Новенький - Дэвид Алмонд

– Дай пас! – кричит Джо.

– Пасуй, Джордж! Сюда! – кричат все.

Он подбрасывает мяч себе на колено, перекидывает через голову, отбивает пяткой. Он исполняет финты, выпады, повороты.

– Дай пас, Джордж!

– Сюда, Джордж!

– На головку, Джордж!

Он отрывается от преследователей, на полной скорости летит к воротам и бьёт с дальней дистанции – мяч в сетке.

Мы орём как безумные. Ничего подобного мы ещё не видели. Мы прыгаем, скачем вокруг Джорджа, обнимаемся, хлопаем его по плечу. Мы сияем от счастья.

– Потрясно, Джордж! – говорю я ему.

– Где ты научился так офигенно играть? – спрашивает Макси.

Молчит. Снова стоит как вкопанный и смотрит в пространство, словно ничего не произошло.

Игра возобновляется.

– Пасуй Джорджу! – кричим мы.

Мяч пролетает над ним, но он не двигается. Мяч прыгает мимо него, но он не двигается. Наконец мяч касается его ноги. Джордж мгновенно его перехватывает и устремляется к воротам. Один против всей команды соперника. Обводит всех. Они ничего не могут с ним поделать. Мяч снова в сетке. Я подбегаю, хлопаю его по спине.

– Чудеса творишь, друг!

Он смотрит на меня в упор. Он совсем не запыхался.

– Но ты нам-то пасуй иногда, – говорю я.

Мисс Кристал непрерывно пишет в блокноте. И улыбается.

– Ты в порядке? – спрашиваю я Джорджа.

– Просто великолепно, благодарю от души.

Игра возобновляется, и Джордж забивает ещё один гол, такой же потрясающий, как и два прежних. Матч окончен.

Подходит Макси, и мы вместе с Джорджем возвращаемся в школу.

– Это фантастика, друг, – говорит Макси.

Джордж молчит, моргает. Смотрит на меня и Макси своими бледно-голубыми глазами.

– Спасибо, друг, – говорит он.

15

Сейчас у нас музыка с миссис Имани. Отдельного помещения нет, мы просто сдвигаем столы после обеда и поём в зале. Миссис Имани улыбается всем нам, а Джорджу, который стоит рядом со мной, она даже машет.

– Здравствуй, Джордж, – говорит она. – Как я рада, что ты сегодня с нами!

Она смотрит на мисс Кристал, которая сидит у стеночки со своим блокнотом.

– И вам здравствовать, мисс Кристал, – говорит она. – Надеюсь, споёте вместе с ребятками.

Мисс Кристал хмурится и смотрит в пол.

Миссис Имани – очень классная тётка. Энергии через край. Её любят все до единого – даже те, кто не шибко любят музыку, и даже те, кто считают, что училка слегка сумасшедшая. Миссис Имани говорит, что музыка – это сама жизнь. Кстати, на языке суахили «има́ни» значит «вера». Миссис Имани в нас верит. И мы благодаря ей верим, что можем петь. И даже танцевать. Благодаря ей музыка втекает в человека. И вытекает из человека. Потому что музыка – это сама природа. Она с человеком с начала времён. Просто в древности люди пели в пещерах, а сегодня мы поём в школьном зале.

Когда миссис Имани у нас только появилась, Билли Додс вообще не пел. Потом он всё же попробовал, но получались не звуки, а хрюки. И всё же она его перехитрила – сказала, что песня «Глубокая река» предназначена для самого низкого голоса, для баса, чтобы он мог её не пропеть, а прогудеть. Он мялся, краснел, но в конце концов запел – медленно-медленно, тягуче-тягуче. Учительница и тут его поддержала: мол, эту песню нужно петь именно так.

Глубокая река,

Мой дом над Иорданом.

Глубокая река… Господь,

Переведи на мирный брег…

Миссис Имани всех нас заставила подпевать. Мы раскачивались и пели, а Билли Додс стоял в центре, и было видно, что он совершенно счастлив. С тех пор музыка – его любимый урок.

Музыка почти у всех любимый урок.

В последнее время мы разучиваем песню из Ганы под названием «Ту ту». Нам она нравится. Мелодия простая, и слова тоже. Но чтобы нам их напомнить, миссис Имани начинает петь сама:

Ту ту барима ту ту

Абофра ба

Ама ва да ва

Ту ту.

– Совсем просто, ага? – говорит она.

– Да, – отвечаем мы. – Просто.

– А сколько сложных движений и гармоний нужно для такой простоты! Только представьте!

Это правда. Мы используем барабаны, трещотки и бубны, и мы изрядно постарались, чтобы всё это звучало слаженно, естественно и красиво. Кто-то поёт тихо, кто-то громко, но все мы растворяемся в музыке.

– Просто, как сам человек, да? – говорит учительница.

– Что вы имеете в виду? – спрашивает Луиза.

– Ну, человек-то устроен очень просто. Все мы, в сущности, одинаковы, скроены по одному образцу: палка, палка, огуречик – получился человечек.

Мы смотрим друг на друга. Да, все мы одинаковые. Даже Джордж, мой странный новый приятель, имеет две ноги, две руки, туловище и голову.

– Но мы-то знаем, какие мы разные, верно? – продолжает миссис Имани. – Устроены просто, но какое разнообразие, какая сложность, какая тайна! – она смеётся. – У нас тут сборище загадочных существ!

Мы тоже смеёмся.

– А теперь, мои загадочки, – говорит миссис Имани, – готовимся петь!

Мы достаём барабаны, хлопушки и бубны. Я беру барабан. Разбиваемся на группы. Джорджа я держу при себе: нас теперь трое – мы с Макси и Джордж.

– Ты ещё не знаешь слов, – говорит ему миссис Имани. – Но ты их быстро запомнишь, я в тебя верю.

Она велит нам подышать, потрясти руками и ногами, раскрыть рты пошире и повыше, обнажить зубы, пошевелить языком. Она велит нам впустить в себя энергию музыки.

– Вы её чувствуете? – спрашивает миссис Имани.

– Да, – отвечаем мы. И не кривим душой.

Миссис Имани даёт ноту «ля»…

И мы начинаем петь. Мы поём, раскачиваемся, бьём в барабаны и трясём бубнами.

Ту ту барима ту ту

Абофра ба

Ама ва да ва

Ту ту.

В переводе: прости, чувак, прости. Из-за этого мальчишки ты рухнул лицом вниз. Прости. Прости.

Если вдруг кто-то пройдёт сейчас мимо школы и случайно заглянет в окно… Наверняка напугается! Мы похожи на древнее племя в древней пещере.

Джордж не поёт, стоит столбом. Я то постукиваю, то колочу по барабану. Я придвигаю барабан поближе к Джорджу – пусть ощутит вибрацию. Дрожь. Музыку.

Потом миссис Имани хвалит нас на все лады. И даёт советы – как можно петь ещё лучше. И