Золушка по-драконьи, или Это не мои тапки, милорд! - Наталья Самсонова

пили. Я бы даже сказал – пили и плакали, если вдруг попадали под опеку нечистому на руку родственнику. Ибо во благо сироты можно и дом его продать, чтобы деточке конный выезд справить. А там раз! Кони померли, карета развалилась, а деньги… Деньги растворились в воздухе, а после осели в чужом кармане.

– Н-да, – поежилась я, – только и остается, что пить и плакать.

Фантик хотел что-то мне ответить, но его отвлек стук в дверь. И если сама манера быстрого, дробного «тук-тук-тук-тук» нам была знакома, то куда же делось родное «шмяк-шмяк»?! Запоздалое «бамс-бамс» меня немного успокоило, и я крикнула:

– Войдите.

– Мы вновь на «вы»? – заинтересовался Эгерт, пронося в мой кабинет поднос со снедью.

– Нет, но вас определенно трое, – хихикнула я, глядя на ужимки кроссовок.

И те, почувствовав мой пристальный взгляд, тут же вытянули шнурки, чтобы заглянуть мне в глаза. Но меня это не смутило. Учитывая, каким получился Протто… Меня ничего не испугает, пока шертовы тапки не начнут плеваться кислотой!

– Айщ-щ, – зашипела я, когда дернулась помочь Эгерту с подносом.

– Что с тобой? – тревожно нахмурился он.

– Шея заболела.

Признаваться было стыдно, но что поделать. Скрыть эту досадную мелочь у меня бы не вышло.

– Знакомая печаль, – кивнул ло-Арндейл. – Я спасу тебя.

Он ловко пристроил поднос на краю моего стола, после чего обогнул его и зашел мне за спину.

– Постарайся расслабиться, – шепнул милорд.

– Зачем? Что ты делаешь? Ох-х…

Боль отступала стремительно. Эгерт разминал мою шею и плечи сильными, но ласковыми движениями, щедро сдобренными толикой магии. Временами он переставал давить и начинал оглаживать меня самыми кончиками пальцев, что запускало мурашки по коже.

Прикрыв глаза, я полностью растворилась в этой нежданной, но такой желанной ласке. В касаниях ло-Арндейла чувствовались нежность и забота. И мне так хотелось верить, что все это для меня. Что это не просто случайная любезность.

– Надо укутать шею от сквозняка, – низким, хриплым голосом произнес Эгерт. – Иначе будет хуже.

– У меня ничего нет, – растерянно ответила я, нехотя возвращаясь из своих грез.

– Есть специальное заклинание. – Он вновь положил руки на мою шею.

Его магия была похожа на сухой печной жар, что укутывает промерзшего путника, вошедшего в жарко натопленный дом. На краткую секунду я почувствовала себя драгоценностью, которую бережно обернули нежнейшим пухом и спрятали в футляр.

– Спасибо, – тихо сказала я, когда тишина стала давить на уши. – Ты… Ты меня спас.

– Кхм, – он кашлянул, – да. Как я и говорил, мне знакома эта проблема.

«И кто же тебе помогал ее решать?» – ревниво подумала я. Подумала и тут же сама себя изругала. А хотя…

«Я больше не буду убегать. В конце концов, стоит решать проблемы по мере их поступления. Даже если мне светит Озерный Край, рожать меня не сможет заставить никто!»

Я была свято уверена, что Эгерт никогда не возьмет женщину силой. Нет супружеских отношений – нет беременности – нет вероятности умереть родами в медвежьем углу.

– Научи меня, и я буду рада ответить тебе такой же помощью, – я обернулась и заглянула ему в глаза, – если ты, конечно, этого захочешь.

Время словно замедлило свой бег. Его лицо оказалось так близко, что я могла рассмотреть рисунок его радужки.

– Хочу, – выдохнул он. – Я приму все, что ты согласишься мне дать.

Эгерт склонился еще ниже, и его дыхание обожгло мои губы. Прерывисто вздохнув, я прикрыла глаза и замерла.

Что он задумал? Это странная проверка или за нами кто-то наблюдает? Зачем он меня мучает?

Тонкую кожицу губ словно покалывало сотней крохотных иголочек. А ло-Арндейл не спешил ни отстраняться, ни целовать меня. Выжидал.

– Ты…

Я не успела ничего сказать, все заготовленные слова он сцеловал с моих губ. Украл дыхание и привнес сумятицу в мои мысли.

Задыхаясь, я отвечала ему со всей искренностью, со всем жаром, который во мне еще оставался. Тянулась за ним, разворачиваясь к нему всем телом.

Когда я успела встать? Неважно. Сейчас имеют значение лишь его руки на моей талии. И его губы, что так сладко, так уверенно терзают мои.

Не представляю, что могло бы произойти, но грохот упавшего стула заставил меня отшатнуться от Эгерта.

– А ведь здесь дети, – укоризненно произнес Фантик и кивнул на шертовы тапки, которых едва не зашибло стулом.

Ответить на этот выпад я не сумела – пыталась восстановить дыхание и вернуть мыслям ясность.

– Ты ничего не хочешь у меня спросить? – мягко произнес Эгерт, пока я пыталась придумать, чем бы ошарашить наглеца.

– Спрашивать мне нечего, – мрачно отозвалась я и коснулась пальцем припухших губ, – но зато я могу тебе гарантировать, что не стану твоей лиали.

– Я бы не осмелился предложить такое тебе. – Он осторожно перехватил мою руку и, расстегнув браслет, прижался губами к метке. – Ты моя истинная, и в этот раз я счастлив.

Фантик, прыгнувший за упавшей монетой, смешно застыл, а я… Я попыталась отболтаться:

– В этот раз? Нет, подожди, с чего ты взял…

Он отпустил мою руку и подошел к стене, на которой я закрепила нашу с Фантиком фотографию. Сняв ее, он протянул карточку мне:

– Посмотри на свою руку.

– Рукав полностью закрывает запястье и…

– Размытие вокруг руки, будто на акварель водой капнули, – с нежностью проговорил Эгерт, – метка переполнена магией, особенно в первые дни. Это не брак и не вина фотографа, Арина.

– Я ведь даже не заметила, – прошептала я.

Фотография не была идеальной, ну так этот мир еще не развился до зеркальных камер! Или смартфонов! О Вильхей, я просто порадовалась, что мы с Фантиком узнаваемы, и все, не стала дальше копать.

– Ты поэтому так долго стоял перед фотографией, – прошептала я.

– А после пытался понять, почему ты не признаешься. – Он кривовато улыбнулся. – Мой статус и деньги всегда были притягательны для женщин, но ты… Ты предпочла спрятаться. На Сайбрине нет фото?

– Мне никогда не доводилось сниматься у уличного фотографа, – уклончиво отозвалась я. – Значит, ты все спланировал? Все…

–Я хотел, чтобы у нас был шанс, – серьезно ответил он.

– Но когда ты предложил мне контракт покровителя… Неужели ты не понимал, что это будет работать против тебя?

Он протянул руку и ласково коснулся моей щеки. Заправил выбившийся локон мне за ухо и тихо сказал:

– Я хотел, чтобы у тебя была опора под ногами. Ты уже была замужем, и ты бежала из своего мира, чтобы спасти собственное сердце и гордость. И я уверен, что ты рискнула бы снова.

Тут мне оставалось лишь неопределенно пожать плечами. Но это не смутило Эгерта,