Прикоснуться к безмолвной ярости - Р. А. Сэндпайпер

Приближаются, — пробормотала Чаэтор.

Я обернулся прежде, чем услышал это сам. Глухой хлопок крыльев — Калламонт летел с юга. Рубиновый и сапфировый драконы большую часть времени держались друг от друга на расстоянии, и, если один спал на башне Видариума, другого, как правило, можно было найти на крыше дворца.

Но, похоже, на этот раз он был не один. Я прищурился в тусклом свете и заметил всадника. За моей спиной Чаэтор потянулась и подалась к краю площадки, освобождая место для их посадки. Я перекинул оставшиеся ремни через руку и встал рядом с её шеей, положив вторую ладонь на тёплую кожу.

Калламонт вцепился в край башни расправленными когтями, и на мгновение два дракона заняли почти всё пространство, их крылья скользнули друг о друга.

Чаэтор зарычала, и как только Браксторн спрыгнул на башню, Калламонт тут же отлетел прочь, хлопая крыльями и снижаясь к лесу внизу. Чаэтор снова устроилась, а я, не отрываясь от ремней, взглянул на отца.

— Тоже решил устроить рассветный полёт? — спросил он дружелюбно. Его впалые щёки разрумянились от свежего воздуха, и даже осанка казалась лучше. Крепче.

Я покачал головой.

— Собираюсь вернуться в город.

Он прищурился.

— Почему так скоро?

— Нельзя надолго оставлять твою сестру у руля, — сказал я, натянуто улыбнувшись.

Браксторн рассмеялся — ровно так, как я и надеялся.

— Вчерашний трюк был хорош, — сказал он. — Сможешь сделать из этого что-то полезное?

Типично для отца — даже удовольствие он всегда искал с расчётом. Я всё равно кивнул.

— Работаю над этим.

Он потёр кожаные перчатки, дунул в ладони.

— Итак, леди Элисса?

Я больше не мог сдержать вопрос.

— Ты правда позволишь ему жениться на Ворске?

— Решил влезть в политику? — холодно спросил он.

— Это не о политике, — вырвалось у меня.

Он сделал шаг ко мне, и Чаэтор напряглась. Её инстинкт был защищать меня, но она знала, что эту битву я должен вести сам. Она могла рычать на Калламонта, но рычать на моего отца, своего короля, — совсем другое дело.

— А о чём же тогда? — спросил он.

— О её драконе, — сказал я. И это было отчасти правдой.

— Значит, всё-таки о политике.

Я затянул ремень под её передними лапами и повернулся к нему, скрестив руки, с лицом таким же раскрасневшимся, как у него.

— Ты знаешь Банриллена. Он не должен управлять драконом.

Браксторн вздохнул.

— Да, как ты мне и говорил, когда украл у него Чаэтор много лет назад. Я знаю твоё мнение.

— Ты сам говорил, что он был бы ужасным всадником.

— Тем удобнее, что всадницей будет его жена, а не он, — сказал он, и я уже открыл рот, но он отмахнулся от собственной колкости. — Я пытаюсь подобрать ему более подходящую партию, но, похоже, он даже упрямее тебя.

Я махнул рукой.

— Отдай ему принцессу Марго.

Даже предлагая это, я колебался. Если бы всё было, как я хочу, Банриллен вообще бы не женился. Но с Марго она большую часть времени была бы в Землях Аромата — наследница и принцесса в своём праве. А Танидвен была бы в безопасности.

Отец склонил голову набок.

— А ты женишься на леди Элиссе?

Из лёгких вырвался тонкий клубок пара, повисший в паузе между нами. Башни Видариума возвышались над главным зданием, и я видел, как первые всадники уже выходят во двор, готовясь к тренировке с оружием.

А если она не сможет бежать? Если ей действительно придётся выйти за моего брата? Рано или поздно они раскроют её тайну, когда увидят глаза дракона. И если она переживёт это разоблачение, не лишившись головы, насаженной на кол… какой станет её жизнь?

Ты однажды защитил меня от него, — беззвучно сказала Чаэтор. — Ты должен попытаться защитить её.

Я — тот, кто ранил её прежде, — ответил я. — Она никогда меня не примет.

Ты ранил её, чтобы спасти ей жизнь. У твоего брата таких сомнений нет. Как только её смерть перестанет угрожать ребёнку, чем её конец будет отличаться от судьбы твоей матери?

Она была права. Она всегда была права. Банриллен использует её. Ради детей, ради её дракона. А потом выбросит или посадит в клетку навсегда.

Я коснулся Чаэтор, ища опоры, и вновь посмотрел отцу в глаза. Он не отводил взгляда, и по его позе было ясно — он готов к схватке.

Логика. Только логика могла с ним сработать.

— Ты видел, какой я с Чаэтор.

— Ты хорошо её обучил, — признал он.

Ты? — отозвалась Чаэтор. — Обучил меня?

Дай мне сыграть по его правилам, Чаэ.

Она фыркнула, так тихо, что Браксторн не услышал бы этого даже вблизи.

Я кивнул отцу.

— Я так же смогу обучить и жену. Воспитать этого дракона как следует. Сделать его активом нашего королевства.

Брови отца опустились, взгляд стал ледяным.

— Я надеюсь, что неправильно тебя понял.

Я не двинулся.

— Позволь мне жениться на ней.

— Да хранит нас Эдрин, у этой девки что, волшебные сиськи? — выпалил он. Я с трудом удержался, чтобы не заступиться за неё, пока он разглядывал меня, а потом расхохотался. — Ответ — нет.

— Ты позволишь Банриллену жениться на ней, — сказал я глухо.

Отец снова рассмеялся — коротко, резко. Он шагнул ближе, сложив пальцы домиком. Я был выше его, но то, как он цокал языком, снова делало меня мальчишкой.

— Он — второй в иерархии, — протянул он, словно я был ребёнком в один спан. — Всего лишь генерал и, если Пятеро будут благосклонны, тебя не переживёт. Он не должен быть королём. А значит, у него больше свободы выбора, да. — Отец остановился под головой Чаэтор, всего в нескольких шагах от меня. Его сапфирово-синие глаза скользнули по мне с полным недоверием. — Похоже, я слишком многое тебе позволял.

Я сузил глаза.

— Отец—

— Нет, — перебил он. — Если ты хотя бы подумаешь сделать этой дикарке предложение, ты перестанешь быть моим наследником.

Удар прошёлся по мне волной.

— Ты лишишь меня права наследования?

Он не моргнул.

— Без колебаний. Мне стоило послушать твою тётю: она говорила, что лучше просто выбрать тебе жену и покончить с этим. Но я, старый мягкосердечный дурак, решил, что принц должен сам выбирать, куда сеять своё семя. Я ошибался. — Он сплюнул к моим ногам, и Чаэтор напряглась, её крылья сильнее прижались к бокам. — Я думал, что хотя бы у тебя есть голова на плечах. Теперь вижу, что вырастил двух мальчишек, неспособных