Нашла себе блондина! - Екатерина Вильмонт

– Танька, все как во сне Мы познакомились неделю назад,а вчера днем он сделал мне предложение! Руки и сердца! И подарил вотэто! – Она протянула руку, на пальце у нее было колечко. Золотое спрозрачным камушком.

– Танька, это бриллиант! Настоящий! Два карата,представляешь? Ну, ты будешь угадывать?

– Да чего тут угадывать, миллионер, наверное…

– Дело не в, этом, я не знаю насчет миллионов, но он…музыкальный продюсер! И он сказал, что мой голос – это настоящий капитал, что ядолжна учиться не на опереточную певицу, а на оперную, что он будет заниматьсямоей карьерой и, если я буду по-настоящему работать, он сделает из меня певицумирового уровня!

Ну, как тебе новость?

– Новость – закачаешься! Поздравляю! Только не пойму, очем тут думать и советоваться, тем более со мной? По-моему, все ясно, такойшанс упускать нельзя.

– Да я понимаю, но мне ведь придется уехать.

– Ну и что?

– Так-то оно так…

– Райка, ты что, его не любишь, да?

– Да что ты, обожаю просто! Но все-таки как-то стремно…Языка-то я никакого не знаю. Известно, как у нас языки в школе преподают, да ив институте тоже…

– А на каком же языке ты с ним разговаривала? На языкелюбви?

– Ну это само собой, – засмеялась Райка, – ноон прилично знает русский, у него бабушка русская… Мне, Танька, страшноватовсе-таки…

– Да ерунда Выучишь язык! Не проблема! Мне вот Никитанашел учительницу английского, на той неделе начну заниматься, он говорит,наступают новые времена, без иностранных языков никуда…

– Но тебе теперь придется одной в Измайлове отдуваться.

– А я не буду! Никита давно против, я не бросала из-затебя в основном…

– Здорово, тогда моя совесть чиста! – обрадоваласьРайка. – Нет, Танька, ты только представь, я буду жить в Америке! С мужем!И стану знаменитой певицей! Когда-нибудь приеду на гастроли в Москву, петь вБольшом театре! Мне в ГИТИСе всегда твердили, что у меня не оперный голос, аГлен говорит, что это ерунда, что просто надо много работать, что у менясказочный тембр, и вообще… Ой, Танечка, о таком я даже мечтать не смела…

– А сколько ему лет?

– Тридцать шесть. И он ни разу не был женат, а в менясразу влюбился по уши… Как только будут готовы все документы, мы поедем вПариж, знакомиться с его мамой, а потом в Милан… Я буду учиться в Италии,представляешь?

– Никита сказал, что надо говорить не «представляешь»,а «представляешь себе»!

– Да? Ну и фиг с ним! Я теперь буду говоритьпо-итальянски и по-английски и мне плевать… Ой, прости, Танечка, я не хотела…

– Да ладно, я поняла, что ты от счастья сдурела! Я самаиду домой и не верю своему счастью-.

– Ой, Танька, ты смотри, как у нас с тобой всесовпадает – то мы обе были брошенки, а теперь обе от счастья сбрендили. Давайшампусику дернем по такому случаю, а?

– С утра пораньше?

– А что? Самое оно! Девушка, можно вас! Принесите намшампанского!

– Какая она тебе девушка, ей лет пятьдесят! –смутилась я.

– Большое дело! Ей еще приятно должно быть, что еедевушкой зовут.

– Сильно сомневаюсь! Райка, а как же ты говорила, чтобудешь жить в Америке, если учиться надо в Италии?

– Объясняю для непонятливых – дом у нас будет вАмерике, а в Милане Глен снимает квартиру У него основной бизнес в Америке, такчто в Милане я пока что буду жить с его двоюродной сестрой. Она будет учитьменя английскому и итальянскому… Она старая дева! Ей уже пятьдесят лет! И онабудет меня опекать на первых порах, ну я же ничего в тамошней жизни не понимаю,и хозяйство будет вести, а моя задача, как сказал дедушка Ленин: «Учиться,учиться и учиться!»

– Только не объясняй этой тете, что «старая дева –несчастье любой компании»! – засмеялась я.

– Обязательно объясню, как только научусь это говорить!И может, еще найду ей мужичка!

– Ну ты даешь!

– Тань, слушай, а что, Никитина дочка в курсе?

– Почем я знаю?

– А ты ее не видишь, что ли?

– Не-а! Я бросила университет.

– Ой, правда? А почему?

– Не хочу учиться, а хочу жениться!

– Ясненько-понятненько… Да, Танька, как все меняется вжизни…

Мы долго сидели, болтали, пока Райка не спохватилась, что ейпора бежать к своему Глену…

– Тань, я буду тачку ловить, тебя куда подбросить?

– На Кузнецкий мост, сможешь?

– Запросто. А чего там, на Кузнецком?

– Заказ надо получить. Никита дал талончик.

– А! Продуктовый паек! Киношники там отовариваются?

– Нет, там писатели.

– А он у тебя разве писатель?

– Ага! Член Союза писателей!

– И чего он написал?

– Он еще пьесы пишет.

– Ух ты! А я и не знала, что он такой разносторонний!

Мы поймали машину, и Райка довезла меня до «Детского мира»,оттуда до магазина было рукой подать.

Я уже два раза получала там заказ, и оба раза стояла вдлинной очереди. Но сегодня народу было совсем мало.

– Фамилия? – резко бросила мне кассирша.

– Вдовин, – с гордостью сказала я.

Она отметила что-то в длинном списке и выдала мне чек. Япошла к прилавку.

– Таня? – раздался вдруг знакомый голос.

Я застыла на месте. Сашка!

– Привет! – едва слышно произнесла я. У меня языкприлип к гортани.

– Ты почему это получаешь заказ за моего папу?

Погоди, это он что, к тебе ушел?

Я не знала, что ответить.

– У вас с ним, значит, любовь? Ну папаша дает! Вотборзый старик!

– Он не старик… – не придумала я ничего умнее.

– Но как вы снюхались, ты ж у меня всего один разокбыла? Обалдеть! А мы-то с мамой гадали, к кому это он слинял… И давно это увас?

Самое странное заключалось в том, что она не злилась, нечувствовала обиды за себя и за мать, нет, ей просто было любопытно!

– Ну и что ты на меня так смотришь, я тебя не укушу, недумай! Но я просто в шоке! Тебе двадцать-то уже есть?

– Через месяц будет…

– А ты почему на лекции не ходишь? Из-за меня, что ли,чудачка? Не бери а голову, не бросать же из-за такой ерунды учебу – Из-заерунды? По-твоему, это ерунда?