Жизнь по моде - Линда Ленхофф

Наша команда безнадежно проигрывает и поспешно покидает зал. Впрочем, победители тоже не задерживаются на площадке. Зрители, уставшие от скучной игры, тянутся к выходу, недовольно ворча.

– Сегодня вечером в метро будут беспорядки, – предполагает Том.

– Ропот недовольства, – соглашается Рой.

Как ни странно, я прекрасно провела время, но, похоже, я в меньшинстве. Мы решаем пока не ехать в метро. Я предлагаю съесть по куску пиццы, и мы садимся в автобус, идущий к центру города. Пассажиры угрюмы и молчаливы, хотя, возможно, они просто устали.

Усевшись за круглый столик в уютной забегаловке, едим свою пиццу. Сыр возвращает нас к жизни, а может быть, масло.

– Мы хотели, чтобы твой первый баскетбольный матч стал особенным. – Том смущен.

– А разве он не был таким? Я никогда прежде не видела, чтобы фанат схватил тренера за галстук и играл с ним в перетягивание каната.

– Так бывает, – соглашается Том.

– И, разумеется, это был вовсе не первый баскетбольный матч в моей жизни.

Ребята удивлены.

– Я училась в колледже, болела за своих.

– Какие еще тайны ты скрываешь? – интересуется Том.

– Холли – современная женщина, – говорит Рой. – И ее жизнь представляет собой запутанную цепочку следов и полна секретов, которые она накопила за годы активной общественной жизни. Холли опытна в баскетбольных интригах.

– Расскажи нам, – просит Том.

– Я никогда не проливала на себя пиво, если вы это хотите услышать.

– Как я и думал, – подводит итог Том.

Мы расстаемся с Роем на углу, но Том провожает современную женщину до самых дверей. Он протягивает руку, словно намереваясь пожать мою, и наши пальцы сплетаются. Но я словно наблюдаю за этой сценой со стороны в ожидании какого-то знака. Боюсь, я действительно чего-то жду, момента, когда Том наконец наклонится и поцелует меня. Но вот я уже не жду – и вот он, наш первый настоящий поцелуй. Когда он заканчивается, Том все еще держит мою руку. Надо что-то сказать, но мне ничего не приходит в голову. Я бы хотела произнести что-нибудь не слишком забавное, но с долей юмора. Однако стою молча.

Том смотрит на мою ладонь.

– Ты такая тихая, спокойная, – говорит он.

– Я? – Вообще-то мы все считаем именно Тома тихим и спокойным.

– Я сижу на работе рядом с тобой, – продолжает он. – Ты часами не издаешь ни звука, не откашливаешься, не вздыхаешь, хранишь полное молчание.

Я улыбаюсь, несколько смущенная тем, что кто-то, оказывается, прислушивается к моим вздохам, но все же мне приятно.

– Не знаю, что сказать, – признаюсь я.

– Нет-нет, все в порядке, это замечательно, – успокаивает меня Том. – Твое молчание, я имею в виду. Я все равно всегда знаю, что ты рядом. О Господи, я становлюсь болтлив, как Рой.

– Вовсе нет, – возражаю я.

Том все не отпускает мою руку, бережно держа ее в ладонях. Может, именно этого я и хочу? Чтобы кто-то приходил в восторг от моих рук? Возможно, чтобы отвлечь меня от созерцания конечностей или по каким-то своим причинам, но Том целует меня еще раз.

– Доброй ночи, – говорит он.

И медленно отступает, не выпуская моей руки. И лишь когда наши пальцы наконец размыкаются, Том уходит совсем.

Вхожу в квартиру, продолжая думать о поцелуе. Будь рядом Мария, мы оценили бы его по десятибалльной шкале. Но отчего-то это не кажется удачной идеей. Пытаюсь вспоминать о других поцелуях в моей жизни, но в голове пусто. Затем все же припоминаю несколько. Этот в сравнении с другими очень хорош: техника исполнения плюс элемент неожиданности. (Я думала, мы еще долго будем разглядывать наши руки.) Неожиданность поцелуя может сыграть и плохую роль, но может стать и выигрышным моментом, как в моем случае. Ловлю себя на том, что слишком много анализирую. Но уж лучше это, чем новости по телевизору.

В общем, вечер удался, и я праздную это, влезая в старый джемпер, в котором иногда сплю. Расстилаю постель, надеваю мягкие носочки – один розовый, второй красный. Я бы нанесла на лицо маску, если бы у меня был крем. За неимением косметических средств взбиваю подушку и, наконец, залезаю в постель.

Раздается стук в дверь, очень знакомый стук. Некоторое время я размышляю, не стоит ли проигнорировать его, просто лежать и расслабляться в своих любимых носочках. Почему бы не остаться в постели, а наутро решить, что стук мне просто приснился? Но нет же, дитя привычки, я поднимаюсь и открываю.

– Здорово, Холли, – весело приветствует меня мой бывший супруг Джош.

В этот момент я понимаю, что совершенно не хочу его видеть сейчас; лучше бы осталась в постели. Наверное, вид у меня такой грустный, словно накануне проиграла моя любимая команда. Джош выглядит прекрасно, как и женщина рядом с ним.

– Холли, это Лорен, моя невеста.

Она вежливо пожимает мою руку, а глаза ее словно говорят: «Это была не моя идея». Лорен чуть моложе меня, с волнистыми, свободно спадающими на спину волосами. На ней черный джемпер модели «на все случаи жизни». Достаточно свободный, он при этом элегантно облегает фигуру, не оставляя сомнений в том, что Лорен стройная и подтянутая беззаботная женщина. И в одинаковых носках. Я предпочла бы захлопнуть дверь и спрятаться в ванной, пока они не уйдут, однако бормочу: «Приятно познакомиться», и приглашаю их войти.

На добрых пять минут повисает молчание, хотя, возможно, это пятнадцать долгих секунд. Или двадцать.

– Уже довольно поздно, – замечаю я.

– Я хотел, чтобы вы познакомились, – сообщает Джош. – Мы приходили раньше, но не застали тебя.

Если бы это был кто-то другой, я подумала бы, что он злобный и мстительный тип. Но это Джош, и я понимаю: он просто не отдает себе отчета в том, что иные ситуации смущают окружающих. В данный момент эта черта его характера не кажется мне особенно привлекательной.

– Да, меня не было, но теперь вы застали меня.

Если бы я съела лишний ломтик пиццы или если бы мы шли чуть медленнее, они оставили бы эту идею и сейчас бы я мирно спала. В одиночестве, что имеет определенные преимущества, особенно если вы храпите.

– Джош так тепло всегда рассказывает о вас, – говорит Лорен, явно чувствуя, что мне не по себе. – Замечательно, что вы остались друзьями.

– Конечно, – соглашаюсь я.

Думаю, не предложить ли им выпить, но тут же отметаю эту идею. Замечаю, что Лорен смотрит на мои носки.

– Лорен работает над диссертацией, – сообщает Джош. Лорен с улыбкой кивает, старательно скрывая облупленный лак на ногте большого пальца. Это внушает мне симпатию к ней. – И очень помогает мне в работе, разумеется, – добавляет Джош.