Помещик 2 - Михаил Шерр

Я быстро прикинул навскидку. Пятьдесят фунтов это при нынешних раскладах максимум рублей двадцать пять в день ассигнациями. Серебром около семи. Вот и считайте, батенька, сколько десятков лет вы будите набирать двести тысяч.

Но все расчеты и проработка очередных гениальных планов будет завтра. Я очень устал и еле стою на ногах.

Это крестьяне двужильные, а Александр Георгиевич Нестеров все таки был и пока во многом остается мажором.

Утром вставать совершенно не хотелось. Во всем теле была разбитость и работоспосбность равна нулю. Голова была совершенно пустой, но постепенно в неё начали заползать различные мысли.

И первой была, а когда придет весточка от моей Анечки? После тех дорожных видений я её для себя называл только Анечкой или Аней.

Но играть на струнах своей души явно не стоит и я прогнал мысли о ней. Подъем, Александр Георгиевич!

Неожиданно на мой зов пришел Андрей, хотя я рассчитывал увидеть Степана. Однако, Андрей похоже железный человек, свеж и весел. Нет ни каких следов усталости

— Как там наше имение поживает? — спросил я.

— Хорошо, барин, поживает. Пантелей уже вас в гостиной ожидает.

— Зови в столовую.

На завтрак Пелагея основным блюдом приготовила яичницу с беконом. Я усадил рядом с собой Пантелея и Андрея и приказал подавать.

Пантелей от неожиданности немного заробел, но освоился быстро.

— Устраиваетесь? — спросил я, расправившись с яичницей.

Степану я оставил распоряжение сразу же селить переселенцев в пустующие избы и они должны начать устраиваться еще прошлым вечером.

— Устраиваемся, — Пантелей запнулся и не очень уверенно продолжил, — Александр Георгиевич.

— Правильно мыслишь. Ну как на первое время пойдет? У меня здесь конечно не так, как у Муравьевых. Пока.

Пантелей улыбнулся.

— Пойдет. Я тоже думаю что пока.

— Через пару дней у меня будет вам ответственное дело. А сейчас обустраивайтесь.

Все дела в Калуге я решил отложить на завтра. А сегодня будет день работы с документами. Надо все таки попытаться понять какие долги перекупил Самохватов.

Если сегодня останется время, то вполне можно сходить и познакомиться с командой Пантелея.

Но непосредственно после завтрака я сходил на скотный двор и полюбовался на телят. Они были такие хорошие, что сердце радовалось при их виде.

Дожди, которые сопровождали меня по дороге в Питер и обратно прошли и у нас. Они были правда не такими продолжительными, но в поле все работы остановились.

Хотя для нас это было уже не принципиально. Сев озимых закончен, остался только клевер. И допахать небольшой клин моей земли, который весной я собираюсь пустить под однолетний посев люцерны. Это конечно при условии, что удастся купить семена.

Про выполненные и ставшиеся полевые работы мне поведал Степан, когда сопровождал меня на скотный двор.

Пелагея подала в павильон кофе и тонко нарезанные ломтики лимона, я принес из кабинета всё, что касалось долгов и углубился в изучение всех этих документов.

Итак непосредственно Самохватову я должен десять тысяч. Достаточно быстро я сделал выборку всех долгов до трех тысяч включительно.

Их по количеству больше всего и общая сумма больше сорока тысяч.

Я попытался понять почему для меня ориентир что общая сумма самохватовскго долга именно сорок тысяч. Совершенно не помню когда и от кого прозвучала эта цифра.

Но все мои попытки были тщетны. В конце концов я оставил это бесперспективное занятие и решил исходить из этой цифры.

Выбрав все что меньше или равно двум тысячам я быстро посчитал их общую сумму. Получилось чуть меньше двадцати шести тысяч. Плюс непосредственно самохватовские десять и в итоге тридцать шесть.

Всё, на этом финансово-долговые изыскания прекращаем. Если речь идет действительно о сорока тысячах, но картина понятна.

Эти долги надо погашать последними, они в своем большинстве самые свежие и даже хорошо,что их консолидировали.

После обеда я уже собрался идти к Пантелею, как пришел Вильям.

Вчера он меня очень удивил. Когда мы вернулись, наш английский товарищ не пришел и не встретил меня. На мой вопрос где он, Степан как-то странно развел руками и сказал, что Вильям очень занят.

Сегодня опять был такой же ответ.

И вот наконец-то я узнаю чем он был занят.

Вильям составлял итоговый отчет о фактически завершенных сельхозработах в имении.

Глава 11

По просьбе старосты Вильям составил отчёт о завершении сельскохозяйственных работ в имении. Конечно, говорить о полном завершении ещё не приходится, например, стоят невспаханными под осень десять гектаров господской пашни. Они весной пойдут под что-нибудь яровое.

Но для этого не надо привлекать кучу народа. Почти все могут спокойно заниматься домашними делами, своими личными огородами, копать ту же картошку, к примеру.

Можно организовывать что-нибудь масштабное в имении. Мужики, сезонные отходники, могут смело просить барина отпустить их. Всё это уже без ущерба основным работам в поле.

Это одна из причин, почему староста считает, что сельскохозяйственные работы в этом году завершены.

Вторая причина — моё обещание проставиться после окончания работ. Мне это совершенно не понятно. Наши мужики не производят впечатления зависимых от этого дела.

У меня есть соображения на эту тему, и я при случае свою гипотезу проверю.

Вильям тщательно обмерил все земли, и уничтожение почти всех межевых борозд реально дало прибавку пашни в семь десятин.

Но это было ещё не всё.

До нынешней осени пашня в имении состояла из двух практически одинаковых рядом расположенных участков. Между ними было почти десять десятин земли, которая реально пустовала.

Эти десятины были распаханы и включены в господский клин.

Кроме этого, тридцать десятин господского клина, которые должны были уйти под пар, засеяны клевером.

Вильям тщательно обследовал все сенокосы и предложил их улучшить: кое-где подсеять травы, а кое-где уничтожить заросли различных кустарников.

Сейчас как раз есть и время, и рабочие руки всё это делать. Вот только есть маленький нюанс — нет семян нужных трав.

Они в России есть, например, в Московском обществе сельского хозяйства. Но туда надо поехать и, самое главное, купить их.

Так что это пока предложение, его воплощение в жизнь которого зависит только от меня.

Кроме этого, Вильям проверил и облагородил отчёт Серафима.

Я быстро перевёл всё в более понятные мне килограммы и получилось, что всего бекона продано почти двести пятьдесят фунтов. В килограммах это сто с небольшим.

Моя прибыль — сорок пять — сорок семь копеек с фунта, а Саввы — тринадцать копеек.