Нотариус его высочества - Дарья Михайловна Сорокина

– Куда это мы? – недоумевая, спросила я.

– В отдельную ложу. Не хотел вас смущать раньше времени, но оттуда вид куда лучше, чем из амфитеатра. Идем.

Он обманул меня? Я рассчитывала, что мы будем в окружении других зрителей, но оказаться с ним наедине я точно не стремилась. Вот только слова возражения так и остались невысказанными. Я послушно шла за принцем по пустынному коридору, который вел в ложу для особых гостей, и сегодня такой гостьей была я.

Я до последнего надеялась, что нам кто-то составит компанию, да хоть тот же сеньор Чиччи. Он бы мог сесть между мной и герцогом, и тогда от витающей в воздухе неловкости не осталось бы и следа. Но стоило мне только увидеть одинокий диван в персональной ложе принца, как все мои чаяния развеялись как дым. Между нами не то что сеньор Чиччи бы не поместился, тут даже ридикюль не положить.

– Давненько я тут не был…

Алессандро озадаченно почесал затылок, глядя на диванчик, а я вот вновь думала не о том.

В его движениях все было таким знакомым и даже родным, что я готова была предугадать каждое его действие. Сейчас он непременно засунет руку в правый карман брюк. Почему я знаю это?

Только на дорогом костюме не было никаких карманов, кроме одного, из которого торчала золотая цепочка для часов, к которой принц тоже явно не привык. Он лишь машинально погладил то место, где обычно бывает карман, и теперь не знал, куда деть руки.

– Вас что-то волнует, ваше высочество?

Он вновь не поправил меня, но мой вопрос подействовал на него отрезвляюще. Алессандро собрался и галантно проводил меня к неприлично узкому дивану.

– Волнует, ведь со мной сегодня вы.

И как это понимать? Ах, брось, Юри, ты неглупая. Все же ясно, только ты наивно хлопаешь глазками и сказать ничего не можешь, потому что он тебе нравится. А сейчас так особенно. Алессандро мил, слегка смущен, тепло улыбается тебе, окружает заботой и не стыдится выходить в свет.

Я ужасна! Чувствую себя в этот момент пустышкой, которая в один миг забыла многолетнюю любовь и вот так увлеклась другим мужчиной. Как заставить непослушное сердце не стучать так оглушающе?

К счастью, зрители пришли мне на помощь и зааплодировали, когда погас свет, а занавес задрожал и пополз вверх.

Герцог Аккольте сел со мной рядом, я старалась не смотреть на него, и полностью погрузилась в сюжет, разыгрываемый на сцене. А там меня ждал запутанный любовный треугольник на фоне, разгоравшихся дворцовых интриг в какой-то придуманной стране.

Всего после недели работы нотариусом я поняла, что ни один спектакль не сравнится с реальными жизненными историями. Расследование убийства курицы, покушение, мафия с южных островов… Чего я только не повидала уже! Я даже усмехнулась наивности главной героини, влюбленной в короля.

Разве эта Мента Бонно не видит, что для него она лишь мимолетное увлечение, а ее настоящая любовь совсем рядом. Вот же он добрый и надежный секретарь его величества. Пусть он не богат, не наделен титулами, но его чувства искренни и чисты.

– Вам совсем не нравится история? – спросил принц, когда объявили перерыв перед вторым актом, и мы шли в буфет, чтобы выпить хваленого ледяного чая, который подают только здесь.

– Мне не нравится героиня. Федерико любит ее, а она слепа и не видит, что он делает все, чтобы быть с ней вместе. Он жизнь готов свою положить, а она…

В глазах Аккольте появился лукавый огонек.

– И как, по-вашему, Мента откажет самому королю? Не ответь она на его ухаживания, и из мести он может отправить Федерико в тюрьму, искалечить или даже убить.

– Вы полагаете, что это не ветреность, а самопожертвование? – призадумалась я.

– Уверен. Разумеется, она любит Федерико. В основу этой пьесы положена очень популярная баллада. Сеньорита Ритци ни разу не слышала ее?

Я покачала головой, а герцог тихо запел:

Моя душа полна печали.

Тебя, любимый, предала.

В объятьях нежных государя

Я ночью прошлой умерла.

Ты для меня был миром целым,

И лишь тобой одним жила.

Но как же мне остаться смелой,

Когда тебе грозит петля?

Любовь свою я отрицала,

Ушла к нему, и мир поник.

Но не его я обнимала,

Тобой я грезила в тот миг.

Я не вернусь к тебе, мой милый.

Не смею звать тебя моим.

Я стала для себя постылой,

Но жить придется нам двоим.

– Двоим? Она вернется к Федерико? – с надеждой спросила я, когда дослушала эту разрывающую сердце песню в исполнении принца.

Мента больше не казалась мне гадкой изменщицей. У нее просто не было выбора!

– О нет. Под двумя она имела в виду себя и ребенка его величества. Героиня баллады наложила бы на себя руки, не будь она беременна. Только это остановило ее от самоубийства, в котором она видела единственное прощение своему греху.

– Ничего не сходится! Прошлую ночь, она провела с королем, а сегодня беременна?

Принц рассмеялся.

– Это же просто песня. В них любят немного приукрашивать.

– Странно, что я ни разу не слышала ее.

– Ничего удивительного, вы милая и добрая девушка из хорошей семьи, а этой историей многие прикрывают самый обычный адюльтер. Обманывают супругов, дескать их соблазнил сам король или другой высокопоставленный муж, и они не изменщицы, а спасительницы семьи, в их утробе растет не дитя похоти и разврата, но сын самого государя.

На душе сразу стало как-то мерзко, когда я услышала, что эту трагедию, стали опошлять.

– А еще эту песню любят сироты, потому что по ночам хорошо мечтается о семье. Ты грезишь о матери, которая не смогла тебя оставить из-за страха и преследований. Воображаешь себя наследным принцем, а не оборванцем без имени.

Что ж, понятно, почему Алессандро привел меня сюда. Тема родителей близка ему. Он потерял их, когда был совсем маленьким. Видимо, пьеса навевает ему воспоминания. Я же думала о Немо. А он слышал эту балладу?

Мне стало как-то совсем грустно от происходящего, так что ледяной чай был последним, что я хотела выпить. Принц заметил это и предложил мне вернуться в ложу.

Время до начала второго акта тянулось мучительно медленно, и я с тревогой ждала представление, ведь совсем скоро Мента останется наедине с королем, и сердца влюбленных будут навеки разбиты.

Теперь я по-новому смотрела на игру актрисы и