Клятве вопреки - Карен Хокинс

— Кто же они?

— Собака, лошадь и кролик.

— Должно быть, стоящая пьеса.

Натягивая сапоги, Уильям улыбался.

— Она очень веселая. — Маркейл с любопытством смотрела на него. — Меня удивляет, что ты веришь в проклятие.

— Я мало во что верю, но в это верю. Я видел, как оно действует, и мои сестры видели.

— Сомневаюсь, что поверила бы, даже если бы сама увидела, — рассмеялась Маркейл и сунула ноги в полуботинки из мягкой замши.

— Почему же?

Уильям пытливо посмотрел на нее.

— Я живу в мире, где обманы вознаграждаются полноценными тяжелыми монетами. Это многих делает циниками. Но немало и желающих быть обманутыми. Уж так устроена человеческая натура.

— Возможно. Я никогда не задумывался, как твоя профессия влияет на твою душу.

— В опасности не моя душа, а моя уверенность в моем партнере. Когда мы были знакомы прежде, я еще не знала цены успеха.

— И какова эта цена?

— Все хотят быть частью твоей жизни. Но их интересуешь не ты настоящая, а та, что притягивает все взоры на сцене. Они хотят быть частью жизни той, которую они видят в пьесе в блестящих нарядах и жизнь которой наполнена выдуманными приключениями. Их привлекает та, которой не существует. — Маркейл пожала плечами. — Никто из этих людей меня не знает и совсем не стремится узнать.

— Я знаю тебя, Маркейл! — Быстро пройдя через комнату, Уильям подхватил ее на руки и крепко обнял. — Тебя настоящую, а не какую-то твою сценическую версию. И я…

Снаружи раздался крик.

Выругавшись про себя, Уильям опустил Маркейл на пол и бросился к окну, а она последовала за ним.

— Это Постон, да?

— Он самый. Я должен идти. — Уильям повернулся и крепко поцеловал ее. — Оставайся здесь.

С этими словами он вышел за дверь и, громко стуча сапогами, побежал вниз по лестнице.

— «Оставайся здесь», — фыркнула Маркейл. — Как будто я могу.

Она пошла за накидкой и, зацепив ногой платье, которое было на ней накануне, увидела полученный ею подарок — маленький пузырек на серебряной цепочке, выпавший из кармана.

Маркейл подняла его и собралась положить на комод, но после секундного раздумья сунула зелье в карман, взяла накидку и торопливо отправилась вслед за Уильямом.

Спустившись по лестнице, она увидела, что он разговаривает с хозяином гостиницы и его женой.

— О-о, мы не можем позволить вам обыскивать всех наших гостей, — объявил мистер Маккланнахан. Его пухлое лицо было красным, а губы недовольно сжаты.

Миссис Маккланнахан с мрачным видом стояла рядом с мужем и все время отрицательно качала головой, словно придавая твердости его словам.

А Уильям стоял перед ними, скрестив руки на груди и расставив ноги, как будто находился на палубе корабля в самый сильный шторм.

— Уильям? — тихо окликнула его Маркейл.

— Постон нашел в конюшне лошадь с меченой подковой.

— Значит, эта дама здесь!

Уильям кивнул.

— Если бы мне позволили закончить проверку гостей, я, вероятно, смог бы узнать, где эта женщина…

— Какая именно? — перебила его миссис Маккланнахан.

— Рыжеволосая женщина украла вещь, принадлежащую моему брату. Мы искали эту пропажу и теперь знаем, что она, скорее всего, находится в этих самых помещениях. Все, что нам требуется, — это обыскать…

— Нет! Вы этого не сделаете! — непреклонно объявил хозяин гостиницы.

— Я хочу вернуть то, что принадлежит мне, — упорно настаивал Уильям. — Если ваши гости ни при чем, у них не будет возражений против того, чтобы мы осмотрели их вещи.

— Но они будут возражать, — с раздражением сказала миссис Маккланнахан. — Любезный джентльмен из Портсмута и тот француз, они оба уже возмущаются, что вы обыскали их.

— В сумке у «любезного джентльмена из Портсмута» уже оказались два ваших подсвечника.

— Да, и я благодарен, что вы вернули их мне, — рассерженно и грубо сказал мистер Маккланнахан. — Но я не позволю вам обыскивать всех гостей в этом доме. «Пеликан» имеет репутацию гостеприимного заведения, и я не допущу, чтобы о нем говорили иначе.

Маркейл заметила, что две пожилые леди, с которыми она познакомилась накануне вечером, сгорая от любопытства, выглядывают из общего зала, а Эмма еще подмигнула ей и помахала ручкой.

— А теперь из-за вас, — заговорила миссис Маккланнахан, — два джентльмена…

— Один — вор.

— Хорошо, один джентльмен, — с явной неохотой поправила себя она, — уезжает от нас в другую гостиницу.

— Да, — подтвердил мистер Маккланнахан. — Мы теряем двух выгодных постояльцев из-за вашего обыска.

— А француз собирался остаться на неделю или даже больше, — добавила миссис Маккланнахан, приняв еще более воинственную позу. — Услышав, что вы намерены обыскать каждого, он прокричал что-то о своих правах. Стремглав выбежав, он потребовал себе лошадь и поклялся, что не останется больше ни на минуту.

Словно по сигналу, Снаружи донесся голос рассерженного француза, его гнусавый голос был искажен от негодования, но слова невозможно было различить на таком расстоянии, а вслед за гневной вспышкой француза прозвучал спокойный ответ Постона.

— Я возмещу доход, который вы потеряли, — пообещал Уильям, продолжая твердо стоять на своем, — но не позволю никому уехать, пока не проверю их вещи.

Миссис Маккланнахан уперлась руками в бедра.

— Но мы не можем…

— Пожалуй, я могу помочь. — Маркейл улыбнулась Уильяму. — Почему бы тебе не пойти к Постону, пока я буду разбираться здесь? Похоже, если ты там не появишься, может собраться вся команда француза.

Уильям колебался, но, услышав, что шум снаружи нарастает, согласился.

— Я буду благодарен за все, что ты для меня сделаешь.

Он поклонился хозяевам гостиницы и ушел, а миссис Маккланнахан сложила руки на своей тощей груди.

— А что касается вас, мисс, то вчера вечером вы обманули меня. Вы сказали, что разыскиваете свою кузину.

— Я не хотела расстроить вас известием о том, что среди ваших гостей может находиться вор.

— Хм-м-м. Я вам не верю.

Маркейл уже открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент в холл вышла Эмма.

Ее очки сидели немного косо, и одевалась она, по-видимому, в темноте, потому что на ней было пурпурное платье и ужасная зеленая шаль с рисунком из огромных синих и красных, цветов.

— Миссис Маккланнахан, — пронзительным голосом начала она, — мы с сестрой ждем завтрак уже час. Нам что, самим пойти на кухню за ним? Мы можем это сделать, хотя колено леди Лоутон страшно болит после того, как она упала в вашем холле.