Среди гроз и теней - Анна Бруша

– Сегодня, – сказал граф Дориан.

– Охрана, – крикнула Марианна.

– Никто не придет. Мы с вами тут вдвоем. Вам остается только покориться, – он усмехнулся. – Как требуется от женщины.

Марианна вскинула голову.

– Я этого не сделаю.

– Еще как сделаешь! – граф окончательно потерял терпение, налет галантности слетел с него, как поднятая метлой пыль. – Ты пойдешь со мной. И мы поженимся. Я стану королем, как того и требует закон.

Он схватил королеву за руку и потянул, но она не просто уперлась, а еще и ударила наглеца.

– Тебя повесят! – закричала Марианна.

– Обычно я не бью женщин. Только несговорчивых сук.

Кулак впечатался Марианне под дых. Она согнулась пополам, хватая ртом воздух.

Граф Дориан наклонился вместе с Марианной и прошептал на ухо:

– Твой дикарь тебе не поможет. Если он все-таки вернется, то герой умрет, не успев понять, кому он принес победу. Но для начала я прикажу вынести из склепа и сжечь эту мерзкую падаль. – Он схватил Марианну за волосы, заставляя поднять голову и посмотреть на Сырка. – А пепел бросить в нужник, которым пользуются слуги.

К Марианне вернулась способность дышать. Она кричала и лягалась, не сдаваясь, она звала на помощь…

И ее услышали.

Сырок открыл глаза и сел. Дориан удивленно моргнул, но не выпустил королеву.

– Так уродец жив!

С проворством, которого едва ли можно было ожидать от того, кто спал, не говоря уже о том, кто был мертв, Сырок соскочил со своего ложа и быстро направился к паре.

Марианна открывала и закрывала рот, не в силах произнести ни слова.

– Я убью его, – пообещал граф и отшвырнул королеву.

Она повалилась нелепым кулем, прижимая руки к груди, и так и осталась сидеть на полу склепа.

Мужчина достал длинный кинжал, который бы сошел за меч для карлика.

Сырок наблюдал за ним с любопытством.

– Мы слов на ветер не бросаем, я сожгу его труп, а пепел утоплю…

Он не смог повторить угрозу до конца, карлик бросился на графа с утробным рычанием и ударил головой в центр тела. Дориан потерял равновесие и упал на спину. Сырок был подобен коту, впавшему в ярость, а если прибавить внушительные и весьма острые когти, которые разрывали бархат верхнего наряда, то сходство было поразительно.

Безумный взгляд карлика горел красным. А во рту удлинились клыки. Они были огромными даже по меркам других мертвяков.

Эти страшные клыки в итоге вонзились в горло графа, и вскоре раздалось довольное и мерзкое хлюпанье. Мертвяк утолял голод.

– Сырок, – тихо позвала Марианна.

Она дрожала, в ее глазах блестели слезы.

Он повернулся на ее зов.

Красный безумный взгляд, окровавленный рот с торчащими клыками и при этом… лицо его разгладилось и стало… пугающе красивым. Пугающе, потому что оно слишком походило на детское.

– Сырок, – повторила королева. – Ты живой.

Он поднялся и пошел к ней. Походка его изменилась. Он двигался довольно свободно и легко, больше не переваливался из стороны в сторону.

Марианна раскрыла объятия, и мертвяк прильнул к ней.

– Мой друг! – она поцеловала его в висок и прижала к себе сильнее.

От избытка чувств королева больше ничего не могла сказать, продолжая стискивать Сырка.

Он же уткнулся носом в ее шею, потом коснулся губами, целуя впадинку ключицы. Потерся клыками… и, резко отскочив, бросился прочь из склепа.

Глава 14

Я едва могла сосредоточиться над книгой, дожидаясь возвращения Йотуна, так мне не терпелось рассказать ему об увиденном, поэтому в четвертый раз перечитала фразу из философского трактата о ведении войны. Вроде все слова были простыми, но они сплетались, извивались, изо всех сил стараясь запутать и убедить читателя в благородности кровопролитных занятий.

Единственное, что мне понравилось из десятка страниц, так это фраза: «Победитель не побеждает, если побежденный не считает себя таковым».

Мне показалось забавным, что и в слабости может содержаться сила.

О, как я была рада видеть Йотуна, когда он наконец-то появился.

– Еще один мертвец ожил! – выпалила я вместо приветствия.

– Это интересно. И где же?

– На этот раз в Даригоне.

– Снова у людей, – как будто с досадой сказал он. – Вы прямо присвоили себе всю самую интересную магию. Читаешь? Похвально.

Он забрал у меня из рук книгу, повернул к себе обложкой, кивнул, словно одобряя выбор.

Я же изучала его облачение. На Йотуне было что-то вроде длинной туники пепельного цвета, перехваченной широким красным поясом, на плечи наброшена серая мантия с высоким воротником, соединенным серебряной цепочкой. Выглядел тролль великолепно.

– Это церемониальная одежда моего ордена, – заметив мой откровенный интерес, сказал он, и в голосе слышалась гордость. – Красный цвет означает готовность носящего пролить кровь за магию и орден, а серый – можешь сама догадаться.

– Чистокровность троллей?

Он не подтвердил, но и не опроверг.

Я коснулась его рукава. Ткань была тонкой и очень гладкой.

– Не очень похоже на грубую серую мантию, которую следует подпоясывать веревками, – сказала я, вспоминая о том, что знала о привычках Аму Вайо.

– Веревки и мешковина – это для демонстрации тем, кто не входит в орден, – со смешком ответил он. – Идем, я хочу послушать о новом мертвяке.

Мы прошли в комнату Йотуна, где он принялся снимать церемониальную одежду, я же в свою очередь вела рассказ о королеве Марианне и ее верном карлике.

Закончив описание увиденного, я задала вопрос, который меня давно занимал:

– Ты не думаешь, что это, как болезнь, расползается по разным землям?

Йотун задумался и чуть нахмурился.

– Можно сказать наверняка, что не так часто они появляются.

– Ну да… наверное, то же самое говорил своей жене первый человек, заболевший «ангульским потом»: «Не о чем беспокоиться, дорогая. Это что-то незаразное». И вот уже маги опечатывают все ворота города.

Йотун рассмеялся, а я продолжила:

– И это те мертвяки, о ком я знаю. Может, есть еще.

Йотун вздохнул и спросил:

– В пещерах пока без изменений?

– Пока да, – сказала я, с содроганием думая о коконах, в которых перерождались в чудовищ тролльи маги.

– А у меня тоже есть забавная новость. Мне передали предложение твоего Бальтазара Тоссы о выкупе. Надо сказать, не слишком-то он расщедрился.

– Не знаю, должна ли я почувствовать себя оскорбленной, – в тон Йотуну ответила я, но сердце чуть дрогнуло.

– Думаю, он надеется, что тебе удалось скрыть свою магию, и не хотел показывать твою истинную ценность. Слишком крупная сумма за девушку вызвала бы подозрение.

Прозвучало так, как будто он хотел меня утешить.

– Значит, его сын-оборотень продолжает поддерживать