Любовь с пятого этажа - Дарья Милова

Я смотрел в её глаза. В этот голос. И всё понимал.

Она не пришла из любви. Она пришла из контроля. Из желания доказать, что может всё, что захочет. Даже если это «всё» — чужая жизнь, в которой для неё не осталось места.

— Ты подаёшь это как компромисс, — выдохнул я. — Но это — давление.

— Нет, Витя, — сказала она мягко. — Это предложение. Либо ты согласишься, либо нас ждёт официальная история. Документы. Отчёты. Публикации, может быть. Ты же не хочешь, чтобы имя Варвары всплыло в разделе новостей?

Она знала, куда давить. Она выбрала самое грязное. Самое уязвимое место.

Я сжал челюсть. На секунду закрыл глаза. Потом выдохнул:

— Хорошо.

— Ты можешь увидеть её. Но позже. Не дома. Не наедине. В нейтральной обстановке. Я сам скажу когда.

Вика улыбнулась, как будто получила билет в первый ряд.

— Умный мальчик. Так и знала, что в итоге ты поймёшь, как надо.

Но, — она слегка склонила голову, — к чему ждать?

Я ведь знаю, где она сейчас. Танцы. Та студия, где ты её всегда забираешь.

Я резко поднял взгляд.

— Ты следила?

— Не преувеличивай. Просто интересовалась. Одна фотография в соцсетях — и всё понятно. Ты же любишь выкладывать, как ты у дочки на репетиции.

Так что давай поедем. Вместе. Прямо сейчас. Заберём её. Это будет… естественно. Она тебя знает, ты будешь рядом. Я не хочу напугать её.

Я молчал. Плечи напряглись.

Она приближалась к запретной черте, но всё ещё делала вид, что не переступает.

— Вика… — голос у меня был глухой. — Это не та встреча, которую ты хочешь. Варя тебя не помнит. Если ты появишься вот так — внезапно — она испугается. Она задаст вопросы. А я не дам ей снова бояться.

— Она ребёнок. Быстро привыкает, — отрезала она. — Я не собираюсь терять ещё пять лет, ожидая твоего благословения. Или пока твоя новая пассия перестанет быть такой важной частью жизни моей дочери.

Я резко сделал шаг ближе.

— Она стала частью её жизни, потому что была рядом. Когда ты ушла. Когда Варя болела. Когда плакала. Когда смеялась. Когда впервые пошла в сад. В школу. На танцы.

А ты? Ты просто хочешь прийти и сказать: «Я — мама»?

Она не отвела взгляда. Только усмехнулась.

— Тогда поехали. Посмотрим, насколько ты готов быть отцом, если не можешь дать девочке право знать собственную мать.

Я сжал кулаки.

И знал — если сейчас не сыграть аккуратно, она действительно пойдёт дальше. И больнее.

Глава 31

Алиса

Я обожаю это время дня. Когда зал наполовину пуст, дети ещё взахлёб делятся впечатлениями, но уже начинают прощаться, обуваются, бегут к родителям с криками: «Смотри, как я кружусь!» или «Алиса сказала, что у меня получается лучше всех!»

Я сидела на полу, складывая ленты и пару заблудших заколок в коробку. Варя как раз махала мне рукой из-за стеклянной двери, уже в куртке, с румяными щёками и шпилькой на бок — у неё была репетиция с младшей группой, и она, конечно же, «случайно» осталась чуть дольше всех. Я подмигнула ей — она рассмеялась и выбежала в коридор.

И вот тогда я его увидела.

Виктор. Мой Виктор. В дверях. В пальто, в котором он всегда кажется выше, строже, невыносимо красивым. Он стоял в проходе, с тем выражением, от которого у меня таяли колени: чуть уставший, но тёплый взгляд. Глаза искали мои — и нашли.

Я улыбнулась. Мягко. Почти автоматически.

А потом… я увидела, что рядом с ним кто-то стоит.

Женщина.

Высокая. В идеально сидящем пальто. Волосы собраны небрежно, но стильно. Плечи прямые. Взгляд острый, как лезвие. И я сразу поняла. Не потому что Виктор посмотрел на неё. А потому что он не смотрел.

Он смотрел на меня. Но... в этом взгляде было что-то новое. Смешанное. Оборонительное. Предупреждающее.

Я выпрямилась. Сердце ёкнуло. Варя, ни о чём не подозревая, болтала рядом с отцом, подталкивала его к выходу. Женщина опустила взгляд на неё.

Я тоже вышла в коридор. Шаг. Второй. Улыбка на лице стала чуть жёстче — будто кожа натянулась.

Я сделала шаг — и увидела, как она уже наклонилась к Варе.

Вика. Та самая, из прошлого. Из раны, которую я никогда не касалась. Из страха Виктора. Из отсутствия Вариной истории.

Она наклонилась к ребёнку. Без спроса. Без разрешения. И, натянуто улыбаясь, проговорила:

— Привет, Варя.

Девочка замерла на секунду, чуть нахмурилась.

— Привет, — ответила она вежливо, как я её учила. — А вы кто?

Вика не моргнула.

— Я твоя мама.

Секунда.

Медленная. Ужасная.

Я услышала, как у меня внутри всё рухнуло. Виктор тоже застыл, но только на миг — а потом резко шагнул вперёд, поднял Варю на руки и почти рывком отодвинул от Вики.

— Мы… не так планировали это, — тихо сказал он, глядя на неё, но голос был сжат. Жёсткий. Почти металлический.

— А я не собираюсь ждать, — бросила Вика. — Мне не нужно ваше одобрение, Витя. Я мать. И пришла забрать своё. Я не собираюсь стоять за дверью, пока вы решаете, что мне можно.

Варя подняла на Виктора глаза. Большие, круглые, с тем самым выражением, от которого у него всегда сжималось сердце.

— Правда?.. У меня есть мама?

Секунда.

И я увидела, как её глаза — расширились. Засветились. Как в ту самую секунду, когда в ребёнке пробуждается мечта, о которой он даже не знал.

Варя соскользнула с рук Виктора, приземлилась на пол и резко развернулась. Щёки вспыхнули, губы расплылись в улыбке — настоящей, детской, доверчивой.

— Алиса! — закричала она, бросаясь ко мне. — Алиса, ты слышала?! У меня есть мама!

И прежде чем я успела что-либо сказать, она схватила меня за руку, крепко, радостно, и потянула к Вике, подпрыгивая от восторга:

— Мама, это Алиса! Моя подружка! Она классная! Она со мной танцует, делает мне причёски и знает, какие у меня носки с лисами!

Я замерла, стараясь не выдать ни один