Чудесные рисунки боярышни-актрисы - Василиса Мельницкая

Короткими шажками Мира двинулась по карнизу.

- Выпорю! – свирепо рявкнул Владимир. – Вот только выберемся отсюда, и…

Не иначе, как от бессилия. Не привык он, чтобы вот так! Чтобы от него ничего не зависело! И как остановить Миру – не знал.

- Ага, - насмешливо произнесла она. – Сделать вид, что испугалась?

И правда, она в такое не поверит. Он никогда ее и пальцем не тронет, и Мира прекрасно о том знает.

Шаг. И еще. И еще.

Когда Мира качнулась, подвернув ногу, Владимир бросился к карнизу.

- Держись!

Но цепь, лязгнув, напомнила, что он пленник. А Мира продолжала идти.

- Сумасшедшая… - выдохнул Владимир.

Шаг. И еще. И еще.

Десять шагов превратились в вечность!

- Волька! – Мира упала в его объятия. – Волька, я тебя нашла!

- Любаша… - Он целовал ее лицо, прижимал к себе, и вновь целовал. – Любаша-а-а…

Мир замер. Владимира захлестнули эмоции: чистые, яркие, звонкие. Дар менталиста – его же проклятие. Загораживаясь от чужих эмоций, неизменно теряешь что-то важное. Любовь Миры зазвучала по-особенному, когда не стало щитов. От ее эмоций, ее чувств рождалась эйфория. И влечение, противиться которому Владимир не мог.

А Мира, похоже, противиться не хотела.

Он определенно потерял рассудок! Иначе не позволил бы первой близости случиться вот так… в пещере Лукоморья… на соломе…

И хорошо, что там, иначе в пылу страсти они, и вовсе, скатились бы в пропасть.

- Любаша?

Владимир приподнялся на локте, заглядывая ей в лицо. И что он там хотел увидеть? Достаточно чувствовать то, что чувствует она. Кажется, это и есть… счастье.

- Все, Волька. Теперь ты мой, - шепнула она, блеснув изумрудом глаз. – Весь мой. Никому тебя не отдам.

Он и так был ее, с той самой первой встречи, в детстве. И сердце его она не крала. Он отдал его сам, добровольно.

Так Мира, наконец, нашла то, что искала?

А цепь, что держала его на привязи, исчезла.

Глава 41

Глава сорок первая, в которой Любомира вступает в права наследства

Спускаться не хотелось. Провести всю оставшуюся жизнь в пещере – тоже. Но проблемы могут и подождать… часок-другой. В отличие от Лидии Алексеевны, которая, безусловно, волнуется. Так что рассказывать о сестре и поисках Мире пришлось по дороге.

Владимир крепко держал ее за руку – и на карнизе, и на горной тропе. И она вновь ощущала себя маленькой девочкой Любашей, будто и не было пятнадцати лет разлуки, актерской профессии, непростой жизни, не оставляющей надежды на счастье.

Мира понимала, что эйфория пройдет. И эти пятнадцать лет никуда не денутся, память о них не исчезнет. Но все же Любаша вернулась, а вместе с ней – вера в любимого человека и надежда на то, что их будущее будет светлым.

Кощей ждал их внизу, безмятежно греясь на солнышке. От вчерашней непогоды не осталось и следа. И Мира подозревала, что это как-то связано с ее настроением.

- Доброе утро, - сказала она.

Владимир промолчал и крепче сжал ее ладонь.

- Доброе, - согласился Кощей. – Нашли, что искали, Любомира?

Он взглянул на нее как-то по-особенному и кивнул, ответил сам себе:

- Вижу, что нашли. Теперь можно и наследство забрать.

- Володя – не «не знаю что», - возразила Мира.

- Определенно. Но к кургану все же сходите, не откладывайте. – Кощей перевел взгляд на Владимира. – У меня есть просьба, Владимир Николаевич.

- После того, что вы устроили… еще и просьба? – хмыкнул он. – Однако.

- Володя… - прошептала Мира.

Владимир уже пообещал ей, что не будет привлекать Кощея к ответственности за нарушение закона. Но все же…

- Необременительная просьба, Владимир Николаевич. Я отвечу за все свои преступления. Чуть позже, хорошо? Любомира примет силу, сделает выбор. А после вы…

- Совести у вас нет, Силантий Маркович, - перебил его Владимир. – Я не считаю, что благородная цель оправдывает средства. Но вы… родственник моей жены, в какой-то мере. Поэтому я сделаю вид, что ничего не было.

- Не получится, - возразил Кощей. – Бориса Аверчука убил я.

Мира охнула и прикрыла рот ладонью. Вот как! Зачем?!

- Вы мастер многоходовок, - выдохнул Владимир. – Хорошо, я дам вам время. Но удовлетворите мое любопытство, будьте так любезны. Вы были уверены, что события будут развиваться так, как нужно вам? Вы манипулировали нами… с самого начала?

- Вы поверите, если я отвечу «нет»? – спросил Кощей. – Свою судьбу вы выбрали сами. Смерть Аверчука…

Он замолчал и тяжело вздохнул.

- Случайность? – подсказал Владимир. – Он – случайная жертва?

- Он не жертва, - холодно произнес Кощей. – Вот он – точно не жертва.

Мира успокаивающе погладила Владимира по плечу. Она его понимала. Убийство человека – это преступление, даже если человек плохой. Никто не вправе брать на себя роль судьи и палача. И все же… она была рада, что все случилось так, как случилось. Если бы ни смерть подьячего Тайного приказа, если бы ее не обвинили в убийстве, кто знает, где бы они сейчас находились. И уж точно не вместе!

- Следователю расскажете, кто жертва, а кто нет, - пробурчал Владимир. – Я вас услышал, просьбу удовлетворю. Любаша, пойдем.

- К кургану идите, - бросил им вслед Кощей. И добавил: - Там все.

- Он спешит, - сказала Мира, когда они отошли на приличное расстояние.

- Может, есть причина, - отозвался Владимир. – Да, скорее всего, есть. Лягушки лет десять живут, кажется. Твоя сестра давно заколдована.

- Полагаешь, мне нужно выбрать ее? – тихо спросила Мира.

- Прости, но тут решать тебе. Я одно могу сказать, Любаша. Не выбирай Яра. Я изобрету артефакт, что ему поможет. Он уже в разработке.

- Но Красибора тоже жаль, - вздохнула она. – Ему никако й артефакт не поможет.

- И это только те, о ком ты знаешь. Тех, кто нуждается в чуде, гораздо больше.

И он прав, все так и есть. Всем помочь невозможно.

У кургана их ждали Лидия Алексеевна, Красибор, Кощей и Оскар.

- Я за деда, - сказал рыжий мальчишка. – Представитель от Баюнов.

- Одной сложно будет справиться, - произнес Кощей. – Любая помощь не лишняя.

- А что надо делать? – спросил Владимир.

- То, что сердце подскажет, Владимир