Ну ты и ведьма! - Лана Ежова

Я прислушалась к себе: а ведь точно, разблокированный дар принялся залатывать повреждения. Вышитые на платье обереги тоже присоединились к работе. Но все же главная заслуга – это заклинания и зелья Фарийского.

– Спасибо, я почти в порядке. А ты?

– Разве не видно? – ответил вопросом на вопрос Фарийский.

– А как ты меня нашел?

– Со мной по амулету связался Димитрис и сказал, что тебя похитили.

– Искатель? – не поверила я. – Я решила, он будет молчать, раз сразу не помог!

Я так удивилась, что приподнялась на локте.

Фарийский мягко надавил рукой на плечо, укладывая обратно на мягкую траву.

– Димитрис – не боевой маг, – напомнил Фарийский, – он рассудил, что раз не справилась хранительница, то ему преступница точно не по зубам. Да и опасался он рисковать своими спутниками.

– Наверное, важная делегация – эти тролли.

– Один тролль и королева Фаярун.

– Что?!

Та девушка в алом покрове невесты – потерянная королева? Я едва на ноги не вскочила, маг поймал и вернул на место.

– Не до королевы было, я спешил к тебе, но, кажется, у нее проблемы с памятью – она не узнала ни меня, ни магистра.

У меня все еще болел висок, но остро захотелось злорадно посмеяться, и я не стала себя сдерживать.

– Попал наш король! Вот почему его брачная татуировка блеклая – у Фаярун фактически новая личность, представляю, какая именно после года у приграничных строгих троллей!

Вспомнилось мое проклятье от души: будет король добиваться внимания супруги очень-очень долго. И поделом!

Я поделилась своими мыслями о будущей семейной жизни монарха. Но Фарийскому было неинтересно.

– Зея, а ты ничего не хочешь мне рассказать? – проникновенно спросил он, не сводя с меня темного печального взгляда. – Однажды тайное всегда становится явным. В последнее время я все больше убеждаюсь в справедливости этого заявления.

Он прав. Я вздохнула и как на духу призналась:

– Прости меня, Йенран! Двадцать лет назад я тобой воспользовалась, чтобы избежать учебы в Занебесье. Опоила зельями страсти и забвения, первое, кстати, не мое было…

Он нахмурился и ничего не ответил. И я рассказала все. Ну, почти.

– Так дочери у меня нет?

И столько было разочарования в его голосе, что мне сильно-сильно захотелось ее родить.

– Нет, дочери нет.

– А как же Эффи? – пытливо глядя на меня, спросил маг.

– Мой фамильяр под особой личиной, его пришлось выдавать за ученицу, – немного уклончиво ответила я.

– Благодарю за честность. – Йенран коротко поклонился. – Но, вообще-то, я спрашивал не об этом. Ничего не хочешь рассказать?

Он разжал ладонь. Хищно сверкнул серебряный браслет, который подарила мне Риалин.

Я скосила глаза. Елки-метелки, да у меня же рыжие волосы! А я и не заметила.

– Замочек сломался, браслет соскользнул с твоей руки – и ты вдруг стала вновь как в юности, только рыжей, – хрипло произнес Йенран. – Раньше красилась в черный из-за проклятия королевского рода? Боялась, что не примут?

Пришлось кивнуть.

– Ты не выглядишь удивленным.

– У тебя веснушки на теле, – улыбнулся маг, глядя на меня потемневшим взглядом.

– Где? – всполошилась я.

– Не скажу, не хочу, чтобы выводила. Это красиво.

Я хотела возмутиться, но не успела: он потянулся ко мне и поцеловал. Нежно, легко, коротко.

Испытывающий поцелуй. Поцелуй-вопрос. И я ответила нежностью на нежность.

– Стимул для моей смелости, – тихо произнес Йенран. – Сейчас как выцарапаешь мне глаза…

За что? Спросить не успела – все рассказал сам.

– Я не пил тогда сок, отвлек твое внимание и испарил содержимое бокала.

О… А ведь точно, отвлек, а я повелась!

Открыла рот и тотчас закрыла. Облегчение – вот что испытала в первую очередь.

– Я сходил по тебе с ума, Эффизея, не устоял, – признался Йенран тихо. – Хотя правильно было бы хватать тебя в охапку и тащить в академию, к целителю – ты-то зелье выпила.

– Жалеешь, что так не сделал?

Я смотрела ему прямо в глаза.

– Нет, – честно ответил он, не отводя взгляда. – А ты?

Прислушалась к себе. Несмотря на все полушуточные проклятия в его адрес, ни капельки сожалений о ночи в королевском домике.

Я покачала головой.

– Недавно злилась, что ты тогда не рассказал мне о договорной невесте принца.

– Сам узнал о ней в день, когда объявили, что ты избрана Вечным. Думаю, Кассий молчал, чтобы я не поломал ему игру.

Вот уж точно – игру. Единственный, кто постоянно лгал, это наш дорогой король.

– Зея, ты…

Карканье вороны над нашими головами заглушили слова мага.

И он будто очнулся. Вскочил на ноги и принялся собирать зелья, которые использовал для обработки моих ран.

– Мы в Мертвом лесу, как ты уже поняла. Нужно постараться поскорее выйти отсюда, но для начала найти еду. Я ел вчера, а ты?

В животе заурчало – позавтракать я не успела, а тут еще и напряженная встреча с Хаосом. Дико хочу есть!

– И я еще не ела.

– Тогда я добуду нам съестное, а ты отдохни. Солнечным днем в Мертвом лесу относительно безопасно, но все же надень мой плащ – даже мертвый янтарный питон отпугивает зверье и мелкую нечисть.

Он набросил мне на плечи свою чудо-вещь.

– Зря доверяешь мне свой плащ, я же проинспектирую карманы, – пошутила я. – Столько интересных зелий достал, когда лечил, что удержаться будет сложно.

Йенран пожал плечами.

– Развлекайся, любопытная моя. Главное, ничего не выливай, пока мы в лесу.

У кого-то заныкана запрещенка, типа энергозелья? Теперь точно проверю!

Йенран ушел, и я принялась исследовать его запасы – сам ведь разрешил!

Поверх подкладки плаща шли накладные закрывающиеся карманы, по одному на каждую плоскую, продолговатую флягу из силь-вейльской глины – легкая, небьющаяся, она продляла срок хранения зелий. Часто, надеясь на это свойство, маги забывали проверять годность и в итоге оставались без важных зелий в нужный момент.

Так успокаивая свою совесть, я проверила треть. Йенран оказался ответственным: ни одной просрочки! Правда, зелье ночного зрения и острого слуха я бы заменила – слишком кислое, устаревший рецепт.

Вытаскивая очередную флягу, пальцы натолкнулись на нечто прохладное и гладкое.

Шелковая лента. Моя. Не помню, когда и где потеряла, но точно моя. Йенран хранил ее столько лет да еще в нагрудном кармане?

На глаза набежали слезы.

Нет, я не испытывала радости, скорее наоборот. Ладно, я его не забыла, но он? Двадцать лет прошло, а Йен все помнил одну ведьму! Наверное, это ненормально?

Прошлое цепко держало нас, не отпуская. Даже сейчас мы говорили только о нем, ни слова о будущем. Совместном будущем.

Да, я подслушала, как Йенран сказал