Жестокое лето - Морган Элизабет

Оливия, окинув меня взглядом, качает головой.

– Извини, Ками. Правда, извини, что я так по-скотски себя вела, думала, что ты с ним встречаешься, только чтобы отомстить мне. Но больше я так не считаю. Я так зациклилась на себе, на том, как мне пережить это лето, что никого вокруг себя не замечала.

Я с улыбкой беру ее за руку.

– Спасибо, Оливия, мне правда важно было это услышать.

И вот мы с Оливией играем за одну команду, и я чертовски этому рада.

38

7 июля, пятница

Ками

У тебя есть карандаш?

Я вообще-то больше по ручкам.

А мне хочется стереть твое прошлое и написать будущее.

Лучше запиши, что мы сегодня вечером вместе ужинаем.

Поджарю для тебя картошку фри.

Сижу за столом, заваленным бумагами и блокнотами, и готовлю вечеринку по случаю первого дня рождения Уэстона, внука миссис Томас. Впрочем, по правде говоря, за последний час я не прочла ни одного слова и не учла ни одной цифры.

А только наблюдала, как змеиный клубок глумится над девушками, работающими в нашем демократичном ресторане.

Сначала они жаловались, что во дворике плохо работает кондиционер и влажный климат побережья Джерси отравляет им жизнь.

Потом Стейси требовала, чтобы соус налили на край тарелки, а не на салат, и в то же время, чтобы салат заправили. Затем заказала суп, но когда его принесли, выяснилось, что «кто вообще станет есть суп в такую жару? Сейчас же июль, идиотка!».

Одна из подружек заказала несладкий сладкий чай, а потом жаловалась, что он недостаточно сладкий.

Лейси расстроилась, что в веганском меню без молочного и глютена нет блюд с курицей.

Впрочем, она-то, наверно, вполне искренне на это сетовала.

Но остальные начинали хихикать, как только официантка отходила, выслушав их просьбу, жалобу или придирку. Я всегда знала, что для этих женщин портить жизнь другим людям просто игра. Все больше уверяюсь, что каждому лет в восемнадцать стоит годик отработать в сфере услуг, чтобы обучиться состраданию и смирению.

Что-то вроде стажировки перед взрослой жизнью.

Впрочем, эти девицы наверняка нашли бы у себя какое-нибудь плоскостопие и отмазались.

Оливия, разумеется, сидит с ними, фальшиво улыбается, посмеивается, но когда никто не видит, виновато смотрит на очередной предмет их упражнений.

Змеиный клубок с хохотом гоняет милую официантку, а мне на телефон приходит сообщение.

ОЛИВИЯ:

Они заплатят.

Поняла.

Я с милой улыбкой склоняюсь к соседнему столику.

– Привет! Извините, пожалуйста, мне нужно отлучиться в уборную. Вы не могли бы пока присмотреть за моими вещами? Вдруг кто-то подумает, что мне они не нужны, и выбросит, – с улыбкой обращаюсь я к пожилой женщине за столиком.

– Нет проблем, Камила! С радостью.

Удивительно, меня тут уже по имени знают.

Оказалось, что в «Приморском клубе» существует два лагеря.

В одном из них люди вроде Глории – добрые, приветливые, радующиеся всем изменениям и новым мероприятиям, которые я придумала.

В другом же объединились змеи разных возрастов, которые ничего не хотят менять, не понимают, зачем я тут нужна, и всячески меня игнорируют.

Если честно, первые мне нравятся больше.

– Когда вернетесь, у вас будет время поговорить со мной о мероприятии, которое моя семья хочет в октябре устроить в Хобокене? Мне поручили организовать бранч в честь невесты моего сына, и мне хочется устроить для нее теплый праздник формата «Добро пожаловать в семью!».

Вот почему работа здесь так бесценна, несмотря на то, что приходится иметь дело со всякими Стейси и Лейси. Постепенно местные богатеи начинают запоминать, кто я такая, и все чаще и чаще мне поступают просьбы организовать частное мероприятие вне «Приморского клуба».

Много лет я пыталась найти свое место в этой индустрии, и наконец у меня получается. И благодарить за это стоит «Приморский клуб», ну и Дэмиена Мартинеса.

– Конечно! С удовольствием, – я беру сумку и иду вовсе не в уборную, а в крытый зал ресторана. – Джессика! – я беру за руку бедную официантку, которая вытащила короткую соломинку и вынуждена сегодня обслуживать гадюк.

– Привет, Ками! Как дела? Налить тебе что-то? – спрашивает она.

Боже, вид у нее совершенно измученный, и я точно знаю, кто в этом виноват.

Клянусь, я с каждым днем все больше их ненавижу.

– Нет-нет, слушай, ты же близнецов обслуживаешь, верно?

Она с тяжким вздохом кивает.

– Ага, и они гоняют меня в хвост и в гриву, а чаевых оставят копейки.

– Можешь оказать мне услугу?

Вот так я начинаю осуществлять наш план.

Клубок еще с полчаса злословит по поводу каждого встречного, а потом Стейси легким движением руки просит счет. За эти полчаса я успеваю назначить консультацию Глории и вручить ей десяток своих визиток без логотипа «Приморского клуба», чтобы она раздала их своим друзьям.

В следующие пять минут официантка приносит счет, берет у Стейси карточку, а потом возвращается к змеям, прикусив губу. Окинув взглядом зал, она замечает меня за дальним столиком, вне поля зрения близнецов, и незаметно показывает два оттопыренных больших пальца.

– Ну все уже наконец, боже? Если думаешь, что мы дадим тебе чаевые за то, как ты все время прохлаждалась в комнате персонала, то очень ошибаешься, – Стейси протягивает руку, чтобы подписать счет.

– Ага, – вторит ей Лейси, как тупоголовый прихвостень главного хулигана в детском фильме из девяностых.

Да как же она, бедная, на свете живет с такими куриными мозгами?

– Э-э, мисс Сент-Джордж, ваша карта не работает.

Над змеиным столом повисает тишина, я прикусываю губы, чтобы удержать рвущийся наружу смех. Невероятно, но факт, в этой тусовке неработающая карта – жуткий позор.

– В каком смысле не работает? – громким шепотом спрашивает Стейси.

– Ну, я приложила ее к картридеру, но оплата не прошла, а это значит, что банк…

– Боже, я понимаю, что означает «не работает», но моя карта работает. Ты хоть знаешь, кто я такая? Попробуй снова! – разъяренно рычит Стейси, явно считая, что во всем виновата Джессика, а никак не ее карта.

И это правда, но ей об этом знать не обязательно.

– Я пробовала, мисс Сент-Джордж. Четыре раза.

Змеи переглядываются, словно говоря: «Невозможно поверить!» и «Стыд какой!»

– Попробуй снова!

– Тогда карту заблокируют.

– Попробуй снова!

Джессика, пожав плечами, возвращается в ресторан и на ходу