Изумруды для Офелии - Кэролайн Барт

В пятницу утром в доме неожиданно появился Гарри. Он был возбужден и взволнован. При виде Кэтрин его лицо посветлело. Он задержал свой взгляд на девушке, заметив, что она похудела и выглядит уставшей.

— Сейчас приедут шериф и инспектор, — сообщил Гарри девушке. — Они позвонили мне на работу и попросили меня приехать на виллу. У них есть важное сообщение. Кажется, следствие закончено.

Кэти промолчала, но поняла, что ей не хочется еще раз видеть этих служителей закона, а тем более еще раз отвечать на их непрофессиональные вопросы.

Посидев немного у матери, Гарри вышел оттуда удрученный и расстроенный.

— Доктор сказал, что ей уже не будет лучше, — поделился он с Кэтрин.

— А мне кажется, что иногда она понимает, что я ей говорю, но не может ответить. — Кэти оживилась. — Я даже уверена, что у миссис Браун временами наступает просветление. И я делаю все, чтобы к ней вернулось сознание.

Гарри взял руку Кэтрин, сжал ее и горячо проговорил:

— Я так тебе благодарен, Кэти!

Девушка мягко отняла руку и чуть-чуть улыбнулась:

— Я просто стараюсь хорошо делать свое дело, — безучастно ответила она. — Тем более за такую зарплату.

Она увидела, что эти слова неприятны Гарри. Он укоризненно посмотрел на нее:

— Зачем ты так говоришь?

Он подошел к Кэти и хотел обнять ее. Но девушка почти отскочила от него и, взглянув в окно, воскликнула:

— Они приехали!

Гарри вышел из гостиной и через минуту вернулся вместе с шерифом и стажером Майклом Дэрри. Инспектора Сандерса срочно вызвали на другое происшествие.

Как и прежде, гости заняли оба кресла, К ли села на стул у камина. Гарри полусидел на подоконнике, иногда вставал и прохаживался по комнате.

— Мы сочли своим долгом, — начал шериф Бронски, раскрывая папку с бумагами, — известить вас, мистер Браун, и вас, мисс Сарпл, — о результатах завершившегося дела о краже ценностей из вашего дома, приведшей к тяжелой болезни хозяйки виллы миссис Браун.

Сделав паузу, шериф со значением остановил взгляд на хозяине дома, едва взглянув на Кэтрин:

— Проводя расследование, — продолжал он, — мы допросили мисс Мэгги Хэнсон, работавшую сиделкой хозяйки дома, подозреваемую в ограблении, случившемся второго августа сего года. В начале допроса подозреваемая отрицала свою вину, но в результате предъявления ей неоспоримых доказательств призналась в содеянном.

— Прошу прощения, — прервал Гарри монолог шерифа. — Какие неоспоримые доказательства были представлены ей? Мне трудно поверить, что Мэгги совершила кражу. Она была надежным человеком и преданной помощницей моей матери.

— Мы предъявили ей ордер на обыск, — с готовностью ответил шериф. — И очень быстро в ее кладовке, в корзине грязного белья обнаружили темно-синее платье в белый горошек с белым кружевным воротником, принадлежавшее мисс Сарпл.

Гарри вопросительно посмотрел на Кэтрин.

— Это то самое платье, которое я отправила в стирку после того, как оно намокло… под дождем…

Девушка замялась, не имея возможности объяснить, что платье стало мокрым после того, как она бросилась в объятия своего любимого, насквозь промокшего под проливным дождем.

Гарри на мгновение задумался и тут же вспомнил этот чудесный миг долгожданной встречи, предшествовавшей их первой любовной ночи.

Он нежно посмотрел на Кэти, и девушка ответила ему еле заметной улыбкой.

Боже мой! Как давно это было, подумалось ей. И было ли вообще?

— Это и явилось доказательством ее вины, — пояснил шериф.

Стажер Дэрри все время молчал, но Кэтрин уловила в его глазах неуверенность в убедительности проведенного расследования. Он, конечно, был только исполнителем мелких поручений, а выводы делали его старшие коллеги, наверняка не принимая во внимание его возражений. А они, скорее всего, у него были…

Сейчас он делал записи, иногда удивленно вскидывая брови или нетерпеливо постукивая карандашом.

Гарри выслушал вывод шерифа и, наклонив голову набок, недоверчиво проговорил:

— И это все?

Шериф закатил глаза к потолку и развел руки в стороны.

— А что же еще? — воскликнул он.

— А зачем она это сделала, вы спросили у нее? — продолжал расспрашивать Гарри.

— Конечно, спросили, — усмехнулся шериф и опять сделал многозначительную паузу.

— И что же она сказала? — нетерпеливо спросил Гарри.

— Она сказала, что это был ее эмоциональный порыв, — первый раз открыл рот Майкл Дэрри.

В его голосе прозвучала нескрываемая ирония, которая, скорее всего, относилась не к «порыву» подозреваемой Мэгги Хэнсон, а к выводам своих старших коллег.

Шериф строго посмотрел на стажера.

— Эмоциональный порыв?! — Гарри оторвался от подоконника и, засунув руки в карманы, прошелся туда и обратно по комнате. — И вы удовлетворились таким ответом?

— Нет, не удовлетворились, — ответил шериф. — Мы узнали, что стояло за «порывом»…

Важность и многозначительность его заявлений тускнели, но он все еще пытался держать марку профессионала сыска.

— Что же за ним стояло? — Нетерпение Гарри росло и граничило с раздражением.

— За порывом стояла… гм… — шериф замялся и бросил взгляд на Кэтрин, — глубокая неприязнь к новой сиделке, — быстро закончил он.

— И желание, чтобы подозрение пало на мисс Сарпл, — добавил стажер Дэрри.

Гарри покачал головой, искоса посмотрел на Кэти и улыбнулся:

— Оказывается, опасно завоевывать расположение хозяйки и ее сына.