти у Зимнего театра и пройтись пешком до Морского вокзала. Время позволяло. В тени парка, несмотря на полуденную жару, людей было немного. С моря дул легкий ветер, я вспомнил, что ближе к обеду обещали