Миха. Пролог - Константин Михайлович Ганин

– Веньку-то за что?

– Что значит «за что»? – Стив сделал удивлённое лицо. – Твой сын убивал людей, а сам между тем не относится к военным. Он есть просто гражданский мальчик. Мальчик-убийца, причём серийный. Как и ты есть, кстати. Хочешь знать, сколько крови посчитано на сыне?

– Так ты же сам, сука, доступ ему…

– Я не учитывал возможность вашего переезда, – чёрные линзы прятали глаза и эмоции старбеза. – В нашей стране не числится за ним жертв. У нас дела бы не было, но Интерпол арестует сразу на границе. У них есть полное досье.

– Стив, подожди, – Миха зажмурился, помотал головой. – Так пацанва же. Они во всех локациях играют.

– Ты не переживай за остальных – у Интерпола вместительные сервера, Миха, – ответил Стив сухо. – Все умещаются. Да и не держат они долго в тюрьме. Наступит призывной возраст – мальчики пойдут воевать. Тебя – так может отправят сразу на войну. Чего кормить зря такое тело?

– Стив, ты не боишься? – спросил Миха, подходя вплотную.

Старбез двумя пальцами упёрся в грудь, остановил.

– Так что? Мне тебя стоит на выезд подписывать или нет? Озвучь решение. Просто: «подписываю» или «отзываю».

– Я подумаю, – нехотя произнёс Миха.

– Ну вот и правильно сделаешь. А теперь побеседуем о главном, – сухо продолжил Стив. – То, что случилось с мальчиком, не должно было случиться – это есть его ошибка и недоработка решения. Софт уже корректируют.

– Кто бы сомневался.

– Миханя, тут нет врагов, поверь мне. И сама идея Massquit – есть гениальная. Игра ведёт к новому будущему! Представь, миллионы детей-воинов живут с чистой совестью.

– Ты хотел сказать «детей-убийц»?

– В целом есть так, но дослушай, пожалуйста, – попросил старбез. – Представь: те, кто пребывает на войне, смогут никого убивать и спать спокойно; те, кто убивает, не знают об этом и тоже не мучаются совестью. Общество будет гармонично. Ты можешь оценить всю красоту замысла?!

– Куда же от вас сбежать-то? – спросил Миха, разглядывая собеседника как неприятную и непонятную тварь.

– Сбежать – не есть вопрос, место ты знаешь… – Стив отвёл взгляд. – Но супруга твоя туда хочет? А про локации… Со сменой локации что-то у тебя изменилось бы? Как думаешь?

– Какая разница?

– Разница есть. Разница есть большая, Миханя! Разница встала между твоим восприятием и ценностями остальных людей – вот тут – разница, – он указал пальцем в лоб собеседнику. – Пропасть, а не разница! Ты этого не замечаешь?

– Не замечаю, – взгляд Михи накрыло поволокой, губа отвисла, обнажая дёсны.

– Поверь, есть так. В твоих вопросах бесконечных есть, в твоём вот этом вот безумном взгляде. И даже ответ известен, но озвучивать его не в наших правилах. Мне нравилось с тобой разговаривать. Да, нравилось! И пока нравилось, я держал себя в рамках. Сейчас могу сказать. Сказать? – спросил Стив, но ответа дожидаться не стал. – Не будешь дураком, послушаешь моего совета – и через месяц, максимум два, жизнь твоя облегчится, Миханя. Просто поверь.

– Мозг удалишь?

– Ну-у, – засмеялся Стив, – в каком-то смысле, – он непривычно смутился и покачал головой, стряхивая неудобное чувство. – Давай вернёмся к предмету? Миханя, ты – есть единственный, кто не подписан на «Ваши мысли».

– Секрета ты не открыл. За это право я каждый месяц отстёгиваю.

– А зачем? Платишь зачем? Ты думаешь, для кого это делали? «Ваши мысли», Миха! Это же есть интересно, это есть космос.

– Ну, предположим, мысли там не наши, а ваши…

– Какая может быть разница? – восхищённо взмахнул руками старбез. – Подборка делается персонально под индивида. По всем вопросам, о которых ты думаешь или только собираешься подумать, есть ролики, игры, изречения… Система всё поясняет, всё разжёвывает. Это есть интересно! Понимаешь? Это развивает.

– Не надо мне рассказывать. Я понимаю, о чём ты. У меня была эта гадость.

– Ну, фу! – Стив поморщился. – Так отписался почему?

– Не нашёл, где это… на паузу поставить. Самому вдруг подумать захотелось.

– Так в этом и был смысл. Пожалуйста – во время работы ничего не поступает – думай сколько угодно. Но если работать не надо – да, поток идёт непрерывный. Отдыхай! Читай, смотри, развивайся… но не загоняйся ты о лишнем!

– Я понял, понял, – хмуро кивнул Миха. – Пожалуй, я так как-нибудь…

– Так не получится, – задорный энтузиазм Стива исчез, как и не было. – Если ты не включишь подписку, то мне придётся сделать это насильно.

– Стив, я забыл тебе спасибо сказать, – усмехнулся Миха. – За пятый уровень огласки в моей квартире.

– Не жалко. Твой сын – уникум, для него делали. Пользуйся.

– Я уже, – Миха не удержался и зло рассмеялся. – Тебя сюрприз ждёт.

– Ты о чём сказал?

– Мы твой айди в игре опубликовали. С комментариями.

Стив вытянул шею, взял собеседника за грудки. Миха почувствовал дрожь в руках.

– Ты понимаешь, что это?! – спросил старбез сипло. Он рывком убрал руки, спрятал за спину, сделал шаг назад. – Это есть предательство, Миханя. – Стив замолчал, задумался. – Я согласую твою заявку. Я тебя выпущу, и даже звание дам – как офицер уедешь. На той стороне тебя сразу примут в строй. Езжай, Миханя.

– Ты думаешь, я там долго задержусь?

– А куда ты будешь деться? К диким уйдёшь? Думаешь, забыли тебя там?

Миха, не сводя взгляда с собеседника, тяжело поводил челюстью.

– Моих тоже отпустишь?

– Зачем? – оскалился Стив. – Венька есть отличный пилот. Он здесь нужен. Он – моя гарантия. Если что – дереву скормлю. Вот баронесса… Да, тут может быть неприятность. Супруге твоей придётся служить. И поверь, я прослежу, чтобы вы на одной линии оказались. Забавно будет по любимой жене стрелять. Да, Миханя?

– Закон не позволяет двух родителей на фронт, – улыбнулся Миха. – У тебя не выйдет, Стив.

– В отличие от тебя, Миханя, – в ответ оскалился старбез, – я знаю, как менять законы. Поверь – с этим я справлюсь.

Миха замахнулся, но ударить не смог – схватился за грудь, раззявил рот, жадно хватая воздух. Стив отошёл на пару шагов и сделал приглашающий жест к земле. Гигант качнулся, обмяк и повалился на плитку террасы.

***

Запах влажной земли, высокие облака, утренний озноб. Первая ясная заря после недели проливных дождей. Откинувшись на мокрые мешки, Миха из окопа наблюдал предрассветное небо. Из блиндажа вышел Терёха – единственный старик в их взводе. Он со скукой глянул наверх, поёжился.

– Небожителей ищешь? – спросил старик. – Видно иной раз террасы за облаками. Чуть заметно беленьким светятся, – он поводил в воздухе пальцем. – Прошлый месяц был у нас такой