Сновидения - Яркая Дэйзи

— Нам некуда спешить, — парировала я.

— Не хочу торчать здесь вечность из-за тебя.

Я попыталась подавить хохот, но вышло плохо.

— Знаешь, что ни посмотрю, но ты мне кое-кого очень напоминаешь.

— Кого же?

Улыбка снова просияла на моём лице, я закрыла на короткий миг глаза, позволив тёплым воспоминаниям закрасться в душу.

— В детстве у меня во дворе ходил-бродил вечно ворчливый дед. На всех кричал по поводу и без: то кто-то слишком громко хохотал под окнами дома, то перебежал ему дорогу в неположенном месте, то просто слишком глупо и бурно давил на лице улыбку. Размахивал своей длинной тростью и грозился, что поколотит каждого, кто ему не приглянулся. Самоуверенно и бойко держал он в страхе всю округу, — начала я. Санеми притормозил и окинул меня зловещим взглядом, у меня чуть не подкосились ноги от волнения. — К чему это я! — шумно выдохнула через ноздри и продолжила я. — Несмотря на всё, что говорил старик, он и мухи за свой век не обидел. Потом, представляешь, оказалось, что этот чудак тот ещё добряк. Помню, шла по улице осенним вечером, наматывала сопли на кулак. Старик подозвал меня к себе, поманив костлявым пальцем, громко и выразительно ворча, сунул мне в руку огромную горсть шоколадных конфет. Всё причитая и вздыхая, какие они гадкие и невкусные. Развернулся ещё тогда и спешно убежал, чуть ли не подпрыгивая. Но я-то помнила и знала, что конфеты эти были его любимыми, выгребал он их из магазинчика чуть ли не мешками, — я сделала паузу, с удовольствием наблюдая за реакцией юноши. — Санеми, ты тот ещё старик. Сварливый и можешь «тростью поколотить по филейной части», но что-то доброе в тебе всё-таки есть. — И широко заулыбалась, обнажив белые зубы.

Санеми ничего не ответил. Даже не съязвил, не накричал и не нагрубил. Лишь какое-то время он всматривался в меня, не мигая, жадно блуждая взглядом по моему лицу.

— Ты! — на свисте недовольно выкрикнул он и резко отвернулся. — Не делай вид, что хорошо меня знаешь! — добавил юноша сердито, и я заметила, как его походка стала более расслабленной и пружинистой.

— Хорошо-хорошо, больше не буду. — От смеха у меня на глазах выступили слёзы.

Горы лениво сменились огромными полями, усеянными золотистой рожью. Небо ласково окрасилось в красные и жёлтые цвета пламени, укутавшись пушистым одеялом из облаков. Солнце, играясь своими лучами, сладко засыпало на горизонте, с любовью обнимая весь мир напоследок. Тёплый ветерок пробежался по ржи и поцеловал меня в щёки. Я блаженно подставила лицо закату.

— Скажи, ты ещё придёшь? — произнёс юноша. — Мэй. — И окинул меня ожидающим взглядом. Я сердечно заулыбалась, в моих глазах вспыхнули добрые и искренние чувства.

— А что? Хочешь? — задорные ноты заискрились в моём голосе. Какое-то время я и Санеми неотрывно смотрела друг на друга, словно продолжали беззвучный диалог.

— Не буду отвечать. — И он резко отвернулся. Я тоже отвела взгляд и устремила его в сторону горизонта. Ах, если бы всё только зависело от моего выбора, я бы приходила каждую ночь и к Кёджуро, и к Санеми.

— Хорошо, — тихо произнесла, но спутник меня услышал. — Постараюсь, — добавила неуверенно. Я не знала, какая наша встреча могла оказаться последней. Грёзы оставались всё ещё шаткими и хрупкими, как хрусталь, не поддаваясь моей власти. В этой сказке я была случайным странником, перед которым разворачивалась история, никак иначе быть не могло.

⋇⋆✦⋆⋇

Этот мужчина, оказавший мне помощь совместно со старушкой Микото, продолжал ко мне гаденько липнуть. Всё выискивал моего общества, как назойливая пиявка, чему я не была рада. Несмотря на безудержный хохот старушки и её неоднозначные взгляды, я не ощущала прилива радости. Откуда такое резкое внимание? Мы оставались чужаками, не зная друг о друге ничего. Неожиданный жар, сменивший холод равнодушия, вызывал тягучее, грязное отторжение, перемешанное с непреодолимым раздражением. Он изводил меня каждый день, ловил случайные касания и громко, безудержно говорил. Эта неожиданная преемственность пугала меня.

Терпение кануло в бездну одним злополучным вечером, когда мужчина вновь засветился на пороге моего дома после выписки. Жар из-за болезни почти отступил, но слабость, охватившая цепкими лапами тело, оставляла меня хрупкой. Словно невидимая сущность вытягивала из меня понемногу все силы. Сейчас я пожалела, что никогда не спрашивала, кто пришёл. Бездумно отворила дверь, бодро улыбнувшись, подумав о любимой старушке.

— Здравствуй… — над головой прогремел знакомый мужской голос, я сердито сморщилась. — Пустишь к себе? Я торт купил… торт. Поговорим, чаю… попьём, — закончил он, у меня по спине пробежалась волна неприятных мурашек. В сердце забурлило липкое чувство, словно кто-то меня оценивал сальным, грязным взглядом, как дешёвый товар на полке. Захотелось прижать руки к груди и прикрыться, только бы не ощущать себя так, будто с меня рвано сдирали одежду и кожу.

— Я не хочу с вами общаться, уходите! — Мои губы задрожали, я гневно воскликнула, ощутив, как сердце отбивало ритм громче сказанных слов. — Не приходите сюда больше! — Набралась я храбрости и попыталась рывком захлопнуть дверь, но вытянутая нога мужчины её удержала. Меня затрясло от осознания, что могло сейчас произойти. Неожиданно захотелось расплакаться горькими, обильными слезами от злости и собственной беспомощности. А потом упасть на колени в самом тёмном углу и обнять саму себя за плечи, раскачиваясь из стороны в сторону.

— Нет… ты не понимаешь, — заговорил он сухо и безжизненно, словно управляемый кем-то. Мужчина шатнулся и скривил спину, нависнув надо мной грозной тенью, я вдохнула полной грудью вонь грязного тела.

— Всё я понимаю! — Немая паника охватила мой разум, я изо всех сил дёрнула дверь на себя, но толку оказалось мало. — Уходите! Сейчас же!

— Мы должны быть вместе… — проигнорировал он мой отказ.

— Почему?! — Я широко и безумно заулыбалась, на глазах у меня проступили слёзы.

— Потому что ритуал должен быть завершён, — заговорил он низким и нечеловеческим голосом, как недоброе существо из сновидений. Дьявольское пламя, раздуваемое ветром, охватило моё сердце. Я окаменела от ужаса и бездумно уставилась в одну точку. С замиранием сердца я боялась узнать, что нежеланный гость мог сказать дальше. — Ты должна… послушно выполнять свою роль… у тебя… ещё нет дочери, — с трудом закончил он.

Отчаяние и страх ледяной волной окатили меня с ног до головы. Поддавшись безумству и ярости, я рывком отдавила ногу мужчины, тот заскулил и инстинктивно отпрыгнул в сторону, как человек, которому наступили на открытую рану. Я воспользовалась удачным моментом и громко захлопнула дверь перед носом незваного гостя. Стоило мне её защёлкнуть на замок, тотчас посыпались громкие хлопки и