Измена императора драконов. Месть злодейки - Настя Ильина

Но это не пугало.

Не пугало - потому что я видела результат.

Вчера ко мне приходили представители трёх знатных домов. Они слышали о приюте и хотели вложить свои средства в открытие похожих заведений - не только для сирот, но и для бездомных, которые могли бы выполнять определённую работу.

Ещё не став императрицей, я сумела завоевать уважение. Меня боялись, но при этом уважали. Моё имя звучало теперь не только, как «злодейка, нырнувшая в постель императора», но и как «леди, сделавшая невозможное».

- Леди Лэрриан, - говорил глава дома Тан, кланяясь так низко, как кланяются только императору, - ваше начинание вдохновило нас. Мы хотим создать приюты для тех, кто потерял кров и надежду. Люди будут работать - ткать, обрабатывать землю, заниматься ремёслами. А мы обеспечим им еду и крышу над головой.

Я тогда долго смотрела на него, не веря своим ушам. В прошлой жизни ничего подобного не было. Дамиан не поощрял благотворительность, считая, что каждый должен заботиться о себе сам. Он говорил, что помощь слабым делает их ещё слабее. Что сильные выживают, а слабые умирают. Он называл это естественным отбором. Дамиан был уверен, что знатные дома осудят благотворительность, которую будет оказывать императорский двор, но они оценили. Оценили и готовы были вложиться.

Я верила ему тогда.

Какой же дурёхой я была.

Тогда же в моей голове родилась ещё одна идея - та, что не давала покоя уже несколько дней.

Приют для женщин. Для тех, кого отвергли мужья, выгнали из домов родители, прокляли собственные дети. Для женщин, которые остались одни - беззащитные, никому не нужные, растоптанные жизнью. Для женщин, чья репутация была беспощадно растоптана. В каждой провинции были такие.

Я точно знала это.

В прошлой жизни я сама могла стать одной из них - если бы Дамиан изгнал меня в холодный дворец, как обещал. Если бы мои родители отвернулись от меня...

Я не стала думать, как всё сложилось бы «если». В конце концов, теперь я стала сильнее и могла помогать другим. Я не собиралась останавливаться в этом стремлении.

- Лин, - позвала я, - принеси бумагу для письма. Я напишу главам домов, которые предлагали сотрудничество. У меня есть для них новое предложение.

- Вы всё ещё работаете, госпожа? - голос матери раздался от дверей.

Я подняла голову.

Матушка стояла на пороге моего кабинета в дорожном платье, с лёгким платком на плечах. Она приехала в столицу на несколько дней, чтобы помочь с открытием приюта, но я чувствовала, что истинная причина была иной.

Она хотела убедиться, что у меня всё хорошо.

Матушка переживала.

Хотя и знала, что я сама сделала этот выбор, но она волновалась. Поначалу, когда обо мне шли ужасные слухи, она ночами не спала, по словам отца, а сейчас... Она выглядела отдохнувшей, но я чувствовала её материнское беспокойство.

- Здравствуй, мама, - я отложила перо и поднялась. - Не ожидала тебя так рано.

- Экипаж мчался быстрее ветра.

Я встала и обняла матушку, чувствуя, как все невзгоды растворяются в таких нежных, родных объятиях.

Матушка заняла место в кресле напротив. Он удовлетворённо вздохнула, рассматривая моё рабочее пространство.

- Отец просил передать, что он гордиться тобой. Ты сделала невозможное. Ты показала, что женщины способны на великие подвиги.

Я улыбнулась.

- Передай ему, что я тоже горжусь им. Его победа над северными кланами до сих пор у всех на устах.

Мать кивнула и замолчала. Она смотрела на меня долгим, изучающим взглядом - не осуждающим, скорее вопросительным. Как будто хотела спросить о чём-то важном, но не решалась.

- Мам, - я подошла и села рядом, взяв её за руку. - У тебя всё в порядке?

- У меня? – матушка удивилась такому вопросу. - Арианна, это я должна спрашивать тебя. Ты так изменилась за эти месяцы... Я смотрю на тебя и не узнаю. Такая взрослая. Такая уверенная. Моя маленькая птичка превратилась в...

- В кого? - спросила я, когда она замолчала.

- В императрицу, - ответила мать, и в её глазах блеснули слёзы. - Настоящую императрицу. Достойную этого титула.

Я сжала её руку.

- Ещё рано говорить об этом. Свадьба только через месяц. Пока я просто принцесса, невеста Его Величества, которая исполняет свои обязанности.

- Не просто исполняешь! Ты уже правишь, - возразила мать. - Я слышу, что говорят люди. Они называют тебя благодетельницей. Говорят, что благодаря тебе император открыл сердце народу. Что он стал добрее. Человечнее.

- Это не благодаря мне, - покачала я головой. - Шэн всегда был таким. Просто раньше никто не давал ему шанса.

Мать посмотрела на меня с удивлением.

- Ты называешь его по имени?

Я замерла.

- Прости, матушка. Просто... когда мы одни...

- Не извиняйся, - мать улыбнулась. - Я рада. Очень рада, что ты нашла того, кто делает тебя счастливой.

Счастливой.

Была ли я счастлива?

Я думала об этом, глядя в окно на залитый солнцем сад. Счастье - такое странное, незнакомое чувство. В прошлой жизни я думала, что знаю его. Я думала, что счастлива с Дамианом...

Это было не счастье.

Это была иллюзия.

Настоящее счастье - это когда ты просыпаешься утром и чувствуешь, что день прожит не зря. Когда ты помогаешь тому, кто не может помочь себе сам. Когда ты видишь благодарность в глазах ребёнка, которому подарили дом. Когда ты знаешь, что кто-то скучает по тебе.

- Да, мама, - сказала я, оборачиваясь к ней. Теперь я уверена, что испытала вкус настроящего счастья. - Я счастлива.

Понимая, что матушка наскучалась и хочет узнать больше о моей жизни во дворце, я вызвалась провести для неё небольшую экскурсию, а после ужина, наполненного тёплыми разговорами, мы пораньше легли спать, потому что открытие приюта назначили на раннее утро.

Я встала затемно, разбудила Лин и принялась наряжаться. Не в роскошное платье - в простое, но элегантное, из плотного шёлка, расшитое скромным узором из полевых цветов. Волосы заплела в высокую косу, украсив её живыми розами из дворцовой оранжереи.

Сегодня я не должна была блистать. Этот радостный день посвящён детям, которые, наконец, обрели дом. Место, где о них обязательно позаботятся.

Во дворе приюта собрались все - и сироты, уже успевшие