Гарем - Патриция Грассо

Халид вновь закрыл им лица и приказал:

— Абдулла, ты поведешь Лану, а ты, Рашид, Ниру. Затем он подошел к входу в дом и громко постучал. После минутной паузы дверь отворилась.

— О Султанский Пес! — в ужасе вскричал прислужник имама и попятился.

Халид, сопровождаемый странной своей свитой, вступил в сумрачную прихожую и буквально смел с пути опешившего слугу.

На шум выбежал имам и зачастил скороговоркой:

— Ваш неожиданный приход наполнил меня радостью. Какое удовольствие видеть у себя вновь сиятельного Халид-бека! Что привело принца в мое скромное жилище? — Тут священнослужитель разглядел две укутанные женские фигуры. — Вы опять намерены жениться?

— Одного раза с меня более чем достаточно, — ответил Халид. — А вот они хотят жениться! Он указал на Абдуллу и Рашида.

— Что?! — одновременно воскликнули оба воина. Малик фыркнул, с трудом сдерживая смех. Девчонки взвизгнули под своими покровами и радостно захихикали.

Халид посмотрел на сестер.

— Вы этого хотите? Обе согласно кивнули.

— Клянетесь ли вы быть послушными женами?

Девушки вновь кивнули.

Халид обратил свой взгляд на воинов.

— Подтвердите имаму, что вы желаете жениться.

— Я готов!

— И я!

Возгласы Абдуллы и Рашида прозвучали одновременно.

— Замечательно, — сказал имам, хлопнув в ладоши. — Тогда следуйте за мной. Прежде чем вознести молитву аллаху, требуется составить документы. Воины отправились вслед за имамом. Малик тронул друга за плечо и тихо спросил:

— Как это пришло тебе в голову?

— Моим парням давно пора жениться, и они не посмели бы воспротивиться моей воле. А что касается близняшек, то они затоскуют и увянут, если их навсегда разлучат. А ты с Рашидом часто навещаешь Стамбул. Почему бы Рашиду не прихватить с собой жену и не порадовать ее свиданием с сестрицей?

— А где они проведут первую брачную ночь?

— Я полагаю, что у Михримы. Малик покачал головой.

— Лучше будет, если я препровожу их к себе, а сам вернусь на корабль. Я обнаружил, что соскучился по моей птичке, и хочу с утра отправиться домой. Если, конечно, я не нужен тебе здесь, в Стамбуле.

— Когда я отыщу логово Форжера, пошлю тебе весточку. Ты желаешь присутствовать при казни этого мерзавца?

Малик мрачно усмехнулся.

— Зачем спрашивать? Мечтаю!

В отсутствие супруга Эстер проводила время в обществе надоевшего ей до смерти Омара. Но что поделаешь? Избегая встреч со свекровью, она наглухо заперлась в спальне, и лишь болтовня Омара хоть как-то развлекала ее. Вероятно, испытывая сходные чувства по отношению к невестке, Михрима надумала отправиться навестить подругу.

К полудню Эстер настолько истосковалась и устала от Омара, что, не находя себе места в комнате, выбежала в сад.

Омар не отставал от нее ни на шаг. Эстер резко остановилась, обернулась и прошипела ему в лицо:

— Будь так добр, оставь меня одну!

— Одну? — переспросил Омар.

— Я желаю немного погулять по саду в одиночестве.

— Ты не знаешь дороги, — возразил он.

— Заблудиться в маленьком, огражденном со всех сторон саду невозможно. Омар колебался.

— Но при желании…

— Клянусь, что я не убегу, — сказала Эстер, понимая причины его беспокойства. — Мне нужно побыть наедине со своими мыслями.

Недоверие с лица Омара исчезло.

— Пожалуйста, разреши мне посидеть одной в саду. Тридцать минут — вот все, о чем я прошу, — умоляла его Эстер.

— Хорошо, — со вздохом согласился Омар. Эстер сделала шаг, но задержалась.

— Начиная с завтрашнего дня ты будешь подавать мне к завтраку по два яичных желтка. Только желтки.

— А что мне делать с белками? — осведомился Омар.

— Ешь их сам.

— Как пожелаешь, госпожа, — с поклоном ответил евнух.

Растерянность маленького человечка немного развеселила Эстер. И погода тоже постаралась исправить ей настроение. Словно в угоду ей осенний день выдался великолепным. Одно-единственное белое облачко на небе лишь подчеркивало его пронзительную голубизну, воздух был кристально чист.

Эстер вдохнула чарующую смесь ароматов бесчисленных цветов и легким шагом пустилась в путь, выбрав одну из дорожек. Она остановилась возле пурпурно-золотых астр, сорвала цветок и сунула его под чадрой за ухо.

Если эти цветы, в самом деле, отпугивают злых духов или хотя бы держат их на расстоянии, ей можно не опасаться встретить здесь свою свекровь.

Завидев еще издали Зеркало Венеры и Стрелу Купидона, она тотчас подумала о Халиде, вспомнила, как они занимались любовью прошедшей ночью. Он приобрел странную власть над нею. Его поцелуи заставляли ее забывать обо всем, что ей было дорого в прошлом. Если б только она могла убедить его произнести брачные клятвы в присутствии священника!

Продолжив прогулку, Эстер набрела на мраморную скамью под раскидистым деревом. Она присела, подперла подбородок рукой и погрузилась в размышления о том, как уладить разногласия с мужем по поводу церковного обряда.

— Привет! — произнес чей-то голос.

Эстер встрепенулась. Она увидела девушку среднего роста, стройную, с темно-каштановыми волосами и огромными, как у газели, глазами. Девушка производила приятное впечатление. Улыбка ее была доброй, а голосок ласкал слух.

— Ты «та самая»? — спросила девушка.

— Что значит «та самая»?

— «Та», на которой женился мой брат.

— А ты Тинна? — в свою очередь поинтересовалась Эстер.

— Да.

— Значит, про меня говорят «та самая»? А у меня есть имя.

— Какое?

— Эстер.

Тинна склонила набок голову, внимательно рассматривая свою новую знакомую.

— Я рада, что мы познакомились.

— Правда? — удивилась Эстер. Тинна присела с ней рядом и сказала:

— Мы были в отчаянии, что Халид столько времени не мог найти себе жену. Мы боялись, что он никогда не женится. А почему у тебя в волосах цветок?

— Чтобы отгонять злых духов. А почему вы боялись, что Халид не женится?

— Мама говорит, что его шрам пугает людей, особенно женщин.

— Мой супруг — воин, и его шрам — знак доблести, — заявила Эстер. — Я не потерплю, чтобы о нем отзывались с пренебрежением.

— Я люблю своего брата, — сказала Тинна.