Болевой порог - Ольга Рузанова

- Слушай, может, ты знаешь, чего случилось-то? Они все как в рот воды набрали.

- Я? Да нет, не знаю… - раз уж никто ничего Валентине Ивановне не рассказал, значит и мне не нужно.

- Ох… - вздохнула она, - теперь новую горничную искать придется… Терпеть не могу эти собеседования…

- Вы их проводите?! – удивилась я.

- Да. Их привозят сюда по пять штук за раз. А я выбирать должна…

- Я могу вам помочь, если хотите… - предложила, не подумав. Вспомнились слова Шевца: «не лезь в мою семью…»

- Правда? Поможешь завтра? У тебя, наверное, и опыт в этом есть?

Неопределенно махнула головой. Теоретически, я, конечно, знала, как проводятся эти собеседования, но вот самой проводить отбор не приходилось. Карманов держал этот вопрос на жестком контроле. Я думала, Шевц тоже.

Пообедав, решила прогуляться. Погода стояла чудная. Зима уже начала понемногу сдавать свои позиции. Дни стали длиннее, солнце теплее, небо ярче… Но не это потянуло меня на свежий воздух. Я хотела поговорить с Артемом. Попробовать узнать подробности вчерашнего инцидента.

Прошлась пару раз под окнами пристройки, где обычно обитала охрана, и Артем сам ко мне вышел.

- Привет. Опять к собакам собралась? - вытряхнув из пачки сигарету, зажал ее зубами и чиркнул зажигалкой.

Мой взгляд упал на его загипсованную ладонь.

- Что с рукой?

- А, фигня, косточка вылетела.

Судя по толщине гипса, дело было явно не в вылетевшей косточке. Но спорить я не стала.

- Что вчера произошло? Это кармановские, да?

Артем глянул на меня прищуренным от дыма взглядом и тяжело вздохнул.

- Ты же и сама все знаешь…

Знаю. Но хотелось бы услышать подробности.

- Не совсем… - проговорила я.

- Слушай, я не хочу быть передастом, - выпустил струю дыма, - если шеф посчитает нужным, он сам тебе все расскажет.

Вот дура! На что я, интересно, рассчитывала?! Артем не раз, и не два давал мне понять, что он не сплетник и не стукач. Что обсуждать дела шефа с его… не пойми кем не будет.

- Ясно, - выдавила я, - скажи хоть, кто его так?..

- Кто-то из них… - он заглянул в мои глаза и усмехнулся, - не загоняйся ты так, все же обошлось.

- Ну, да. Я к собакам пойду. Можно?

- Иди…

Пообщавшись вдоволь с алабаями, я вернулась в дом уже вечером. Настроения не было. В груди странно ныло. За окном сгущались сумерки. Наравне с ними в душе сгущалась тьма. Нехорошее предчувствие шевелилось в животе холодной змеей.

В какой-то момент мне стало казаться, что прошлая ночь была плодом моего больного воображения. Его поцелуи и ласки, то, как он смотрел на меня – все это мне приснилось.

С твердым намерением позвонить Диме, я схватилась за телефон. Повод?.. Спрошу, как чувствует себя, не болит ли голова, не тревожит ли порез. Тем более, что я действительно беспокоилась. Вчера он выглядел неважно.

Бесконечные гудки раздражали барабанную перепонку и заставляли тревожно сжиматься сердце. Дима не взял трубку. И не перезвонил. Ни через час, ни через два.

Уже поздним вечером я спустилась вниз. Прошлась по пустым комнатам, хотела заглянуть в его кабинет, но он оказался заперт. Впрочем, это меня не удивило. Там ведь и сейф, и документы какие-то, наверное, хранятся.

Налив себе на кухне стакан воды, я присела на стул. И тут же подскочила, потому что услышала, как в холле открылась дверь. Дима приехал. Поняла это по вмиг уплотнившемуся воздуху.

- Привет, - робко улыбнулась, выходя ему навстречу.

- Почему не спишь?

«Тебя ждала…» - ответила я мысленно.

- Не спится…

Он смотрел на меня мучительно долго. Скользил взглядом по моей фигуре, нахмурив брови, а потом, устало вздохнув, пробормотал:

- Иди к себе. Я позже зайду…