Холодное пламя - Мари Милас

– Мы не стриптизеры, – ворчит Марк. Однако в уголках его глаз появляются маленькие морщинки от полуулыбки.

Продолжай говорить глупости, Лили, и тогда ты сможешь заставить его улыбаться.

Возможно.

Марк рассказывает мне о разных приспособлениях, которые они используют при спасательных операциях и обязанностях каждого из ребят.

– Это челюсти жизни. – Марк указывает на огромный инструмент похожий на плоскогубцы в одном из отсеков машины.

– Интересное название. – Я провожу кончиками пальцев по красному металлу.

– Потому что они действительно выручают тогда, когда от них зависит жизнь. Зачастую счет идет на секунды. Ими можно с легкостью разрезать металл автомобиля и вытащить человека.

Я слушаю Марка с открытым ртом. Даже тогда, когда он рассказывает о длине пожарных шлангов и размерах резервуаров для воды.

– У нас три машины. Тигр, Гепард и Лев.

– Целый зоопарк. – Я смотрю на почти одинаковые машины. – Какая из них твоя?

Он постукивает меня по виску указательным пальцем.

– Подумай.

Я делаю захват его пальца, как в кунг фу.

– Пальчиковый захват Уси. – Невинно склоняю голову на бок.

– Мне не больно, Лили. – Он смотрит на меня, как на маленькую тявкающую собаку.

В эту же секунду Марк каким-то образом обхватывает мое запястье, резко заводит руку за спину и прижимает меня грудью к пожарной машине, чье имя я, к сожалению, так и не успела выяснить. – Когда начинаешь атаку, доводи ее до конца. – Горячий шепот скользит по моей коже, пробуждая мурашки.

– Может быть, я тебя провоцировала, – выдыхаю я, прислонившись пылающей щекой к холодному металлу машины. Бросаю взгляд через плечо. – Не знала, что ты не умеешь держать себя в руках, капитан.

Глаза Марка вспыхивают лишь на секунду, но я успеваю заметить этот огонек, который пытается пробиться сквозь его ледяную завесу. Его грудь крепко прижата к моей спине и вибрирует от каждого тяжелого вздоха.

Сердце отбивает в груди ритм быстрее, чем в ча-ча-ча.

Низ живота пульсирует, а между бедер разливается влажное тепло, когда Марк слегка ослабляет хватку и проводит кончиками пальцев по полоске голой кожи на пояснице.

Может, стоит заменить физиопроцедуры на прикосновения Марка Саммерса? Думаю, они вылечат меня намного быстрее.

– Как зовут эту машину? – тихо спрашиваю я. Кажется, мы не собираемся прерывать наше странное состязание.

– Лев.

– Дай угадаю, она твоя? – хмыкаю я.

– Да. – Марк отпускает меня и делает несколько шагов назад, словно не доверяет себе.

Я тоже.

– Ты по знаку зодиака Лев, – говорю я.

Теперь мне известна дата его рождения, поэтому можно отправиться на какой-нибудь дерьмовый сайт и проверить нашу совместимость. Могу поспорить, она равняется отрицательному значению, судя по тому, как мы хотим свернуть друг другу шеи.

– А ты?

– Овен.

– Заметно, – весело хмыкает он. – Теперь ясно почему Пушинка была так добра. Она приняла тебя за свою.

Говорю же. Абсолютно не совместимы.

Я сдерживаю улыбку.

– Ненавижу тебя.

– Скажи еще раз. Это мед для моих ушей.

– Ты сегодня ужасно болтлив, капитан, – хихикаю я.

– А ты, как обычно, ужасная заноза в заднице, городская девушка.

На его губах наконец-то появляется крошечная улыбка. Такая слабая, но такая искренняя. Такая моя… что я тут же скучаю по ней.

Глава 15

Марк

Зрение и слух напряжены до предела. Я стараюсь контролировать каждое изменение в обстановке начиная с густо клубящегося дыма из окон, заканчивая любым посторонним звуком, кроме треска пламени, поглощающего второй этаж дома.

– Проверь кухню, – даю указание Чарли.

Сам прохожу в гостиную и осматриваю пространство под лестницей, которая начинает разрушаться.

– Сто одиннадцатая, с нами связался владелец, в подвале баллоны с пропаном, – взволнованно передает диспетчер через рацию.

Срываюсь с места и бегу на кухню. Если мы не выберемся через минуту, то взлетим на воздух вместе с домом.

Я встречаю Чарли на полпути, он кивает, давая понять, что все чисто.

– Уходи! – ору, перекрикивая скрип полыхающего дерева.

Он разводит руки, как бы говоря: «Какого хрена?».

– Пропан.

В этот момент с лестницы доносится истеричное мяуканье. Чарли широко распахивает глаза, а затем немедля ни секунды начинает бежать. Я хватаю его за руку и вновь кричу:

– Пошел вон, Чарли!

– Мы должны помочь ему.

Я знаю, что должны. Знаю. Не имеет значения: человек, собака, кошка или долбаный хомяк пытается спастись в пламени. Мы должны помочь.

– Уходи. Это приказ.

Чарли понимает, что он не может сказать ничего против, поэтому разворачивается и убегает.

Я устремляюсь к лестнице, мысленно прикидывая, сколько времени у меня есть. По идее, у меня нихрена его нет. Я уже должен взорваться с этим проклятым местом. Какой идиот хранит пропан в подвале? Тот, кто хочет поскорее отправиться на тот свет.

Взбираюсь по полуразрушенной лестнице, которая отдает таким жаром, что я ощущаю его даже сквозь спецодежду. Маленький котенок стоит, скукожившись на верхней ступени, и орет во все горло. Бедное животное.

– Давай, малыш, здесь жарко, как в аду, не находишь? Пора остыть. –  Быстро хватаю это крошечное существо и начинаю спускаться обратно.

Густой черный дым начинает заполнять первый этаж, поэтому видимость значительно ухудшается. Я восстанавливаю в памяти планировку дома и продолжаю вести отсчет секунд.

Дым стремится на кухню. Как только угарный газ доберется до подвала и пропана, наша песня будет спета.

Позади меня полностью обрушается лестница.

– Ты вовремя начал орать, друг. – Говорю котенку, которого прижимаю к груди, как новорожденного ребенка.

Пульс грохочет так громко и сильно, что начинает заглушать все остальные звуки. Каждая клетка в теле пульсирует.

Страх.

Это он.

Даже спасатели боятся, просто обычно мы посылаем страх к черту и предпочитаем думать, что у нас девять жизней, как у кошек.

Я смотрю на маленькое существо в моих руках.

– Прости, что отобрал у тебя шанс проверить на своей шкуре этот идиотский миф.

Мы оказываемся на улице, я пробегаю несколько метров. Оглушительный взрыв за моей спиной заставляет землю дрожать. Уверен, сейчас это похоже на какой-то боевик, где крутой парень грабит какой-нибудь банк, а за ним взрывается здание.

Я падаю на землю, а затем качусь к машине, чтобы быть подальше от этого ужаса.

– Ты совсем идиот! – вопит Томас, склоняясь надо мной.

Сбросив краги и шлем, поднимаю котенка на вытянутых руках. К сожалению или счастью, я всего лишь пожарный, а не парень из боевика. Поэтому в моих руках котенок, а не миллион долларов.

– Симба! – напеваю, как обезьяна в Короле Льве.

– Придурок, – ворчит Томас, выхватывая животное.

Затем надо мной склоняется почти вся команда и