Между «привет» и «прощай» - Эмма Скотт

«Но почему?»

– Милые часы, – спустя пару мгновений проговорила я. – Хронограф «TAG Heuer Carrera», верно?

Нахмурившись, он машинально прикрыл часы рукой.

– Вроде того. Откуда ты знаешь?

– Такие были на Томе Брэди во время рекламной кампании два года назад. – Я выгнула бровь. – Неплохо, Маккей.

– Они надежные, – мрачно проговорил он. – Что в этом плохого?

– Ничего, – согласилась я. – Напротив, думаю, здесь, в дикой местности, ничуть не помешало бы немного роскоши.

– Я не отказался от благ цивилизации, лишь от ее дрянных проявлений.

– Я так понимаю, ты не зависаешь в интернете?

– Зависаю в интернете? – Он скривился, словно бы эти слова на вкус отдавали гнилью. – Точно нет. Интернет – просто обман.

– Обман? – Я выгнула бровь. – Ну-ка поподробнее.

– В нем нет ничего настоящего. В лучшем случае ты наткнешься на кучку людей, выкладывающих тщательно отобранные фотографии с кадрами собственной жизни и притворяющихся счастливее, чем есть на самом деле. В худшем – попадешь на некое виртуальное собрание, где можно сколько угодно ныть и жаловаться, где убеждения принимаются на веру, хотя, по сути, являются сгустками отшлифованного дерьма.

– Ну и ну, кто бы мог подумать, – со смехом проговорила я. – Но в интернете есть свои плюсы.

– Назови один.

– Да хоть сотню. Во-первых, он весьма важен в моей работе. А еще там встречаются и впрямь чертовски забавные и умные люди. Однажды я видела мем с кошкой…

Эшер тут же покачал головой.

– Взгляни туда, – проговорил он, указывая на окно. – Вот где реальная жизнь, а вовсе не на экране. Ты когда-нибудь общалась с океаном?

– Общалась с океаном?

– Ну, просто сидела и смотрела на него? – Эшер смущенно пожал плечами.

– Да, конечно, много раз. В Канкуне, на Багамах, на Ямайке… – Я постучала ногтем по зубам. – Хотя теперь, когда ты упомянул об этом… Наверное, во всех случаях я держалась поближе к бассейну. Там как-то меньше песка.

– Пойдем. – Эшер скомкал салфетку.

– Куда?

– На пляж.

– Ты вроде бы собрался уходить.

– Ну, может, и нет.

Возбуждение, недавно дрожью прокатившееся по позвоночнику, теперь теплом растекалось в груди. Только сейчас, когда Эшер сказал, что может остаться, я осознала, насколько сильно не хотела его отпускать.

– Думаешь, я готова выйти на пляж?

– Да.

Через несколько минут Эшер сложил в сумку-холодильник бутылки местного чая со льдом под названием «Шака» и принесенные на обед сэндвичи, прихватил полотенца, солнцезащитный крем и два шезлонга из шкафа, где домовладельцы прятали кучу припасов. Мой пожарный нес все вещи, я же на костылях ковыляла следом за ним по дорожке, ведущей от домика к самому пляжу. Он сошел на песок, оставил там свою ношу, а потом вернулся за мной.

– Готова?

«Чтобы ты снова меня обнял? Да, конечно».

Я сжала костыли в одной руке, и Эшер осторожно подхватил меня на руки. Мой обет безбрачия и так уже висел на волоске, но теперь, в его объятиях… Тело словно подстраивалось под него, и я таяла в руках Эшера, чувствуя себя под его защитой в полной безопасности. Очень хотелось уткнуться носом ему в шею и глубоко вдохнуть мужской запах, и я с трудом сдержалась.

Пройдя по песку, Эшер осторожно помог мне сесть в один из шезлонгов, уложил мою ногу на сумку-холодильник и сам устроился рядом со мной. Было тихо; в обе стороны, насколько хватало глаз, простирался пустынный, нетронутый пляж. Впереди расстилалась темно-синяя водная гладь, волны с барашками белой пены мягко разбивались о берег.

– Знаешь, почему я так легко отказался от Нью-Йорка? – спросил Эшер, не сводя глаз с далекого горизонта. – Именно поэтому.

– Красиво, – согласилась я, – но не думаю…

– И не надо. Просто смотри, слушай, дыши.

Хотелось закатить глаза и отпустить очередную язвительную шутку, но я промолчала и просто откинулась на спинку шезлонга. Передо мной простирался безбрежный океан, насыщенно-синий, темнее неба с легкой дымкой облаков над головой, встречающегося с водной гладью у линии горизонта.

Спустя несколько минут я перевела взгляд на Эшера. Теперь лицо его казалось мягче, он выглядел расслабленным и умиротворенным.

Словно ощутив взгляд, он повернулся ко мне.

– Ну что? – поинтересовался он.

– Извини. – Я развела руками. – Никаких прозрений.

– Не волнуйся, у меня тоже не сразу получилось.

– Что именно?

– Впустить его. – Эшер перевел взгляд на воду, из его голоса исчезли саркастические нотки. – Может, это глупо или банально, но, сидя рядом с океаном, я чувствую некую связь, словно бы сам я – часть чего-то древнего и непостижимого. – Эшер набрал пригоршню песка и пропустил его сквозь пальцы. – В детстве у меня не было чего-то настоящего или постоянного. Может быть сейчас я это компенсирую. Как бы то ни было, во мне живет благодарность; наверное, именно через нее я ощущаю эту связь. Я благодарен океану просто за то, что он есть.

Я молча кивнула. Никогда еще не слышала, чтобы кто-то говорил о чем-то настолько личном. И конечно же, никому и в голову не приходило делиться этим со мной. Я не ощущала той же связи с океаном, но, слушая Эшера, вдруг почувствовала, что, возможно, когда-нибудь смогу обрести нечто подобное.

Какое-то время мы сидели молча, и эту тишину не хотелось заполнять глупыми сплетнями, бессмысленной болтовней или даже вопросами о нем, которые еще недавно так и рвались с языка.

Вскоре к нам подошла пожилая пара – обоим, наверное, было немного за шестьдесят; улыбающаяся женщина держала мужчину под руку.

– Простите за беспокойство, – проговорила женщина, – но вы так мило смотритесь вместе, что я не могла не спросить. У вас медовый месяц?

– Нет, мы… – Эшер покачал головой.

Я пихнула парня локтем, чтобы замолчал, и накрыла ладонью его руку.

– Да, – подтвердила я.

– Мы так и подумали. – Мужчина с женщиной обменялись довольными улыбками. – Вы очень красивая пара, и мы просто не смогли промолчать.

– Огромное спасибо! – поблагодарила я. – Вы сделали наш день лучше.

Просияв улыбками, мужчина с женщиной отправились дальше. Когда они удалились и больше не могли нас услышать, я дразняще улыбнулась Эшеру.

– Слышишь, милый? Мы красивая пара.

Однако Эшер не улыбался.

– Почему ты так сказала? – поинтересовался он.

– Потому что, – проговорила я, осторожно убирая ногу с сумки-холодильника и доставая оттуда бутылку чая со льдом, – скажи я им правду, они бы расстроились или даже смутились. Теперь же до конца дня они будут чувствовать себя хорошо. Ты видел их улыбки?

– Ну, да…

– Я позволила им