Чай для господина Ли - Е. Лань

Гармония. Сложная тема.

— Но есть условие, — продолжил евнух. — Император желает видеть не только вкус. Он желает видеть зрелище. Вы должны удивить его.

Я переглянулась с Ли Цзы Фаном. Зрелище. Это мой шанс.

— И еще, — евнух остановил взгляд на мне. — Госпожа Вэй Сяо Нин. До дворца дошли слухи о вашей... нетрадиционной технике. Император заинтригован. Но помните: в Запретном Городе ошибка карается не исключением из турнира, а смертью. Если ваш чай окажется ядом... вы знаете последствия.

Это была прямая угроза. Тень Цензора Лю все еще висела над нами.

Вечером, в нашем павильоне, мы устроили военный совет.

— Гармония Неба и Земли, — рассуждал Ли Цзы Фан, расхаживая по комнате. — Обычно это значит баланс Инь и Ян. Легкий белый чай и тяжелый пуэр. Или чай с гор и вода из глубин.

— Это банально, — я сидела за столом, рисуя эскизы. — Все будут делать купажи. Мастер Чжоу привезет тысячелетний улун. Госпожа Лю будет танцевать с веерами во время заварки.

— А что сделаем мы?

— Мы сделаем то, что я обещала. Ледяные чаши.

— Но лед — это Вода. А тема — Небо и Земля.

— Лед — это застывшая вода. Земля. А горячий чай — это пар. Небо. Когда они встретятся... родится туман. Мы подадим Императору Туман.

Я посмотрела на Ван Юя, который зашел к нам «на огонек», мы теперь жили по соседству.

— Ван Юй, мне нужен твой лед. И... мне нужен твой механик. Тот, кто паял трубки для твоего парового монстра.

— Зачем? — удивился Ван Юй.

— Я хочу сделать форму для льда. Двойную. Чтобы внутри льда был... цветок. Живой цветок «Пурпурного Дракона».

Глаза Ван Юя расширились.

— Заморозить цветок внутри чашки?

— Да. Когда горячий чай нальется в чашку, лед начнет таять изнутри. Цветок "распустится" прямо на глазах у Императора. Это будет зрелище. И это будет Гармония. Лед сохраняет жизнь, огонь пробуждает её.

— Это гениально, — признал Ван Юй. — И безумно сложно. Лед может треснуть.

— Мы добавим в воду немного спирта. Это сделает лед более пластичным.

— А вкус?

— Вкус будет меняться. Сначала — горячий и крепкий. Потом, по мере таяния льда — прохладный и мягкий. Как сама жизнь: от страсти юности к мудрости старости.

Ли Цзы Фан подошел ко мне и положил руки на плечи.

— Ты точно из другого мира, Сяо Нин. Никто здесь не мыслит такими категориями.

— Это называется молекулярная кухня, любимый. Ну что, работаем?

Три дня до турнира превратились в ад.

Мы не спали. Мы замораживали, топили, разбивали сотни ледяных чашек. Цветы «Пурпурного Дракона» были капризны. Если заморозить их слишком быстро — они чернели. Если слишком медленно — вяли.

Я нашла баланс на сороковой попытке. Шоковая заморозка, с помощью селитры и льда Ван Юя.

Накануне турнира ко мне пришел гость.

Это была старая женщина в одеждах служанки, но с осанкой княгини. Она принесла мне корзину с углем.

— Госпожа Вэй? — спросила она, не кланяясь.

— Да.

— Я слышала, вы ищете «Землю».

— Что?

— Для темы турнира. Гармония Неба и Земли. Вы нашли Небо (пар). Вы нашли Воду (лед). Но где Земля?

Я посмотрела на неё внимательно.

— Кто вы?

— Я была няней покойной Императрицы. Она любила чай. Она говорила: «Лучшая Земля — это не почва. Это память».

Она положила на стол маленький мешочек.

— Добавьте это в огонь, когда будете кипятить воду.

— Что это?

— Сушеные корни лотоса из озера, которое засыпали двадцать лет назад. Озера, где Император встретил свою любовь.

Я развязала мешочек. Запах был слабым, но узнаваемым. Запах ила, тины и... ностальгии.

— Зачем вы мне помогаете?

— Потому что вы напоминаете мне её. Она тоже любила эксперименты. И её тоже ненавидели при дворе. Выиграйте. Ради памяти.

Она ушла.

Я осталась стоять с мешочком корней.

Память. Эмоция.

Ван Юй говорил, что технологии — сила. Ли Цзы Фан говорил, что традиции — сила. Но эта женщина права. Самая большая сила — это эмоции.

Если я смогу заставить Императора вспомнить его любовь... я выиграю не просто титул. Я выиграю жизнь.

Я посмотрела на свой «Пурпурный Дракон».

— Ну что, малыш, — сказала я кусту. — Готов стать машиной времени?

Завтра все решится.

[Квест: «Финал: Чай для Императора».] [Сложность: Невозможная.] [Награда: Портал домой.]

При мысли о портале сердце кольнуло. Но я отогнала тоску. Сначала — победа. Потом — выбор.

Глава 19

Утро Состязания началось с удара гонга, от которого, казалось, завибрировали даже камни мостовой.

Запретный Город был ослепителен. Мы шли по мраморной дороге, ведущей к Павильону Высшей Гармонии. По бокам стояли гвардейцы в золотых доспехах, неподвижные, как статуи. Солнце, только что взошедшее над желтыми черепичными крышами, превращало дворец в сияющий мираж.

Я шла рядом с Ли Цзы Фаном. На нас были парадные одежды клана Ли — темно-синий шелк, расшитый серебряными волнами и чайными листьями. Мы несли свои инструменты сами: Ли Цзы Фан — жаровню и меха с водой, я — драгоценный ларец с ледяными формами и шкатулку с «Пурпурным Драконом».

— Руки дрожат? — тихо спросил Ли Цзы Фан, не поворачивая головы.

— Нет, — соврала я, мои пальцы были ледяными, несмотря на жару. — А у тебя?

— Дрожат, но это от предвкушения. Мы либо станем легендой, либо нас казнят за оскорбление вкуса. В любом случае, это будет незабываемый день.

Мы вошли в Зал Гармонии. Это было открытое пространство, окруженное галереями. В центре, на возвышении, стоял Трон Дракона.

Император уже был там.

Я ожидала увидеть грозного воителя или тучного сибарита. Но Сын Неба оказался мужчиной средних лет с уставшим лицом. Он сидел, подперев голову рукой, и смотрел на собравшихся мастеров с выражением вежливой скуки. Рядом с ним стоял тот самый Главный Евнух.

Нас расставили по местам. Двенадцать столов. Двенадцать жаровен.

— Да начнется Битва Вкусов! — провозгласил Евнух. — Тема: «Гармония Неба и Земли». У вас есть один час.

Гонг ударил второй раз.

Началась суета.

Я краем глаза наблюдала за соперниками. Мастер Чжоу с горы Эмэй начал сложный танец с веерами, раздувая угли. Его «Земля» была в глине, из которой он тут же, на глазах у всех, лепил чашку. Впечатляет, но долго.

Ван Юй, стоявший через два стола от нас, активировал своего «Железного Дракона». Машина зашипела, выпустив клуб пара. Зрители, а на галереях сидела вся знать столицы, ахнули.

— Смотрите! Он ловит облака в котел! — шептались они.

Ван