Жених благородных кровей - Аурелия Хогарт

Джеффри позвонил в начале двенадцатого. И тотчас согласился явиться в Гайд-парк. На ланч Роберта ходила с Патрицией, а к четырем отправилась в главную гостиную, где за чаем и самыми вкусными в Лондоне булочками должна была рассказать об отеле Хью Гранту, журналисту, что задумал написать статью о знаменитостях, отмечавших в этих стенах юбилеи и свадьбы.

Ровно в четыре, когда Роберта уже сидела за столиком с чашкой чая, запиликал ее сотовый.

– Мисс Лоуренс? – послышался из трубки запыхавшийся голос.

– Да, я вас слушаю.

– Это Хью Грант, у нас с вами встреча.

– Да-да, я уже в гостиной, – сказала Роберта.

– А я, боюсь, опоздаю. Не по своей вине и очень прошу меня извинить. Появлюсь минут через десять-пятнадцать. Подождете?

– Так и быть, – полушутливо ответила Роберта.

– Большущее спасибо. До встречи.

Принимаясь в который раз прокручивать в голове краткий и сдержанный, но как будто наполненный тайным смыслом телефонный разговор с Джеффри, Роберта сделала глоток чая и обвела рассеянным взглядом гостиную, где уже почти не осталось свободных мест. Тут молодая светловолосая дама за соседним столиком по-королевски медленно повернула голову и посмотрела прямо на Роберту. Та, внутренне содрогаясь, узнала в блондинке Франсину Хетэуэй.

Следовало сразу посмотреть, нет ли поблизости тех, с кем соседствовать не слишком приятно. Впрочем, враждовать Роберте было не с кем, мог вывести из себя, пожалуй, только Чарли, но его она быстро ставила на место, и потом Чарли в это время, если была его смена, неотлучно стоял у конторки. А про Франсину Роберта сегодня ни разу не вспомнила, да и не ожидала увидеть ее здесь. Хотя отель был одним из самых роскошных в Лондоне и для чаепития подходил аристократкам типа Франсины как нельзя лучше.

Изобразить на физиономии улыбку удалось с большим трудом. Франсина тоже улыбнулась – холодно и несколько свысока, – чуть наклонилась к собеседнице, видимо извиняясь, поднялась со стула и, к великому удивлению и неудовольствию Роберты, величаво пошла к ней.

– Добрый день. Можно присесть?

– Добрый день. Конечно. – В голове Роберты за считанные секунды пронеслось с полдюжины догадок. Что она задумала? Еще порасспросить меня о залах? Или о свадебных тортах и закусках? Либо ей стало известно, что мы с Джеффри... Но откуда? Может, кто-то из ее знакомых видел нас в «Нове»?

Франсина неспешно опустилась на стул и посмотрела на Роберту так, будто надеялась прочесть в глубине ее глаз ответ на некий вопрос. Потом вдруг снова улыбнулась – так же безучастно, но все же как будто не без причины.

– Тяжелый день? Решили передохнуть?

– Нет, я тут по работе. – Роберта взглянула на часы. Всего четыре минуты пятого. – У меня встреча с журналистом. Он опаздывает.

– Не люблю непунктуальных людей. По их вине приходится терять столько драгоценного времени!

Уж ты-то, по-моему, никуда никогда не торопишься, подумала Роберта. И не обременена работой. Впрочем, наверняка гораздо чаще, чем я, разъезжаешь по салонам красоты и фантастически дорогим бутикам. На это правда нужна пропасть времени. Бедняжка.

– А у меня сейчас, сами понимаете, дел видимо-невидимо, – с легким вздохом произнесла Франсина. – Такова уж участь всех, кто собрался сыграть свадьбу. Особенно тяжко приходится женщинам. – Она помолчала, очевидно полагая, что Роберта горячо поддержит ее, но та, ярая противница пышных свадеб и внешнего блеска, ничего не сказала. – Тем более когда жених не от мира сего, всецело поглощен работой, а об остальном задумываться не желает, – прибавила Франсина, не сводя с нее глаз.

Роберта почувствовала, что от последних слов Франсины ей стало чуточку легче. Но тут вспомнила, что перед ней будущая жена Джеффри, и краски вокруг вмиг поблекли.

– Только не подумайте, будто я жалуюсь, – сказала Франсина. – Мой будущий супруг – человек не обычный, но я прекрасно знаю, на что иду.

В сердце Роберты словно воткнули шип. Будущий супруг... Хотелось поверить, что ее обманывает слух.