Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 8 - Семён Афанасьев

— ЗАЧЕМ. ТЫ. ВЫЛИВАЕШЬ. НА. МЕНЯ. ВСЮ. ЭТУ. ГРЯЗЬ.

— Видимо, и вправду напрасно сотрясаем воздух. — Хозяйка кабинета сменила тон на деловой. — Ты моральный импотент и психологический кастрат, пап. А я с такими людьми бизнес не мутю. Не мучу. Не замучиваю. Тьху, не начинаю…

— ТЫ ПЬЯНА!

— … Мне очень горько это говорить и крайне грустно быть твоей дочерью. Жалко, что нельзя отыграть обратно — залезть к маме обратно, чтобы она родила меня от кого-нибудь другого. А свои далекоидущие корпоративные амбиции засунь себе туда, куда твой новый подопечный, он же бывший начальник, хотел сделать мне «мясной укол», — взгляд Уты расфокусировался, на лице мелькнула блуждающая улыбка. — О, цитирую дословно.

— Ты пьяна! Я жалею, что пришёл к нетрезвой идиотке!

— Дверь сзади, — вежливо предложила айтишница, полностью утрачивая интерес к общению.

— Сейчас сидишь здесь со мной четверть часа! Никуда не выходим! За это время прибудет нотариус — ты напишешь генеральную доверенность на голосование от твоего имени на расширенном Совете через два часа! На моё имя! — Мужчина едва не сорвался на дискант и перевёл дух. — Всё! Потом идёшь на директорскую парковку — моя машина тебя отвезёт домой! Проспишься — я тебя наберу!

Ута вначале нажала кнопку вызова секретаря и лишь потом ответила:

— Пошёл вон.

— Уэки-сан? — в дверях материализовалась всё та же девица, озабоченно косящаяся по очереди на обоих родственников.

Последнюю фразу она услышала.

— Что?.. — новый главный разработчик концерна Мацусита неверяще вскинулся. — Что ты сказала родному отцу?

— Пошёл нахер из моего кабинета, родной отец. Чтобы я тебя тут не видела, пока ещё работаю, по-хорошему — или вернёмся к обсуждению уже твоей задницы в руках известных борёкудан, — без видимых эмоций продублировала дочь. — Думаю, в такой мелочи гангстерша Миёси мне не откажет, а отбитого народа у них с избытком… Нозоми-тян, пожалуйста, проводи Уэки Юо за пределы департамента IT? — дальше она обратилась к секретарше. — Я сейчас извещу Йошиду-сан — безопасность должна аннулировать допуски этого человека на наш этаж. Пока я директор, данный персонаж сюда ходить не будет иначе как с действующим решением суда в зубах. Но не думаю, что он его получит. Исполнять.

Когда отец оглянулся через плечо в дверях, айтишница демонстративно хлебала из бутылки сливовку и дальше. Она специально «не заметила», как секретарша «случайно» вместе с миниатюрным лэптопом родителя захватила со стола и её такой же — в нём Ута последнюю пару дней, периодически консультируясь с Такидзиро, набрасывала, когда было время, варианты нового алгоритмического комплекса.

Уэки-младшая проводила резко протрезвевшим взглядом закрывшуюся дверь, отбросила в мусорку ещё не пустую бутылку и задумчиво выбила ногтями сложную дробь по столу.

То, что от бухой в стельку её не отличить, она знала по опыту, да и зеркало вон на стенке — взгляд как рога коровы, глаза стеклянные, запах характерный, движения тоже.

То, что её новейшие личные наработки находятся в «ушедшем» с родителем и секретаршей гаджете, в принципе, на этаже знали все. Пароли от её техники — всей и всегда — отец тоже знал, даже от обоих личных телефонов, ну такая традиция.

Никто не знал лишь о том, что таких вот плоских сверхлёгких ноутбуков у неё два, оба одинаковые с виду — второй куплен на собственные деньги и компании не принадлежит. И пароль на нём никому не известен.

В корпоративном ноуте, который унесли на её глазах, сочтя пьяной, Ута под влиянием необъяснимого куража и кое-каких лекций Решетникова вот уж несколько дней как держала качественную обманку — лично сконфигурированные паразитные версии, которые, по словам Такидзиро, на первый взгляд от верных путей не отличались, однако уже через две итерации безошибочно вели в методический тупик.

Оттуда выхода ни по программной, ни по аппаратной части, если верить одному светловолосому метису, найти в ближайшее десятилетие ни у кого не получится с гарантией.

Ута встряхнулась. Сходила в санузел умылась, прополоскала рот, приняла таблетку от опьянения. После этого написала в группу:

Такидзиро-кун, с тебя интим. Будешь должен — меня родной отец обокрал и кинул…

В ответ тут же пришло:

???

Ута по-детски прикусила язык и старательно выбила не с первого раза попадающим по буквам указательным пальцем:

Ты должен отработать мой моральный ущерб! Ко мне приходил мой отец — вместе с ним технично исчез второй комп-обманка.

Что там было? На этом компе?

— второй вопрос пришёл от Хаяси Юто, которого в данный чат на пятерых добавили сегодня.

Ложные следы к системным решениям, которые они ищут. Если Мацусита уйдёт в поиск по ним, Такидзиро-кун говорит, сливай воду. Тупиковый путь развития.

Писать о скабрезной части разговора с родителем Ута предусмотрительно не стала, хотя и очень хотелось.

Это уже очень много в текущих условиях.

— Хаяси-старший явно впечатлился, но других вопросов задавать не стал.

1. Такидзиро-кун, самое время делать ту статью, о которой ты говорил: перспективы и пути развития отрасли, международное разделение труда, кто какую роль из крупных концернов может сыграть в ближайшие 5 лет.

2. (!!!) Ты не забыл про подготовку к министерскому конкурсу? Если от нового стартапа мы не участвуем, потому что ты передумал — дай знать. Я не буду зря стойку на телефон делать.

— Ута дописала и принялась гипнотизировать взглядом экран в ожидании ответа — почему-то хотелось его получить немедленно.

В строке ответного сообщения, раздражая по полной, то появлялась, то исчезала виртуальная ручка — хафу начинал что-то набирать, но тут же прекращал.

Наконец его сложные попытки увенчались успехом:

Мы с Моэко-тян сейчас в суде. Не очень удобно разговаривать, мои извинения — суд идёт.

Глава 6

— Давайте предварительно побеседуем. — Судья формальными правилами не заморачивается.

Во-первых, он появляется в зале заседаний из общего коридора, не из своей двери. Во-вторых, игнорируя представителей государственного обвинения и компетентного органа, служитель Фемиды подходит вплотную к нам и нависает сверху — не совсем типичный сценарий, судя по удивлению адвоката.

— О чём будет разговор? — Придерживаю её