Тринадцатый. Мой любимый номер - Верона Виера

– У тебя шашки есть? Я бы сыграла в шашки.

– На желания!

Оживляюсь и тут же мысленно составляю свой список: свидания, поцелуи, решить контрольную за меня, выносить за меня неделю мусор.

– Проиграть не боишься?

Морошка с вызовом задирает подбородок и смотрит свысока.

– Вообще нет, потому что я никогда не проигрываю.

Встаю с дивана и подхожу к шкафу, но тут же торможу.

– Можешь выйти ненадолго? Я переоденусь, а заодно достану шашки.

Хитрю, потому светить бардаком в шкафу стремаюсь.

– Странно, но ладно.

– Не, ну можешь остаться и посмотреть стриптиз в моем исполнении. Я даже музычку включу, Жаде какую-нибудь.

Лукаво улыбаюсь, хотя знаю, что она не согласится. На то и расчитано.

– Прибереги свой дешёвый стриптиз для Тихоновой.

Нифига се, дешевый! Да он тянет на люкс: брюки только пятёру стоят без скидки.

– Ладно. Пойду возьму свой телефон, запечатлю потом твоё поражение на память.

– На пейджер?

Усмехаюсь, зная, что у ней старая «печенюшка».

На мой вопрос Женька снова фыркает и выходит из комнаты.

Я открываю шкаф и, придерживая гору вещей, готовую вывалиться на пол, вытягиваю футболку и трико. В другом отделе, среди кучи Кирюхиных игрушек, деревянную шахматную коробку ещё советского производства, досталась нам от деда.

Посмотрим, как ты целуешься, Морошка, потому что проигрывать я не намерен.

Глава 13. Джеки

Давно я не видела родителей такими – весёлыми и беззаботными. Оказывается, тётя Лена тоже врач. Может, теперь в этом городе жизнь мамы выйдет за границы комнаты в общаге? Только бы Тринадцатый не стал тем самым сыном маминой подруги.

Взяв телефон, я направляюсь в зал, чтобы сделать глоток сока, но проходя мимо открытых дверей ещё одной комнаты, замечаю Кирюху. Развалившись на большой кровати, он смотрит «Зверополис».

Постучав, заглядываю:

– Мы в шашки будем играть. Хочешь с нами? Кто выиграет, тот загадывает желание.

– Не хочу, – Кир садится и смотрит на меня, надув щëки. – Лëша опять выиглает, а я получу по жопе. Он елунду загадывает.

– Если мы будем играть с тобой вдвоём, то мы Лёшу победим, и сами надаем ему по жопе.

– Мечтаю об этом весь вечер, Морошка, – вкрадчивый голос Иванова за спиной заставляет вздрогнуть и обернуться.

Опершись ладонью о стену, он нависает надо мной и томным взглядом скользит по телу. Переодетый в светлую футболку с логотипом известного бренда и трико – передо мной самодовольный наглый тип.

Мечтаешь, говоришь?

Ладно, игра начинается. Только пить очень хочется.

Облизав пересохшие губы, изображаю заинтересованность в его словах: с легкой улыбкой на губах, я ласковым взглядом смотрю ему в глаза, потом спускаюсь на губы, после на грудь. Касаюсь, и снова смотрю в глаза. Сердце Тринадцатого под моей ладонью начинает бешено колотиться, а самодовольная ухмылка исчезает. Он почти не дышит, только от редкого сглатывания бугорок его кадыка подëргивается на шее.

Приблизившись к его лицу, произношу с придыханием:

– Мой папа с радостью исполнит твою мечту, – и выравнив голос до обычного, убираю руку. – Пойду попрошу.

Я выныриваю из его ловушки и мягкой кошачьей походкой направляюсь в зал. Надеюсь, всё именно так и выглядит со спины, потому что мои ноги дрожат от волнения, и сердце у самой колотится как сумасшедшее.

– Пс… – слышу за спиной, он догоняет, – это была шутка, если что.

Похоже у кого-то жопка задымилась. Не останавливаюсь и захожу в зал, где сидят взрослые и, судя по наступившей тишине, они могли обсуждать нас.

Неловко улыбнувшись присутствующим, я хватаю стакан и залпом выпиваю остатки сока, сбиваю сушь во рту.

– Жарковато. Захотелось пить, – оправдываюсь, заметив папин удивлённый взгляд, который, задержав на мне, он уводит мимо, за моё плечо.

Тринадцатый, обойдя, тоже тянет руку к своему стакану. Смотрю на его покрасневшее лицо, как жадно он пьёт.

– В шашки играем, – поставив стакан на стол, Иванов одаривает наших родителей довольной улыбкой. – О-очень напряжённая партия. Женя настоящая убийца.

Родители переглядываются.

– Вся в отца, – с неловкой улыбкой подмечает мама, не понимая, как еë слова очень чётко описывают ситуацию. – Женя всегда просчитывает наперёд.

– Да, когда она была маленькой, помню, как-то..

Папа, что-то рассказывает, но я уже не слушаю, а смотрю на руку Иванова, нагло захватившую мою ладонь.

– Идём, я должен отыграться.

Он тянет меня из зала в коридор, а я, как завороженная, плетусь за ним. Уже в коридоре понимаю, что Тринадцатый совсем не об игре в шашки и вытягиваю свою руку.

– Ты проиграешь, Иванов, – рычу на него, глядя в глаза и, уверенная в своей победе, направляюсь в его комнату.

– Играем до трёх желаний, Морошка, – он входит за мной и закрывает дверь. – Готовься исполнять.

***

Играть с Ивановым в шашки – невероятная глупость с моей стороны. В шашках он хорош также, как собой. Я проиграла уже два желания, а за третье мы боремся больше получаса. Гоняем своих дамок по полю и никто из нас не хочет сдаваться. У меня одна дамка и шашка, у него две дамки и две шашки. До второй дамки мне не хватает несколько ходов. Ему же до третьей – всего пару. Я почти проиграла, но сдаваться не хочу.

Мирошины не сдаются!

Скрестив ноги, как султан, Иванов сидит на полу на диванной подушке и сбивает мой настрой хитрющим изучающим взглядом. Я, как гейша, сижу на на декоративной подушке, поджав ноги под себя.

В мессенджер приходят сообщения от Макса, но я не могу ответить, потому что уверена – стоит отвлечься, как Иванов тут же смухлюет и подставит свои шашки так, что мне придётся какую-то съесть. И тогда он без капли сожаления сожрëт мою единственную дамку.

Я пропала.

Ну вот, он съел мою последнюю шашку. Ещё один мой ход дамкой по диагонали и третья шашка Иванова – королева.

Всё. Это фиаско.

Зря родители меня хвалили.

– Сдавайся Женёк, треугольник Иванова.

Треугольник Петрова, дурак… .

– Ни за что! – зеркало его самонадеянную бровь. – Попробуй меня поймай.

От Макса снова сообщение. Глянув мельком, делаю умное лицо и смотрю на доску, не признаю поражение.

– Два желания или три – уже нет особой разницы, – он