Журавль среди волков - Джун Хёр

– Холодает, – наконец заметила я в попытке завести беседу. – Похоже, лето скоро закончится.

Тэхён растерянно взглянул на меня, и пару секунд мы стояли в неловком молчании, а потом пошли дальше вверх по склону, ничего не говоря. К тому времени как перед нами выросли ворота его поместья, витавшее в воздухе напряжение усилилось настолько, что я едва могла дышать.

– Ваш дом? – с трудом выдавила я.

Тэхён молча кивнул, глядя прямо перед собой.

По груди разлилось тепло, и в голову полезли незваные мысли, но я быстро отмахнулась от этих фантазий и строго себя отчитала. Не забывай, кто перед тобой, Хван Исыль. Брат жестокого правителя. Правителя, из-за которого мертвы твои отец и мать.

Этого оказалось достаточно, чтобы охладить мой пыл. Меня словно облили холодной морской водой, и я спросила уже спокойным голосом:

– Говорите, Вонсик придёт сюда?

Не успел принц ответить, как послышался цокот копыт. Мы обернулись и увидели всадника, а когда на него упал свет ближайшего фонаря, я узнала лицо.

– Я приказал слуге следовать за тобой, Хван Поён, – объяснил мой дядя и сощурился на Тэхёна. – Позвольте поговорить с вами наедине, ваше высочество.

Тэхён на секунду застыл, но быстро пришёл в себя и объявил о своём прибытии. А когда слуга выбежал на улицу, распахнув двери, сказал:

– Проведите чиновника Чхве в гостевой зал. Я сейчас же к нему присоединюсь.

Дядю увели, и мы остались вдвоём. Я в ужасе смотрела на Тэхёна.

– Что же делать?

Он обречённо вздохнул.

– Я предложу ему к нам присоединиться, но, если он откажется, мне придётся от него избавиться.

Кровь застыла у меня в жилах.

– Это моя вина. Я недостаточно осторожно выбирала слова, не проявила терпения…

– Не вини себя. Об этом невозможно говорить туманно.

– Прошу, не убивайте дядю. Это моя родня.

– Ты тоже окажешься в опасности, если оставим его в живых, – возразил Тэхён. – Не забывай, ты здесь для того, чтобы воссоединиться с сестрой – чего бы оно ни стоило.

– На убийство я не пойду.

– Исыль, ты уже согласилась ко мне присоединиться. Теперь поздно поворачивать назад.

Он выдержал мой взгляд, и на секунду в его глазах мелькнуло сочувствие.

– Наш путь требует жертв, – добавил Тэхён. – Цена свободы неизбежно высока.

22

Тэхён

Тэхён встретил гостя в сумрачном зале с мерцающими на полу фонарями. Блики танцевали по плечам чиновника Чхве, преклонившего колени перед принцем – только из правил приличия, но не искреннего уважения. Взгляд его был опущен на низкий столик, стоявший между ними.

– Вы знаете, почему я здесь, – сказал гость. – Ведь это вы отправили её ко мне?

Тэхён молча наблюдал за тем, как чиновник достаёт из кармана миниатюрный предмет и ставит перед собой. Он сразу узнал деревянную фигуру из чанги – «генерала», командующего всей красной армией.

– Зачем вы посеяли эти опасные идеи в её голове? – сдавленно произнёс Чхве. – И не притворяйтесь, будто ничего не знаете. Она намекнула на нечто скандальное, и я вполне уверен, что это вы повлияли на мою племянницу.

Тэхён всё молчал, рассматривая чиновника. Если разговор уйдёт не туда, ему придётся похоронить свой план вместе с телом несчастного, только и всего. Бояться нечего. Почему же ледяной страх сковал лёгкие? Тэхён не желал зла старику, тем более что он был близким родственником Исыль. Она и так потеряла почти всю свою семью.

– А я уверен, что вы не доживёте до рассвета, если не согласитесь к нам присоединиться, – наконец произнёс он.

Уголки губ чиновника дрогнули.

– Вы меня шантажируете? Это не самый мудрый поступок.

– Скорее гарантирую, что переворот неизбежен, и он непременно произойдёт. Как знать, не примут ли вас тогда за искреннего союзника вана Ёнсан-гуна и не убьют ли.

Какое-то время Чхве сидел молча, опустив взгляд и побледнев.

– Скажите, – наконец заговорил он, – почему вы считаете, что переворот неизбежен, если вот уже два года чиновники предпочитают молчать, чтобы сохранить свои жизни? Носят унизительные таблички, не смеют ни слова сказать против вана. С чего они вдруг передумают и пойдут на смертельный риск? Убеждения и ценности легко рушатся под весом страха.

– Времена меняются.

– Вот как?

– Богатые и влиятельные лица страны молчали, поскольку верили, что их не коснется тирания правителя, однако затем ван ввёл налог на земли и имущество знати, и теперь по всему государству разносятся слухи о том, что аристократия недовольна положением дел и что некоторые чиновники уже задумали переворот. Об этих переменах и речь.

Лицо дяди Исыль всё ещё выражало недоверие и опаску, и Тэхён продолжил:

– Очевидно, что катастрофа не за горами. Небеса оставили Ёнсан-гуна. Пора и нам оставить его в прошлом.

– И кем вы намерены его заменить? – сварливо поинтересовался Чхве, внезапно принимая вид наставника. – Собой?

– Наследником, великим принцем Чинсоном. Он первый в очереди на престол, поэтому против него не должно быть возражений.

Чхве так и не смотрел на Тэхёна, но тот заметил, что взгляд чиновника скользит по столу, словно следя за движением невидимых фигур в чанги. Юноша догадался, что он просчитывает вероятный риск и возможную выгоду. Достаточно ли высоки шансы на успех, и стоят ли они того, чтобы перевесить угрозу поражения.

– У меня нет влияния в армии, – осторожно добавил Тэхён, – но оно есть у заместителя командира Пака. Насколько мне известно, вы его близкий друг.

– Пак Вончжон? – нахмурился Чхве. – Он ближайший советник вана.

– Куда более важно то, что он брат госпожи Сынпхён, которая лишила себя жизни.

– Это всё слухи.

– Она была беременна от Ёнсан-гуна.

– Я… слышал о том, что он проявляет к ней интерес. Ещё давно. Значит, ему удалось соблазнить…

– Изнасиловать, – уточнил Тэхён.

Чхве смущённо кашлянул.

– Это тоже лишь слухи.

– Вы найдёте свидетельство преступления в дворцовой летописи. Чиновники, ведущие хронику, полностью независимы. Они записывают всё как есть и не стали бы лгать об изнасиловании и беременности.

– Запечатлено на века… – дрожащим голосом пробормотал Чхве. – Мне искренне хотелось верить в то, что это неправда. Госпожа Сынпхён и мне была как сестра.

Тэхён стиснул кулаки, скрывая дрожь в руках. Если не убедить его сейчас, другой возможности не представится.

– Интересно, что скажет ваш добрый друг, если узнает все подробности смерти своей сестры.

Чхве сдвинул брови.

– У Пак Вончжона широкие связи в армии, но даже если он поднимет войска, их будет слишком мало. На стороне вана в одной только столице сорок тысяч солдат.

– Вот важная