Холодная зима в Фэрбэнксе - Энни Янг

– С носками может помочь Ава, – ответил Хантер, делая шаг в мою сторону. – Она отлично вяжет. А остальное…

Понимая, что он хочет продолжить этот разговор, я на секунду прикрыла глаза, собралась с духом, а затем, пробормотав «там, кажется, Невилл плачет», выскочила из кухни, оставляя Хантера одного.

Мне нельзя влюбляться в него. Хантер был слишком хорошим парнем для того, чтобы я разбила ему сердце.

На следующий день я всеми силами избегала встречи с Хантером, поэтому выскочила из дома в ту же самую минуту, как он вернулся из бара.

Я не хотела давать ему надежду на что-то большее между нами, но и сказать правду не могла. Если я признаюсь ему, что не собираюсь задерживаться на Аляске, нашим хорошим отношениям придет конец. А этого мне хотелось еще меньше. Я сама не могла разобраться в своих чувствах, что уж говорить о чувствах Хантера.

Фэрбенкс постепенно обрастал рождественскими украшениями: то тут, то там разноцветные гирлянды на домах, а кое-где в витринах и первые наряженные ели. Наступал декабрь, сезон охоты подходил к концу, а город просто продолжал жить своей жизнью.

Вспомнив о хостеле Авы, в котором елку с крыши не убирали круглый год, я улыбнулась. Эта женщина была подарком небес для семейства Бейли. Невилл ее обожал, а Ларри терпел, но и этого было уже много. Меня терпеть он все еще отказывался, но хотя бы не изводил. Ава как-то рассказала, что одна из прошлых нянь ушла после того, как обнаружила в своей кровати пару десятков жуков. Меня, конечно, так просто не напугаешь, но обиженный ребенок мог придумать что-то гораздо хуже жуков в постели, поэтому я надеялась, что теплое отношение ко мне Авы сыграет на руку и в наших отношениях с Ларри.

Иногда мне казалось, что Ава специально отправила меня в бар Хантера, словно в надежде устроить его личную жизнь. Конечно, идея о сводничестве звучала нелепо, но периодически все же возникала в моей голове. Я замечала многозначительные взгляды, которые она бросала на меня, стоило ей заглянуть к Хантеру домой, и периодически отбивалась от ее расспросов о нем.

Сделав круг, мои мысли снова вернулись к Хантеру. Вчера я всю ночь ворочалась с боку на бок, не в силах уснуть. Мой мир пошатнулся. Все, что я так любила, к чему стремилась, оказалось под угрозой из-за парня с широкой улыбкой и непоколебимой верой в хорошее, но я прекрасно понимала, что это ненадолго. Я не могла ничего ему предложить. Не могла заменить его детям мать. Я и себе-то не могла! Ответственный взрослый из меня точно не получился и вряд ли получится, а повторять судьбу Марты я не хотела. Это было бы жестоко по отношению ко всем троим Бейли. Они не заслужили очередного предательства.

Почти на рассвете, решив, что для их же блага правильнее всего будет держать дистанцию, я смогла наконец уснуть, чтобы уже через пару часов проснуться и начать новый день.

Дойдя до бара, я бросила взгляд на вывеску с именем Хантера и закусила губу.

Я просто буду держаться от него подальше.

– Ты выглядишь паршиво, – серьезно произнесла Лав, едва я подошла к барной стойке.

– Да, ты тоже, – привычно огрызнулась я.

– Эй, я серьезно. – Ее брови сошлись на переносице, хотя лицо и без того было достаточно хмурым. – Ты спала сегодня?

В голосе Лав проскользнули нотки заботы, и я, прищурившись, внимательно посмотрела на нее.

– Что? – Она развела руками. – Ты правда выглядишь так, словно через секунду отключишься прямо за стойкой. Я беспокоюсь не о тебе, а о том, что мне придется за тебя работать. Ты и так лишила меня выигрыша.

– Я предупреждала, что тебе стоит запомнить мое имя, – усмехнулась я, но от меня не укрылось, что последнюю тираду Лав произнесла только для поддержания репутации злобной стервы. Ее и правда обеспокоил мой вид. И это оказалось приятно. – Беспокойная ночка, – вздохнув, пробормотала я.

– Ларри, да? – с пониманием в голосе спросила она, ставя передо мной чашку с кофе.

Я кивнула в знак благодарности и сделала глоток крепко сваренного напитка. Чаще всего причина и правда была в Ларри, но на этот раз дело было в его слишком милом отце.

– Нет. – Я мотнула головой, отгоняя мысли о Хантере. – Просто устала.

И я не врала. Я понимала, почему официантки здесь не задерживались. Работать в Hunter’s bar в сезон охоты было адски сложно, но у меня была достаточно сильная мотивация, чтобы справиться с этим. Чем больше денег становилось у меня на счету, тем ближе я подбиралась к записи демки.

– Скоро станет проще, – ободряюще хлопнула меня по плечу Лав. – Сезон закончился, еще пара дней, и наступит затишье, которое продлится до самого Рождества.

– Это радует, – улыбнулась я, делая последний глоток. – Спасибо за кофе.

Лав прищурилась, но всего лишь кивнула мне в ответ, не выдав никакой очередной колкости. Кажется, она начала ко мне привыкать или и правда убедилась в том, что я не из тех, кто так просто сдается. Вынудить меня все бросить и вернуться в Нью-Йорк мог разве что контракт на запись альбома, но его пока не предвиделось. Все мои письма в продюсерские центры оставались без ответа, но я не отчаивалась. Еще немного времени, и деньги на запись у меня появятся, а там и продюсер найдется.

Окинув взглядом зал и кивнув Эшли в знак приветствия, я соскочила с барного стула и отправилась работать.

Впервые за последние недели в баре было довольно мало посетителей. Парочка постоянных клиентов из местных охотников, несколько туристов, еще надеющихся на добычу, и кто-то из горожан, решивших пропустить по стаканчику после рабочего дня.

– Эй, Кортни, а ты в курсе, что Лав проиграла из-за тебя деньги? – донесся до меня пьяный голос Джейкоба, одного из местных охотников.

– Я предупреждала ее, что задержусь, – в тон ему отозвалась я.

Мои слова были встречены громким хохотом и улюлюканьем.

– Ты мне нравишься. – Джейкоб казался пьянее, чем обычно, и я забеспокоилась.

Посетители редко внаглую распускали руки, да и драк при мне в баре еще не случалось, но Лав говорила, что стоит быть готовой ко всему, когда имеешь дело с охотниками.

– Больше, чем бурый медведь? – я попыталась отшутиться,