Подарок для герцога. Вернуть отправителю! - Елена Княжина

Демон провожал взглядом своих сородичей, дожидаясь, пока последний рогатый войдет в портал. Это была его миссия: вернуть воинов в Керракт.

А мы с Габриэлом не могли оторваться друг от друга. Вросли губами в губы, вплелись кожей в кожу, став истинно неделимым целым.

Его руки прижимали меня так крепко, что я онемела и растеряла способность шевелиться. Лишь бегала глазами из стороны в сторону, разглядывая, как с полотен на деревьях тянутся ниточки. Перекидываются с ветки на ветку, завязываются в узелки…

Внутреннее чутье подсказало, что в этот миг в Сатар вернулась любовь. И богиня у нее теперь была своя, «заслуженная», со всех сторон выдающаяся. Мастерица чувственного топора и волшебной наковальни.

Мокрую Миланку окутывало сияние, и она, радостно вертясь на каменном пьедестале, показывала язык зазолотившимся небесам. Ох и бесячая… Как сама любовь. Приходит нежданно, лезет куда непрошено, покоя лишает, раздражает, мучает!

Я виновато улыбнулась Ахнету. Традиции требовали, чтобы я подошла и засвидетельствовала почтение… Еще бы Габ меня отпустил. Демон понимающе качнул рогами и, пропустив вперед последнего керрактца, спокойно смотрел, как гаснет портальный омут.

Он не идет домой? Не возвращается с ними?

Надев на загорелое лицо умиротворенную ухмылку, Ахнет развернулся и зашагал по другой дороге. Куда-то в лесную черноту, в неведомое местечко судьбоносной Рощи.

Он не выглядел напуганным или удивленным. Будто с самого начала знал, что у него другая дорога. Будто догадывался, куда его приведет личный путь…

Эпилог

С момента, как на каменной кучке в Садах воссияла богиня любви, прошло пять лун.

Насладившись весной в исполнении Сато, мир пожелал продолжения банкета и избрал Миландору. Бесячей кошке сделали столько подношений, что Вергана и Триксет от зависти кусали локти и выли на луну. Они ошиблись: Сатар желал любви.

К тому дню статуи Миланки воздвигли во всех храмах и на площадях – она законно заняла место Лавры. Жрецы признали ее пятой, а сатарцы… Сатарцы сразу вспомнили о забытом. Даже разрушенную гору в Пьяни восстановили.

Избирательную чашу втиснули между «летней» и «весенней», украсили золотыми лентами и желтыми парящими перьями. И хотя Миландора по натуре была из семейства кошачьих – вредных и мохнатых, – птичек она уважала. Повсюду таскала за собой стаю маленьких лоури и учила их петь о любви.

Первый сезон правления Миландоры был ознаменован любопытными новшествами. Вдруг резко перестали действовать грязные любовные чары. «Эликсиры пятой богини» утратили горячительные свойства, с глаз некоторых винторогих спала пелена… А на руках аристократок, практиковавших грубую магию, пробуждающую желания, внезапно появилась некрасивая бордовая сыпь. Миланка та еще затейница.

Сиеллу вдруг взревновал законный супруг. Наплевав на титулы и придворные интриги, он увез леди Ротглиф в далекое имение на окраине Вандарфа. И ее запер, и сам заперся вместе с женой… Больше в театральных ложах ее рыжих кудрей никто не видел.

Тэйра Лилианна сменила розовый цвет щек на густо-пунцовый: она была поймала с поличным самим Владыкой. Обычно слепой и глухой, Гариэт вдруг почувствовал странный привкус вергинского гинна, что он всякий раз выпивал перед сном… И белые ладошки дочери советника вмиг покрылись красными прыщами.

В ту же ночь вместо гостевых покоев Гариэт отправился в супружескую спальню: получше разглядеть принцессу Аланну. А наутро, распробовав вкус истинных чувств, Владыка признал, что с робкой, благовоспитанной супругой ему повезло. Она никогда не пачкала рук грязными любовными заменителями.

Выбрав идеальный момент для признания, Галлея затолкала в столовую упирающегося Раина и объяснила старшему величеству, для чего (и кого) ей был нужен свободный статус. Ладони замначальника тщательно проверили. Убедились, что чувства пары были истинными.

Гариэт помялся и… махнул рукой. Сказал, что у него после увольнения советников и без сумасбродной сестры полно дел в Сатаре. Демонова пропасть государственных хлопот! И как он раньше жил так беззаботно?

Еще за молодой женой ухаживать и ухаживать, замаливая грехи «сочной травки»… А Гала – достаточно взрослая, чтобы самостоятельно выбирать свой путь.

Это он, конечно, опрометчиво: Галлея пугающе деятельная натура. Они с Раином поженились тайно на следующий же день! Их венчала Миландора в Грейнском храме на Священной горе. Воссияв, негодница получила право благословлять пары. И как богиня любви плевать она хотела на статусы и разницу положений.

Еще из шокирующих новостей: недавно мы с Габом узнали тайну ректора Вольгана. Она оказалась куда внушительнее, чем я могла вообразить. Мрак в рукавах – это вам не шутки.

Поначалу герцог злился, рвал, метал и грозил убиением всем причастным… Но потом примирился. Однако это совсем другая история.

***

Пять лун спустя бразды правления взяла Шария. Мы с Габом охотно голосовали за добродушную толстушку, решив, что осень – идеальное время для рождения малыша.

В Сатаре пахло сухой листвой, улицы заполняло шуршание и шелест, погода стояла мягкая, комфортная… И ко второй луне на свет появился Горан Грейн, маленький герцог Грейнский.

В то памятное утро, когда малыша представили пяти богиням, первой на призыв откликнулась Вергана. Сияющая леди окрестила Горана великим воином, достойным своего отца, и благословила на подвиги и долгую жизнь.

Кроха был чудо как хорош – грайнитовые глазки-бусины, губы бантиком, черный хохолок на макушке. И такой хитрый прищур… Ах ты ж мой маленький кворг!

– Его ждет великое будущее, – уверенно заявил Габ, забрав у меня сына после ритуала наречения. – Любовь, магия, приключения…

– Дай Миланка, чтобы не кругосветные, – простонала я, с опаской косясь на хитрую детскую ухмылку.

Габриэлу был очень к лицу и к мундиру малыш на руках. С физиономии генерала не сползало выражение гордости – будто он сам, лично его родил!

Эмильена училась называть «Габи-би-би» папой и теперь жила с нами. Специально к празднику для нее сшили тряпичную Миландору в вырвиглазном желтом полушубке. Эми умудрилась потерять кукольный сапожок где-то за алтарем, и жрец с неллой Робертиньей до полудня его искали…

***

Сезон сменялся сезоном, времена года выстраивались в причудливые хороводы, богини проигрывали и побеждали. А мы с Габом не расставались. Больше – никогда.

Мы жили то в Сандере, то в Грейнхолле, то в Пьяни, то в Вандарфе. Теперь многострадальные поля использовались как тренировочная база для боевых магов, и герцогу приходилось присутствовать там, пока проводились учения.

Всякий раз, когда намечался переезд, начиналась суматоха.

Джарр инструктировал сопровождение на случай вторжения, наводнения, землетрясения, снежных завалов, засухи, божественных шуток и драконьего налета. Молчаливый Ральдо, после ранения поступивший в личную охрану герцога Грейнского, проверял харпий и