Золушка по-драконьи, или Это не мои тапки, милорд! - Наталья Самсонова

– Ты понравилась мне в тот день, когда пинком открыла дверь в мой кабинет…

– Нет! Неправда, – я подскочила на месте, – не пинком! Я запнулась, потеряла равновесие и…

– И ввалилась в мой кабинет как в свой, – он тихо рассмеялся. – А после угомонила шертову обувь и дала мне несколько свободных часов. Знаешь, я иногда жалел себя. Крайне редко, но все же бывало. В дождливые дни, когда шрам начинал ныть, я позволял себе немного похандрить. Но как только в моей жизни появились эти тапки… Только тогда я понял, как хорошо жил до встречи с той переселенкой.

Тут мне стало и стыдно, и радостно. Вот, дорогой мне человек уже не хандрит и не жалеет себя. Плохо, что ли? Хорошо!

– Я наблюдал за тобой, – продолжил он. – И остро жалел, что не могу позвать тебя ни в театр, ни в ресторан. Если честно, то свою будущую истинную я начал немного, м-м-м, недолюбливать.

– Ненавидеть? – уточнила я.

Но он покачал головой:

– Ни в коем случае. Знаешь, еще неизвестно, в кого бы она могла быть влюблена. Меня просто раздражал тот факт, что я не могу отказаться от истинной.

«Точнее, ты бы не смог отказаться от магии», – проговорила я мысленно. И это не вызвало во мне ни грана отрицательных эмоций. Даже я, владеющая силой всего-то четыре месяца, никогда не смогла бы отказаться от нее.

«Или смогла, но только если бы это был вопрос жизни и смерти», – исправилась я мысленно.

– Именно поэтому я так резко высказался во время интервью, – тут он смутился, – в свое оправдание хочу сказать, что у меня нещадно болела голова после ритуала, а девица, игравшая в репортера, будто выкупалась в ванне с духами. Причем не самыми качественными.

– Ох, эту боль я знаю по прошлому миру, – поморщилась я. – Иногда мне приходилось сидеть с такими девицами весь день.

– Кошмар, – передернулся Эгерт, а после притянул меня в объятия. – Я вел весь этот разговор к одному-единственному признанию: я счастлив, что именно ты моя истинная. И я хочу, чтобы ты была во мне уверена.

– Я уверена.

– И согласись, что контракт покровителя успокоил тебя? – Он лукаво улыбнулся, и я была вынуждена признать, что да, имея такой документ, жить стало намного приятней.

– Так, на нас, конечно же, всем плевать, – муркнул мой хиэ, – но мы не в обиде. Да-да, не в обиде, если кому-то вдруг интересно. Однако же некоторые тут еще слишком юны! А потому мы выйдем в коридор и подождем, пока вы закончите эти свои брачные игры.

Двумя ударами Фантик вразумил шертовы тапки, и затем они втроем выскочили из нашего кабинета как ошпаренные.

– Ты позволишь ухаживать за тобой? – Эгерт погладил мои скулы кончиками пальцев.

– А разве ты не начал это делать?

– Но с твоего позволения это будут совсем другие ухаживания. – Эгерт коснулся поцелуем моего виска.

– А если мне старые нравились? – Я приподнялась на цыпочки и прижалась губами к линии его челюсти.

– Я приложу все усилия, чтобы новые были не хуже, – рассмеялся он.

– Хорошо, – важно проговорила я, – ты можешь за мной ухаживать. Ой!

Подхватив меня на руки, Эгерт закружился по кабинету. Правда, горы папок быстро охладили его пыл.

– Что ж, эффект должен был быть другим, – он посмотрел на разлетевшиеся листы, – я все исправлю.

И действительно, каскад заклятий вернул все выпавшее обратно в папки. После чего Эгерт вновь поцеловал меня и со вздохом отстранился.

– Совещание не сдвинуть. А жаль. Не планируй ничего на завтрашний вечер, хорошо?

– Хорошо, – кивнула я. – Тапки оставишь?

– Да, потом зайду заберу, – он вновь коснулся моих губ своими, – но я бы предпочел поменяться.

– Боюсь, офицерам не понравится совещание, во главе которого будут стоять твои тапки.

– А жаль, – хмыкнул он.

Открыв дверь, Эгерт запустил Фантика и кроссовки, после чего вышел. А я, без сил опустившись в кресло, пообещала самой себе: завтра сознаюсь в своем «закрытом» попаданчестве.

«Правда так или иначе выйдет наружу, и пусть он узнает это от меня, а не от кого-то другого», – подумала я.

После чего подобрала с пола монету, которую так и не поднял Фантик, и положила на стол. Затем нашла и застегнула браслет, а после и божественную да-нетку вернула на место. Богиня хочет, чтобы монетка всегда была рядом со мной? Отлично, это не самое сложное задание!

– Мы работать сегодня будем? – спросил Фантик, укладываясь на самую устойчивую стопку папок.

– Мы? – переспросила я. – В чем же, позволь спросить, заключается твое участие?

– В контроле, – важно произнес мой хиэ. – А если серьезно, то меня пугает твой серьезный вид. Ты явно о чем-то думаешь, а это может плохо закончиться.

Я удивленно на него посмотрела и уточнила:

– Так лучше не думать, что ли?

– Не, – он зевнул, – лучше чуть-чуть думать, а потом отпускать ситуацию. А ты явно себя накручиваешь.

– Не перенимай сленг закрытого мира, – только и нашлась я.

– Так не используй его, – Фантик развел лапками, – я же слабый, меня легко сманить на темную дорожку!

Свои слова мой хиэ доказал уже минут через двадцать: он уснул! И сопел так сладко, что у меня начали слипаться глаза, а ведь дневной сон остался в детском саду.

В любом случае я разобрала дела на кучки и вызвала посыльного. Тапки, свившие гнездо под шкафом, сонно копошились и как будто о чем-то шушукались. Что не могло не пугать: если они еще и заговорят, то я точно не успею сознаться первой!

«Все подталкивает меня к тотальной откровенности», – пронеслось у меня в голове.

И конечно же, именно в этот момент в кабинет зашел Эгерт. В его руках был небольшой букет нежно-сиреневых цветов, а еще… А еще он принес корзинку вкусняшек! И там были не только мои лакомства, но и артефактные отработки для Фантика.

– Устала?

– Не больше, чем ты, – улыбнулась я. – Возьмешь моего хиэ? Он устал сильнее всех.

Рыжий тут же вскинулся, потянулся и недовольно проворчал:

– Вот еще, сам пойду.

– А мог бы поехать верхом на главе Департамента Безопасности, – хмыкнула я.

– Верхом, но без седла, – подхватил мою шутку Эгерт.

И Фантик не устоял. Хотя на самом деле ему было не впервой утаптывать широкие плечи ло-Арндейла.

«Сказать сейчас? Но кругом слишком много народа, да и мой хиэ у него. Вдруг уронит?!»

Мы вышли на улицу и, пройдя через небольшой сквер, оказались подле кэба.

– Не смогу проводить тебя до дома, – Эгерт виновато улыбнулся, – мне подбавили радости и счастья, так что сейчас придется отправляться во дворец. И, Арина, на