90 лет вместе со всей страной: воспоминания и размышления (Кантуры, Хитрые, Щерба) - Николай Александрович Каланов

фронтах ВОВ и в тылу. За содержание и музыкальность он превосходил гимны других стран. Наша страна пользовалась огромным международным авторитетом, способствовавшем освободительному движению колоний Азии, Африки, Латинской Америки. СССР быстро восстановил и развивал народное хозяйство по всем направлениям, превращаясь в высокоиндустриальную державу. В 1953 г. доллар США стоил 32 копейки. Об инфляции и безработице, кризисах разговора не было. Все делалось во имя отечества и высоко-нравственного духа сознания человека. Гимн и его музыку следовало оставить, заменив имена вождей Родиной, Отечеством, народом и другими нравственными терминами.

Формирование 42 артиллерийского полка улучшило питание. Новые офицеры, раненные фронтовики, были более гуманными, чем старшина Варакин. Началась учеба. Новые 45- и 76-мм пушки, мортиры, гаубицы. Теория стрельбы по закрытым позициям, аналитическая математика. Я никогда не делал ошибок в математике. И вдруг, у всех курсантов одинаковый ответ, а у меня – другой. Командир на меня как это ты? Я сам удивился, начал проверять, все правильно у меня. Я поднялся и воскликнул: «Поставьте передо мною всех математиков мира и я докажу, что я прав!». Вначале все захохотали и мы поспорили на обед. Я сначала доказал лучшему математику из них, – Карпенко Павлу, потом – и все убедились, что я прав. Командир меня по плечу хлопнул и говорит: «Ну, ты как Джордано Бруно, только без костра!».

Затем появились специальности – вычислители, топографы, радисты, связисты, разведчики. Как-то старшина батареи приказал мне и Уварову Вите перенести сундук (размером 60 см × 60 см × 100 см) со барахлом с одного склада в другой. Дорога проходила по канаве, в которую сливали помои из бараков землянок. По ней стекали и дождевые, и талые воды, не пересыхая как ручей. В районе лагеря была канава, перекрыта горбылями, наподобие досок – «кладка». Зимой солдаты часть досок отрывали на дрова, образуя дыры. Весной – половодье, глубина воды – более метра. Я шел впереди, Витя – сзади. Ему я кричал: Дыра! Третья, четвертая и т. д. Я: – Большая дыра! И перешагивая дыру, дернул вперед сундук. Витя не расслышал и шагнул в дыру под «кладку» в бурлящий ледяной поток. Он потянул на себя сундук и меня. Сундук застрял в дыре. Я свалился, но не в дыру. С трудом вытащили сундук. Витя здорово выкупался и если бы не удержался и упал с головой, то?.. Еле вылез на кладку с моей помощью. И побежал сушиться в нашу землянку. Я тоже вымочился, сторожа сундук, замерз, пока дожидался помощи.

Опять на фронт. 2-ой Белорусский

Павла Карпенко оставили как запевалу и поэта. Кадыгроба – как комсорга. Присвоили им сержантские звания и они готовили в этом же учебном полку новое пополнение. Мне тоже на выбор, я ведь был хорошим художником. Гимн Советского Союза оформлен был почти по моему образцу. Но я пошел со всеми на фронт.

В каких только «товарняках» вагонах мы не ехали. И Куйбышев, и Москву проехали. Москва мне не понравилась – деревня большая. На 2-ом Белорусском фронте распределял по частям полковник. Он вначале всех подряд в разные части направлял. Я не выдержал и обратился к нему: Почему распределение не по специальностям? Зачем государство тратило средства для обучения?. Он согласился и все начал переделывать. Собрал группу вычислителей, топографов и пр. артиллеристов, подозвал меня и еще одного. Показал нам на топографической карте куда вести группу и чтобы не попасть на немцев. Запомнить! Проверю потом. Карту забрал и примерно через час подозвал, дал нам по бумажке каждому отдельно, как запомнил, нарисовать маршрут. У меня оказался абсолютно точным, а у другого с ошибками. Он записал мою Ф. И. О., назначил меня вести отряд и всем выполнять мои указания. Удивился моей зрительной памяти. Путь в 14–15 км, мы должны пройти как можно быстрее. А там были и перелески, и овраги, и развилки и могли быть немцы. Местами мы пробегали бегом и пришли благополучно в нужную часть. Удивило меня, что только подошли, как нас встретил лейтенант: «Красноармеец Кантур ко мне!». Я подошел. Он спросил: Все ли нормально?. Очевидно, ему обо мне было сообщено из пункта распределения, и даже больше, что ко мне был проявлен интерес. Итак, вся команда приведенная мною. Была распределена в соответствии со специальностью. Я уже не помню, куда меня определили. Был 2-й Белорусский фронт и был бой. Танки немцев и «Тигр» шли упорно, а наши артиллеристы что-то заплошали. Пехота «Тигров» боялась и уже начала отступать, подминая нас. В 18 ОИПТД я был и наводчиком, метко стрелял и хорошо владел 45-мм пушкой. Я бросился к пушке, резко потребовал подкалиберный снаряд. Внимательно изучая ход «Тигра», я старался попасть ему под башню. По танкам стреляли несколько пушек. «Тигра» можно было подбить подкалиберным снарядом и этого записали за мной. «Тигр» был подбит, а тут еще и другой передний танк был подбит и немцы захлебнулись. Пехота наша вернулась. Тогда же похвалили меня за инициативу и спросили, какие награды я имею, а я – никаких, я воюю за Родину. Было сделано представление командиру полка о награждении меня медалью «За отвагу».

Награждение 1-й медалью «За отвагу»

Однако, наш полк и дивизия вскоре были переданы 1-ому Белорусскому фронту, так что медаль моя где-то долго бродила, но все же нашла, когда меня уже на 1-й Белорусском фронте представили к награде и тоже «За отвагу».

Награждение 2-й медалью «За отвагу»

Мы передислоцировались в район Кракова и Люблина в юго-восточной части Польши. Так как в моих документах было записано, что я отлично работаю с топоразведкой, взяли меня в свою группу для уточнения топографических карт прифронтовой полосы. Немцы отступая, разрушали многие тригонометрические и геодезические пункты, срезали леса. Карты не соответствовали. Начальник топослужбы капитан Багдасаров – кавказец, подвижный горец с острым взглядом. После нескольких съемок и привязок ему очень понравилась моя подвижность и высочайшая точность замкнутых привязок, особенно, работа с оптической алидадой. Частенько он не брал половину топографов: они медленно работают, ходить по горам не могут, и неточность в работе, а ты как серна, как истинный горец. Возьмем шустрых поляков. Вешки, рейки, приборы переносили. Вдвоем сделаем быстрее, а главное, точнее. Главное, точность. Это так было. Мы обслуживали прифронтовую полосу 1-го Белорусского и даже часть 1-го Украинского фронтов. Вернулись в полк уже к зиме и