Жаркое лето сорок первого - Рыжий

Тут же перекидываю автомат на грудь, оттягиваю затвор.

«Что делать? Куда дальше? Назад? Могу не успеть!» - Роем заметались мысли в моей голове.

Единственное место, где могу скрыться – придорожная канава. Тут же бросаюсь к ней, и, низко пригнувшись, пытаюсь спрятаться за грузовиком. Долго – сильно долго я возился с телами! Не нужно было никого вытаскивать на свежий воздух! Нужно было обыскивать тела в кабине. Или просто похватать оружие и скрыться в лесу!

Через секунду, я, наконец, понял. Мне страшно.

Побелевшими пальцами сжимаю ППШ. Дышу тяжело. Ещё и голову начало припекать – июльское солнце жжёт немилосердно.

С каждой секундой шум мотоциклетных моторов приближается. Через несколько минут я увидел немцев. Их было трое. На двух мотоциклах. Один с коляской. Второй – одиночный, ехал немного впереди.

Несмотря на разбитую дорогу, они очень быстро приближались к грузовику.

Если честно, у меня была надежда, что немцы просто проедут мимо, но мотоциклы остановились метрах в каких-то десяти-пятнадцати метрах от грузовика. Заглушили моторы. Спешились, при этом оставив одного из мотоциклистов в коляске. С пулемётом. А вот двое других направились к разбитому автомобилю.

Как-то непроизвольно замечаю оружие. Один в правой руке держит маузеровской карабин, а у второго на ремне висит автомат, знаменитый МР-38/40, который благодаря советским фильмам ошибочно называют «Шмайсером». Одеты одинаково: в серую форму, у обоих закатаны рукава. На головах глубокие шлемы, а на глазах – мотоциклетные очки-консервы. Идут расслабленно, о чём-то громко переговариваются, и судя по всему, ничего не опасаются.

Страх постепенно овладевает мной. Казалось бы: вот он враг, в руках у тебя ППШ – целься и стреляй. Вот только руки, почему-то бездействуют!

Немцы сделали ещё несколько шагов. Шедший впереди немец с автоматом на правом боку остановился, поднял очки-консервы на шлем и приложил ладонь к глазам. Начал всматриваться. Я упал вниз – не хватало ещё, чтобы он меня заметил.

Немец сложил руки рупором и прокричал:

- Russisch, komm zu mir! *

*Русский, иди ко мне! (нем)

Второй немец засмеялся и скороговоркой что-то прокричал по-немецки, после чего неожиданно перешёл на ломаный русский:

-Рус! Сдафайс! Плен! Ест! Жиснь! – Рубленными фразами предложил владелец карабина.

Перед глазами вдруг появился тот красноармеец из колонны пленных, которого немецкий солдат застрелил из пистолета, когда боец обессилил и упал. Мой мозг налился яростью. Привычным по охолощенному варианту оружия движением оттягиваю у ППШ затвор. Какая-то пара секунд, и, автомат готов к бою. Остается только вскинуть оружие, вложиться в плечо и поймать первого немца на прицел.

Вскидываю автомат, целюсь.

Немецкий автоматчик, заметивший мои приготовления, лениво начал стягивать с плеча автомат. Почему медленно? А кто его знает? Может быть подумал, что я играюсь и не буду стрелять в солдата германского Вермахта?

Плавно жму на спуск. ППШ непривычно бьёт в плечо отдачей.

«У СХП отдача слабее!» - запоздало понимаю я, посылая первую очередь мимо цели.

Немецкий автоматчик, стянув, наконец, свой МР-38/40 с плеча, достаточно быстро юркнул в сторону, скрываясь от моего взгляда корпусом автомобиля.

А вот второй немец, который кричал по-русски, наоборот, вместо того чтобы скрыться, решил повоевать. Во всяком случае он уже вскинул свой карабин к плечу и сделал первый выстрел. К счастью, от неожиданности у него рука дрогнула, или, возможно, просто промазал немец. В общем, пуля ушла мимо.

Чтобы сделать следующий выстрел, немцу требуется совсем немного времени – чтобы передёрнуть затвор . А вот этого времени я ему давать не собирался.

Одна очередь. Вторая. Третья. Старался отсекать очереди покороче, на два-три выстрела, но с непривычки выходило плохо – на каждую очередь потратил выстрелов по пять-семь. Неожиданно большой расход патронов. Неспроста ППШ называли «пожирателем» патронов.

Зато немца достал. Ну как достал. Одна из моих очередей попала тому в оружие, и, кажется, даже зацепила за бок. Немец начал заваливаться на бок и что-то кричать.

Долго оставаться на одном месте нельзя – бросаюсь вправо по придорожной канаве.

Вовремя!

Наконец очухался немец за пулемётом и открыл огонь из своего MG-34 в мою сторону. Над головой засвистели пули.

Снова стало очень страшно. Невыносимо захотелось жить.

Поворачиваю голову влево – пытаясь отслеживать немецкого автоматчика – и замечаю какое-то движение, будто бы шорох в небе. Через пару секунд, в нескольких метрах от меня падает граната на длинной деревянной ручке. Знаменитая немецкая Stielhandgranate М-24, хорошо знакомая мне по реконструкциям и компьютерным играм. Сколько там у неё задержка? Четыре секунды? Пять? Или восемь? «У неё запал горит восемь секунд. Можно до магазина успеть сходить и обратно!» - Кажется так говорили в каком-то фильме из моего времени?

Проверять не хотелось. Поэтому мне только и оставалось, что лечь в канаву и надеяться, что пронесёт.

Взрыв. Уши заложило. На меня посыпалась земля и какой-то мусор, но, вроде, ничего важного не зацепило.

Кое-как поднимаюсь на четвереньки и разворачиваю ППШ в сторону немца, немного высовываюсь из своего укрытия и тут же падаю вниз. Меня, кажется, оглушило – слышу лишь звон в ушах и ничего больше.

Ориентироваться становится сложно.

Где-то рядом в землю впиваются пули – это пулемётчик не успокаивается. Вот только понять, как близко ложатся пули сложно, к сожалению, я не в компьютерной игре и сохраниться не могу.

Неожиданно замечаю ещё один шорох. Граната падает прямо ко мне под ноги. Точно такая же, на длинной ручке. Отбежать не успеваю, поэтому хватаю и кидаю в сторону – из канавы.

Взрыв я ощущаю всем телом. Снова что-то сыпется мне на голову.

Кое-как отряхнувшись, хватаю в руки ППШ. Потом, перекатившись на пару метров в сторону, высовываюсь и посылаю очередь в сторону мотоциклиста. Не попал, конечно, но нервов немного потрепал.

Замечаю движение слева. Не целясь, посылаю в ту сторону очередь из ППШ. Выпущенные мной пули закоцали о кабину грузовика. Автомат замолчал – кончились патроны.

Вообще, перезарядить дисковый магазин на ППШ – задача не самая простая. К сожалению, он даже отдаленно на Автомат Калашникова, с которым даже ребёнок справится, не похож. Поэтому на перезарядку трачу непозволительно много времени. И, закономерно… не успеваю.

Я как раз только начал подносить запасной диск к магазиноприёмнику, как увидел высунувшегося из-за кабины грузовика немца. В руках он сжимал свой МР-38/40 и целился прямо в меня.

Ещё секунда… и…