Болевой порог - Ольга Рузанова

- Вещи все заберешь. Шубу, колье – тоже. И ноутбук…

- Дима!!! – заорала я, - почему?! Скажи мне!!! Я хочу знать!!!

Оттолкнувшись от окна, он резко развернулся ко мне всем корпусом и заорал в ответ.

- Бл@дь! Да потому что мне нахрен все это не нужно!!!

- Что?! Что тебе не нужно?!

- Вот это все!!! – он обвел глазами комнату и остановился на мне.

- Нормальных человеческих отношений?.. И поэтому ты решил пустить меня по рукам?!

- Не утрируй! По каким рукам?! – грубо отрезал он, - он нормально к тебе относится. Может, даже замуж позовет…

Слезы уже лились горячим потоком, стекая с подбородка на шею, а оттуда в ложбинку между грудей.

Как же я ошиблась в нем. Убедила себя, что понимаю его лучше, чем остальные. Душу в нем искала, человечность. А там, оказывается, и нет ничего… Увидел – захотел – купил - поиграл – продал. Удовлетворил свою прихоть, не забыв при этом возместить все траты. Молодец! Настоящий бизнесмен!

Подойдя ближе, он присел на корточки у моих ног. Теперь наши глаза были на одном уровне.

- Хватит лить слезы… - хотел коснуться пальцами моей щеки, но я отвернулась, - тебе с ним хорошо будет… лучше, чем со мной.

- Я не буду с ним, - прошептала тихо, - не пойду по рукам…

- Разговор окончен, - четко проговорил он, поднимаясь на ноги, - ложись спать.

- Не пойду по рукам, - мотнула головой, - не хочу…

Постояв надо мной какое – то время, он тихо вышел. Послышался щелчок. Дверь заперли.

- Не пойду по рукам, - повторяла я снова и снова, - хватит… все… устала…

Я раскачивалась взад и вперед, не переставая плакать. Все. Это конец. Лимит моих сил исчерпан. Болевой порог превысил все допустимые уровни. Дальше обрыв… Лучше сорваться и навсегда забыться, чем жить в агонии.

Встав с кровати, я, покачиваясь на непослушных ногах, пошла в ванную. Все реакции были заторможены, поэтому почти не почувствовала, как врезалась плечом в дверной косяк.

Заткнула слив в ванне и открыла вентиль. Зачем, пока сама не знала. Встав у зеркала в полный рост, разделась догола. Расчесала волосы каменным гребнем и замерла.

Я сидела на кровати по-турецки, расположив на коленях ноутбук, и смотрела новый американский триллер с Сарой Полсон в главной роли. Вернее, пыталась смотреть. Сосредоточиться на сюжете не давала грызущая изнутри тревога.

Поставив звук на минимум, я почти не слышала диалогов героев фильма, зато отчетливо улавливала малейшие шумы, доносившиеся из вне моей комнаты.

Дима пришел ближе к полуночи. Когда интрига, развернувшаяся на экране, подходила к концу. Он встал у окна, заложив руки в карманы брюк.

- Как ты? – прошелестела я, - голова не болит?

После травмы ему, как минимум, следовало показаться врачу. Но я более чем уверена, он этого не делал.

- Не болит… Я пришел сказать, что завтра ты отсюда переезжаешь.

- Переезжаю? – отложила в сторону ноутбук, - Куда?

- К Дронову. Он приедет за тобой утром.

Я смотрела на него широко раскрытыми глазами и никак не могла уловить сути произнесенных им слов.

- Не поняла… При чем тут Никита?..

- Теперь ты принадлежишь ему.

У меня сердце остановилось. Воздух на выдохе застрял где-то в глотке. В горле противно запершило.

- В смысле?..

- Он компенсировал мне все затраты, - Шевц говорил ровно, спокойно глядя мне в глаза, - деньги уже на моем счету.

- Ты… - я попыталась сглотнуть застрявшие в горле ледяные осколки, - ты… что… ты продал меня?!..

- Не надо делать такие глаза, Оля, - поморщился он, - я предупреждал, что избавлюсь от тебя, как только ты мне надоешь.

- Я тебе надоела?

- Да.

- Ты врешь!!!

Я не верила ни одному его слову. Не понимала, почему, но он точно врал. Мысли метались, создавая в голове непроходящий гул. Инстинкт душевного самосохранения отчаянно искал логическое объяснение бреду, что проникал в мои уши.

А потом меня осенило. Это проверка! Так ведь? Дима приревновал меня к Никите. Решил, что наши с ним чувства взаимны?! Ну, конечно!

- Дима, я не хочу быть с Дроновым. У меня никогда с ним ничего не было и я его не люблю.

- А твоего мнения никто не спрашивает, - холодно усмехнулся он.

То, что я почувствовала в тот момент, было похоже на хлесткий удар мокрой половой тряпкой по лицу. Больно и унизительно одновременно. Тело оцепенело.

- То есть… Тебе все равно, с кем я буду?.. – по щеке побежала первая слеза, - что у нас с Никитой будет секс?

Шевц отвернулся к окну. Отодвинув занавеску, оперся двумя руками о подоконник.

- Дим, посмотри на меня, - всхлипнула я, - зачем ты это делаешь?

- Вещи все заберешь. Шубу, колье – тоже. И ноутбук…

- Дима!!! – заорала я, - почему?! Скажи мне!!! Я хочу знать!!!

Оттолкнувшись от окна, он резко развернулся ко мне всем корпусом и заорал в ответ.

- Бл@дь! Да потому что мне нахрен все это не нужно!!!

- Что?! Что тебе не нужно?!

- Вот это все!!! – он обвел глазами комнату и остановился на мне.

- Нормальных человеческих отношений?.. И поэтому ты решил пустить меня по рукам?!

- Не утрируй! По каким рукам?! – грубо отрезал он, - он нормально к тебе относится. Может, даже замуж позовет…

Слезы уже лились горячим потоком, стекая с подбородка на шею, а оттуда в ложбинку между грудей.

Как же я ошиблась в нем. Убедила себя, что понимаю его лучше, чем остальные. Душу в нем искала, человечность. А там, оказывается, и нет ничего… Увидел – захотел – купил - поиграл – продал. Удовлетворил свою прихоть, не забыв при этом возместить все траты. Молодец! Настоящий бизнесмен!

Подойдя ближе, он присел на корточки у моих ног. Теперь наши глаза были на одном уровне.

- Хватит лить слезы… - хотел коснуться пальцами моей щеки, но я отвернулась, - тебе с ним хорошо будет… лучше, чем со мной.

- Я не буду с ним, - прошептала тихо, - не пойду по рукам…

- Разговор окончен, - четко проговорил он, поднимаясь на ноги, - ложись спать.

- Не пойду по рукам, - мотнула головой, - не хочу…

Постояв надо мной какое – то время, он тихо вышел. Послышался щелчок. Дверь заперли.

- Не пойду по рукам, - повторяла я снова и снова, - хватит… все… устала…

Я раскачивалась взад и вперед, не переставая плакать. Все. Это конец. Лимит моих сил исчерпан. Болевой порог превысил все допустимые уровни. Дальше обрыв… Лучше сорваться и навсегда забыться, чем жить в агонии.