Дорога на райский остров - Виктория Холт

— Вы действительно сумасшедший.

— Отнюдь. Все, что я делаю, основывается на логике. Вы представляете для меня опасность так же, как и ваш брат. Вы приехали, чтобы найти его. Ну, так вы его нашли. И теперь присоединитесь к нему.

— Вы полагаете, что сможете убить меня так же, как моего брата? Его здесь никто не знал. А меня знают. И есть люди, которым станет интересно, что со мной произошло.

— Великому человеку с Карибы, например? Об этом уже позаботились. Лодка будет обнаружена… разбитой. Эвертон исчезнет вместе с вами. Это будет неоспоримым свидетельством. Кто-нибудь наверняка видел, как вы отплывали с Эвертоном.

— И они догадываются, что он повез меня сюда.

— С какой стати? О его связи со мной никому не известно.

— Я уже рассказала нескольким людям про тот случай, когда он привез меня сюда.

— Это не значит, что он привозил вас еще раз.

— Зато будет известно, что единственной причиной, почему я поехала с ним, мог быть только визит к вам.

— Вы блефуете. Никто не будет знать, что вы приехали сюда. Вы оказалась в ловушке.

И я подумала: «Он ведь это говорит серьезно — он холоден и расчетлив. И зачем я только нашла дневник? Если бы не это… Филип был бы сейчас дома… и я никогда не встретила бы Милтона».

— Милтон, Милтон, — повторяла я про себя его имя. — Где ты сейчас? Если бы только я могла до тебя достучаться… мысленно…

Я пыталась рассуждать здраво. Меня хватятся довольно скоро. Фелисити и Реймонд вернутся с прогулки и спросят, где я. Станут ли они волноваться? А вдруг они подумают, что я отправилась на ленч на плантацию. Видел ли кто-нибудь, как я отплывала с Джоном Эвертоном? Магда помахала мне рукой, когда я собиралась сесть в лодку, но вспомнит ли она об этом… скорее всего, нет, пока не станет слишком поздно.

Вполне возможно, что до вечера никто и не сообразит, что я исчезла. Если бы я смогла добежать до берега… сесть в лодку… и грести назад, на Карибу. Как мне вырваться от этого человека?

Он ненормальный. Он одержим прошлым так же, как прежде — я. Прошлое поймало меня в капкан, и его тоже. Энн Элис принесла мне свою трагедию, так же, как его прадед захватил его в сети своей жизни.

Взглянув в его холодные голубые глаза, я подумала, что смотрю в глаза смерти.

А мне так хотелось жить! Хотелось навсегда остаться с Милтоном. Я мечтала насладиться той жизнью, о которой он говорил: вернуться в Англию, завести детей. Я хотела этого уже давно, с того дня, как сердцем поняла, что люблю его, — однако никогда не осознавала этого яснее, чем теперь.

Может быть, стоит позвать его. Всем своим существом я старалась дотянуться до Милтона. Он должен почувствовать, что мне грозит опасность. Милтон, Милтон, где ты сейчас? Наверное, на плантации, следит за рубкой тростника. Милтон… Я беззвучно взывала к нему.

Я цеплялась за жизнь. Дорога была каждая минута. В сидевшем передо мной человеке была какая-то холодная одержимость. Он слишком наслаждался этой сценой, чтобы желать ее скорого завершения. В нем не было огня страсти, не было всеобъемлющего полового влечения. Для него это был своего рода ритуал — завершение истории Энн Элис и ее возлюбленного.

Если я смогу заставить его продолжать разговор…

— Вы обещали объяснить мне все, — напомнила я. — Сами же сказали, что я того заслуживаю.

— Что?

— В чем секрет этого острова? Почему вы не хотите, чтобы кто-то знал, что он находится на дне моря?

— Я скажу вам, — ответил он. — Мой прадед, возлюбленный Энн Элис, приехал сюда в поисках его. Остров он так и не нашел, однако его захватила золотая лихорадка. Видите ли, все дело в золоте. На острове было золото, причем так много, что оно было повсюду. Он был одержим золотом… и нашел его в Австралии. Стал весьма состоятельным. Женился и родил сына — моего деда, а тот пошел по его стопам. Однако золотая шахта — не бездонная яма. Золото кончается. Его поток иссякает. Дед был уже немолод, когда отправился на поиски острова. Этим была одержима вся наша семья… как это случилось с вашим братом и с вами.

— Да? — подсказала я. При этом я все время искала способ ускользнуть. Смогу ли я выбраться из этой комнаты? Где мне спрятаться? Наверное, в минуты опасности все чувства обостряются. Я напрягала слух. Мне показалось, что я услышала какое-то движение… снаружи… Магнус Перренсен был поглощен своим рассказом.

— Дед купил этот остров, чтобы быть поближе к тому месту, где, по его представлениям, должен был находиться Райский остров. Найти его стало целью всей жизни деда… и он нашел остров. Он отправил вниз ныряльщиков. Насчет золота все оказалось правдой. Оно казалось… неистощимым. В течение пятидесяти лет мы поднимали его со дна.

— Поэтому вы один из немногих удачливых золотодобытчиков в Австралии. Золото добывается на острове.

Перренсен кивнул.

— Он вам не принадлежит. Перренсен пожал плечами.

— Мы не хотим, чтобы другие вмешивались в наши дела.

— То есть вы хотите сказать, что другие могли бы попытаться получить свою долю золота? Остров ваш? Думаю, что нет… по закону…

— Он принадлежит моей семье, — твердо заявил Перренсен. — И останется в моей семье. Поэтому нам не нужны шныряющие вокруг маленькие смышленые шпионы.

— Начинаю понимать.

— Все очень ясно и логично, вы должны это признать.

Я вздрогнула, не верила своим глазам: к острову приближался корабль. Однако ничем не выдала своего волнения. С того места, где он сидел, Перренсен не мог видеть корабль. Я должна продолжать разговор, словно ничего не заметила. Должна заставить его сосредоточить на мне все внимание. Чувство облегчения, испытанное мною, было почти непереносимым. Кто-то плыл сюда.

Наверняка кто-нибудь из людей Перрснсена увидел приближающийся корабль. Сколько их было на острове, помимо самого Перрснсена и Джона Эвертона? Ныряльщики, наверное — они ведь необходимы, чтобы поднимать золото, потом — слуги. По-видимому, довольно много. Я предложила:

— А если, скажем, я уеду и никому ничего не скажу про остров?

— Как я могу доверять вам?

— Я дам вам слово.

— А как же ваш брат?

— Он умер. Я не могу вернуть его.

— Не люблю насилия, — заметил Перренсен.

— Да неужели? Вы меня удивляете.

— В смерти вашего брата не было никакого насилия. Он хотел спуститься на дно вместе с ныряльщиками. Я отправил его вниз и просто перерезал веревки. Мы оставили его на дне. Все было очень просто.

— Со мной вы собираетесь проделать то же самое?

— Я хотел, чтобы вы выпили напиток. Тогда вам было бы легче.

— Я бы заснула, а вы просто выбросили бы меня в море. Да, это было бы быстро и без хлопот.