Жизнь по моде - Линда Ленхофф

– Bay! – восклицаю я. – Она все-таки сделала это.

Рэчел, один из главных редакторов, ей, как и мне, слегка за тридцать; она уже давно играет на ударных в рок-группе «Переводчики». Они выступают у нас на рождественских вечеринках. Каждый член группы говорит как минимум на четырех языках, и они пользуются популярностью.

– Регги нашел работу в одном из мужских модных журналов, – продолжает Моник.

Регги всегда великолепно одет, он единственный в нашем офисе, кто пользуется одеколоном.

– От него всегда пахнет крем-содой, – замечаю я.

– Возможно, он нашел свою судьбу, – отзывается Моник. – Карл тоже уходит, в «Дискавери юнайтед».

«Дискавери», наш конкурент, издает в основном научно-популярную литературу. Вроде «Ваш друг Вселенная» или «Подружись с муравьями».

– Но каким образом они все узнали и успели найти новую работу? Или это совпадение?

– Я не верю в совпадения.

– Значит, Карл все знал?

– Значит, раз в пять лет он сообщает достоверные сплетни.

Официантка приносит суши в почтительном молчании, словно понимая, что надо быть деликатной с людьми, оказавшимися на пороге безработицы.

– Что будем делать? – спрашиваю я.

Моник макает в соус калифорнийский ролл.

– Мы будем хорошими скаутами. Мы будем всегда готовы.

– Ясно.

– Мы закажем еще саке, – продолжает Моник. – И подсчитаем, сколько у нас осталось неиспользованных дней отпуска.

После работы на выходе из офиса встречаю Роя, рассыльного. Он все так же сидит на ступеньках.

– Мир перевернулся, я совершенно уничтожен, – печально говорит он.

Присаживаюсь рядом.

– Вы не можете оставаться на одном и том же месте, – продолжает Рой. – Вот и сейчас жизнь разбросает нас всех по разным частям издательского мира, а кое-кто вообще попадет в ловушки рекламного бизнеса. Перспективы угнетают меня.

– Все возможно, жизнь порой круто меняется, но все образуется, – утешаю я его.

Странно, но паническое настроение Роя успокаивает меня, и на миг я даже перестаю бояться будущего.

– Я с трудом привыкаю к новым обстоятельствам, – признается Рой. – В однообразии и монотонности я расцветаю.

Похлопываю Роя по плечу.

– Однообразие может стать твоим врагом. – Я пытаюсь говорить в его манере. – Все наладится, вот увидишь.

Надеюсь, это звучит убедительно и он не слышал о моих утренних рыданиях.

– Где мне найти тебя, если жизнь разбросает нас? Я словно затерялся в густом тумане будущего, задыхаюсь там.

– Бедняжка Рой. Туман рассеется, правда.

– Холли, я ощущаю странную связь между нами. Мы удивительно дополняем друг друга.

– Ты мне тоже нравишься, Рой.

– Думаю, все предопределено.

– Да что ты?

– Иначе я никогда не встретился бы с тобой и Томом. Вы мои духовные наставники.

– Рой, едва ли наша роль так уж велика.

– Духовные наставники, – повторяет он.

– Ладно. Спасибо. А ты не думал о том, чтобы вернуться в колледж? Тебя, безусловно, здесь очень ценят, все тебе рады, но…

– Я думал об этом. Не уверен, что гожусь для этого. Университетская жизнь полна стрессов. И к тому же листва деревьев в кампусе вызывает у меня аллергию.

– Ах вот как…

– Стресс, – продолжает Рой. – Именно он причина всех наших страданий.

– Думаю, ты прав, Рой. – Я осторожно кладу руку на его худенькое плечо.

– Надеюсь, я не огорчил тебя?

– Ничуть. Ты всегда даешь мне так много пищи для размышлений.

Рой улыбается.

– Ты такая целеустремленная, Холли. – Он вскакивает на свой мопед, надевает шлем и уезжает.

На ступеньках появляется Том.

– Рой, уезжающий в закат, – говорит он.

– Человек в маске.

– Тебе лучше? – спрашивает Том.

Кажется, я не поблагодарила его за сок сегодня утром.

– Да, спасибо. Я попытаюсь думать обо всем этом как о страшном сне, не имеющем отношения к реальности. Это все, на что я способна.

– Виртуальная реальность.

– Вроде того.

– А что, если реальный мир разрушит иллюзии?

– Может, все решится само собой. Или к тому времени у меня появятся новые проблемы, настолько серьезные, что нынешние покажутся сущей ерундой.

– Неплохая мысль, – замечает Том. – Давай посидим где-нибудь и поговорим.

Лучше всего сейчас было бы остаться наедине с молчащей бутылкой вина, но понимаю, что это не самый разумный вариант. Поэтому иду с Томом.

Устраиваемся на скамейке в парке, наблюдая за людьми, спешащими домой.

– Наверное, сейчас не слишком подходящий момент, – начинает Том. Сначала я думаю, что он имеет в виду нашу прогулку в парк, но потом понимаю: речь о другом. – Но все-таки, – решается он. – Давай попробуем. Иногда я думаю о наших отношениях, действительно ли они развиваются так, как я надеялся.

– О! – Я не знаю, что сказать. – Наверное, все правильно. Наши отношения развиваются медленно, но все же развиваются. – Я киваю.

– Как ты считаешь, они развиваются? – спрашивает Том.

Я смотрю на него. Он такой искренний, непосредственный, и вдруг я осознаю, что Том мне очень нравится. Но мне не менее ясно, что наши отношения вовсе не развиваются. Даже если мы попытаемся как-то все изменить, все равно нас всегда будет преследовать чувство, что что-то не так.

– Прости, – говорю я. – Я не знаю. Не уверена.

– Наверное, я что-то сделал не так. – подскакивает Том. – Я хотел пригласить тебя еще раз на обед, но почему-то не пригласил. Думаю, я передержал паузу. А потом не знал, что сказать. Но ты мне очень нравишься.

– Я рада, правда. Я думала о наших отношениях. Может, и не стоит размышлять о таких вещах, а просто позволить всему идти своим чередом.

– Нет-нет, – возразил Том. – Это идеалистические представления. Да и вообще мне нравится об этом думать.

– Верно. Думать, мечтать, фантазировать. Видимо, мы оба слишком много фантазировали.

– А мне было любопытно, – признается Том.

– Ага, мне тоже. Но едва ли у нас могло что-то получиться. Вовсе не потому, что ты не привлекателен.

– Спасибо. Но все равно, похоже, время ушло. Я подумаю об этом. Это неприятно, но я подумаю.