Новенький - Дэвид Алмонд

Она подсказывает, что сделать, чтобы в песне появилась мощь, глубина и нежность. Потом она пробирается к Джорджу:

– Не бойся, ты скоро запомнишь слова. Ты любишь петь?

Нет ответа.

– Мы тебе тоже подыщем песню. Как было с Билли. И ты полюбишь петь! А пока давай-ка выучим эту. Хочешь, помогу?

Нет ответа.

Она тихо поёт первую строчку песни.

Ту ту барима ту ту…

Джордж наклоняет голову и, кажется, слушает. Она снова поёт, а потом шепчет:

– Теперь ты, Джордж.

– Давай, друг, – говорю я.

Он открывает рот. И действительно пытается петь.

Ту ту барима ту ту…

Звуки он воспроизводит, но мелодию воспроизвести не может. Остаются слова – монотонные, будто выстроенные по линейке у него в тетради.

Миссис Имани снова поёт. Джордж снова пытается повторить. Без толку.

– Не волнуйся, Джордж, – говорит она. – Всё получится.

Джордж делает новую попытку.

Ту ту барима ту ту…

К нам подходит Билли Додс.

– Давай вместе, чувак, – говорит он.

Билли поёт. Джордж пытается петь. Без толку.

– Не боись, – говорит Билли. – Ты у нас запоёшь. Я же запел.

Мисс Кристал строчит в блокноте.

Джордж пытается петь. Миссис Имани улыбается.

– Ты непременно споёшь нам, Джордж. Самую прекрасную песню.

Джордж молчит.

– Всё случится, дорогой мой мальчик, всё случится, – говорит миссис Имани, и в глазах у неё стоят слёзы.

16

– Почему они всегда за ним следят? – спрашивает Макси, когда мы выходим из школы.

– Понятия не имею, – говорю я.

Мы уже за воротами. С одной стороны от меня идёт Макси, с другой – Джордж.

– Почему они всегда за тобой следят? – спрашивает Макси у Джорджа.

Джордж не отвечает, просто идёт рядом, глядя прямо перед собой.

Мисс Кристал – следом.

Метрах в ста позади неё из переулка выезжает чёрный фургон. Он ползёт за нами, как черепаха, и сияет на ярком солнце.

Мы идём себе. Идём. Подходим к лужайке, на которой растёт вишня. Останавливаемся под деревом.

– Тебе никогда не хотелось от них сбежать? – спрашивает Макси.

Джордж молчит.

Макси обходит меня, и мы образуем что-то типа треугольника: я, Джордж и Макси стоим тесно, почти соприкасаясь головами и телами.

Вокруг много детворы – кто-то возвращается из школы домой, кто-то просто слоняется по городу. Некоторые машут нам и зовут: «Джордж! Джордж!» Но мы ведём себя, словно вокруг никого нет, только мы – трое друзей.

– Расскажи, что происходит, – говорит Макси. – Мы тебя не выдадим.

Джордж молчит.

– У тебя есть ещё друзья? – спрашиваю я. – Дома или где-нибудь?

Молчит.

Я оглядываюсь и вижу, как мисс Кристал строчит в блокноте.

– А семья у тебя есть? – спрашивает Макси.

– Семья – это… – начинает Джордж, но я его перебиваю.

– Мы знаем, что такое семья, Джордж. У тебя она есть? У тебя есть мама и папа? А дом твой где?

Он смотрит на нас пустыми глазами, будто вовсе не понимает вопроса. Я дотрагиваюсь до его руки. Я смотрю ему в глаза, такие голубые, такие неподвижные.

– Кто ты, Джордж? – спрашиваю я.

Нет ответа.

Мисс Кристал приближается к нам. Медленно, но верно. Пусть, пусть она исчезнет, пусть перестанет подглядывать и шпионить! Я киваю на тропинку между домами.

– Это дорога на Коган-лес. Там свобода.

Мисс Кристал уже совсем близко. Мы отходим от вишни, идём мимо домов из серых камней и ракушечника, мимо детей, играющих за заборами и на обочинах чёрных асфальтовых дорог. Мимо пары бездомных собак.

– Это животные, – говорит Джордж.

– Да, – говорю я. – Собаки.

– Это дома. Это деревья. Это дети.

– Да. Молодец, Джордж.

– В небе есть птицы. Небо голубое.

– Да, – говорит Макси.

Мы доходим до магазинчика «Угловой у Вильфа». Макси ныряет внутрь и возвращается с чипсами: пакет сырно-луковых и пакет креветочных. Мы набиваем полные рты.

– Хочешь похрустеть? – еле ворочая языком, спрашивает Макси у Джорджа.

– Ему, наверное, нельзя, – говорю я.

– Почему нельзя? Конечно можно!

Он протягивает Джорджу чипс. Джордж открывает рот, высовывает язык, и Макси кладёт туда чипс. Джордж закрывает рот. Макси усмехается.

– Скажи, вкуснота? – говорит он.

Внезапно к нам подскакивает мисс Кристал.

– Открой рот, Джордж! – приказывает она.

Она раздвигает ему губы, разжимает зубы.

– Выплюнь!

Он не плюёт, но позволяет мисс Кристал залезть себе в рот. Она шурует там пальцами, вытаскивает кусочки сырно-лукового чипса, бросает на землю и принимается меня отчитывать:

– Ты же видел список! Ты знаешь, что ему нельзя всё это есть.

– Разве это вредно? – пытается возразить Макси.

Она вздыхает.

– Мальчики, – говорит она. – Вы не понимаете.

– Чего не понимаем?

– Не чего, а кого. Джорджа. Не понимаете, кто он такой и насколько он важен.

– Так объясните! – говорит Макси.

Она снова вздыхает.

– Единственное, что я вправе вам сказать: наш Джордж особенный. Да, ему это вредно. Его надо беречь. Вы ведь хотите о нём заботиться?

– Ага, – говорю я.

– Конечно, хотим, – говорит Макси. – Он наш друг.

– Хорошо. Значит, это наше общее дело.

Она снова суёт пальцы Джорджу в рот.

– Надеюсь, ничего не осталось, – говорит она. – Худшее позади.

Она строчит в блокноте. Отряхивает своё платье, приглаживает волосы Джорджа.

– Джордж непохож на других мальчиков. – Она осматривает нас с Макси поочерёдно. – Джордж не такой, как вы. Нам всем следует это помнить.

Мы смотрим на неё молча. И идём дальше.

Она не отстаёт.

– Не волнуйся, Джордж, – шепчет Макси. – Ты такой же, как мы.

Мы шагаем не оглядываясь.

– Им только кажется, что ты другой, – говорю я. – А ты такой же, как мы. Ты один из нас.

Я вдруг чувствую, что Джордж дотронулся до моего локтя.

– Ты Данни, – говорит он.

– Верно, – говорю я.

– А я Макси, – говорит Макси.

– Ты Макси, – говорит Джордж. – Ты Данни.

– А ты Джордж, – говорю я.

Он молчит. Я хочу ещё что-то добавить, но рядом снова вырастает мисс Кристал.

– Мы почти у цели? – спрашивает она. – Твой дом где-то рядом?

– Да, – отвечаю я.

Она улыбается Макси.

– А ты, Максимилиан, с нами не идёшь. Ты сейчас отправляешься к себе домой. Так?

– Так, – отвечает Макси, выпучив глаза.

Мы с ним на прощанье ударяем ладонью о ладонь.

Джордж смотрит. Макси поднимает руку Джорджа и показывает ему, как это делается. Джордж пробует пару раз, и у него получается. Он хлопает Макси по руке. Макси довольно улыбается.

– До встречи, чуваки, – говорит