Жертвы обряда - Маргарита Боулес

– Мне уйти? Хочешь побыть одна? – я так хотел остаться, а она взмахнула ресницами и облизала ложку, нарочито долго рассматривая меня. Я замялся, не зная, что делать, чтобы ей было комфортно. Боялся коснуться и причинить боль, не хотел, чтобы она думала, будто я неискренен и не серьезен по отношению к ней. Скай молчала.

– Обними меня уже наконец и прекрати так жалобно смотреть, – она надулась. – Со мной все нормально, я просто устала и пережила стресс от встречи с твоей бывшей. И злюсь.

– На меня?

– Нет, на себя. Я ничего не могла сделать ей. Была бессильна. Абсолютно бессильна и выглядела жалко.

– Скай…

– Нет, ты не понимаешь. Ты не можешь вечно быть рядом и спасать меня.

– Ты права, не понимаю. Потому что имею силу и власть, потому что могу рассекать пространство и время, но знаю, что и ты сильна. Твоя сила внутри, в тебе. Ты выдержала пытки ангелики и не проронила ни слезинки. Ты невероятная, Скай.

– Это не меняет того факта, что я просто человек. А ты – Архангел.

– Да.

– Почему ты спас меня? – она посмотрела на меня. – Я могла бы умереть, стать духом. Попасть в Рай, надеюсь.

– Ты не должна умирать. Жизнь прекрасна. Ты можешь чувствовать, можешь дышать, есть, пить, испытывать эмоции.

– Но и ты испытываешь эмоции.

– Да, но мне не нужен воздух, не нужна вода, еда. Я дух, но с бо́льшими привилегиями, чем была бы ты. Это тело лишь оболочка, похожая на меня настоящего. Не все эмоции я понимаю, некоторые для меня недоступны и непривычны. Человеческое тело позволяет почувствовать себя более живым, – я попытался объясниться с ней. – К тому же души – безвольные создания. Они попадают в Рай и находятся в такой эйфории от энергии Небес, что забывают себя. Души часами просто молятся и любят Отца, они представляют собой лишь отголоски себя прошлых. У них постепенно стираются воспоминания, и они растворяются в молитвах и всепоглощающей любви к Отцу. Это сложно объяснить. Твои близкие, которых ты видела, умерли недавно, поэтому не утратили способность мыслить и помнят жизнь на земле. Чем дольше ты в Раю, тем меньше помнишь, а потом души могут и вовсе переродиться.

– Однажды ты говорил, что ангелы не умеют любить и чувствовать, но ты отличаешься. В чем секрет?

– Я был на земле, – нехотя ответил я. – И жил долгое время, как человек. Поэтому смог открыть для себя разные эмоции и чувства, как и Велиал, как Митраэль и высшие ангелы. Те, кто был на земле, отличаются от остальных. Мы мыслим иначе, чаще примеряем на себя человеческое обличие и… понимаем людей. Но это было давно.

Небесная заинтересованно слушала и ловила каждое слово.

– С первого взгляда на тебя я знала, что у тебя были женщины. Много женщин. Но потом засомневалась, узнав, кто ты, – она коснулась пальцем ворота моей рубашки, вызывая приятную дрожь и разливающееся тепло по телу. – Однако ты умело владеешь своим телом, знаешь, как понравиться, – она отвела взгляд и убрала руку. – Умеешь доставлять удовольствие, и отсюда вытекает вопрос.

– Так задай.

Скай выжидательно смотрела на меня, и я прикрыл глаза.

– Я познал женское тело и не один раз. Много. У меня было много женщин. Разных.

– Красивых?

– Да.

– Тебе нравилось?

Я вздохнул.

– Договаривай. Хочу знать, – потребовала она, бросая на меня ревнивый взгляд.

– Нравилось. Это лучшее, что есть между людьми, Скай. Потрясающе, такое сильное чувство. Эмоции. Ощущения. Прикосновения. Ласки. Поцелуи. Недоступные ангелам из-за нашего естественного облика.

– Да, – медленно кивнула она, меряя меня оценивающим взглядом. – И что-то мне слабо верится, что ты никого не любил.

– Я любил многих, – не стоило этого говорить. Нет, не стоило. Не уверен, что она правильно поняла мой ответ. – Я любил многих и не любил никого. Мне просто нравились женщины и их внимание, нравилось проводить время на земле, но я не искал тогда любви. Не грезил ею, не стремился найти, мне было достаточно того, что я имел. Мы познавали женщин, открывали чувства и эмоции, впадали в негу наслаждения и удовольствия. Нам хотелось новых ощущений, чего-то нового, а люди были так похожи на нас внешне.

Она закусила губы, но ни злости, ни осуждения я не увидел. Скорее принятие и облегчение?

– Это хорошо, – она улыбнулась. – Значит, Велиал ошибался, и ты не безнадежен в плане любви.

– Небесная…

– Не надо оправдываться. Я рада, что мы разобрались.

Я поднял брови, не до конца понимая, к чему она ведет и какие выводы для себя сделала. Следовало бы просканировать ее голову, прочитать мысли, но я не стал.

– У тебя дар исцеления, так? Какими способностями обладает Велиал? Он был ангелом и должен тоже что-то уметь.

Странные посыпались вопросы, и смотрела она хмуро, недобро. Напряглась и словно закрылась от меня.

– Зачем тебе это знать?

– Просто ответь на вопрос.

– После падения с Небес его силы изменились, и прежние способности угасли, сменившись другими, низменными.

– Мне нужны свитки о нем. Я хочу узнать кое-что.

– Почему это так важно для тебя? – я подошел к ней, пытаясь приобнять, но Скай выгнулась, как дикая кошка и отпрыгнула от меня.

– Не трогай меня. Не подходи. Не прикасайся.

Я растерялся. В душе появилась такая сильная, опасная боль. Грудная клетка сжалась и словно опустела. В начале разговора она хотела, чтобы я обнял ее, сейчас же убегает и смотрит с болью и обидой. Ничего не понимаю. Что я сделал не так? Как же трудно!

– Я не трону тебя и не подойду, если тебе неприятно, – в груди все сжималось, внутренности словно выворачивало наизнанку. – Но могу я узнать, что не так? Что я сделал не так?

– Ничего. Мне нужны свитки. Надеюсь, что я не права.

Скай

Пока я лежала в ванной, все думала о том, что пережила сегодня, и решила поддаться эмоциям и выплакаться. И это помогло. Стало легче. Аиррэль ухаживал и помогал мне, как мог. Старался угодить. Я хотела, чтобы он обнял меня, поцеловал, прижал к себе и сказал, что все обойдется, но он этого не делал и держал дистанцию. Мне было неловко перед ним, что из-за меня возникло столько проблем. Аиррэль смотрел на меня жалостно и угрюмо.

После ужина он принес мороженое, и я пришла в полный восторг. Он стоял такой красивый