Когда тает лед - Ханна Грейс

– А теперь ты принесешь мне полотенце, смоченное в теплой воде, как это делают в любовных романах? – дразнит Стейси.

– Могу предложить туалетную бумагу или влажные салфетки, если у меня есть.

Игриво цокнув языком, она неуклюже встает с кровати и топает в ванную.

– Я заставлю тебя снова надевать презерватив, а то ты слишком много о себе возомнил.

– Тогда не говори, что у меня большой член, чтобы не раздувать мое эго! – кричу я и улыбаюсь, услышав смех в ванной.

Вернувшись, Стейси захотела снова лечь в постель и свернуться клубочком. Кто я такой, чтобы ей запрещать?

– Итак, что подразумевает быть твоей девушкой? – осторожно спрашивает она, рисуя пальцем узоры на моей груди.

С минуту я думаю, зная, как осмотрительно нужно формулировать ответ, чтобы все не испортить.

– По сути, именно то, как ты сейчас себя ведешь. Просто я хочу свободно называть тебя своей девушкой, не рискуя отпугнуть.

– А мне тебя как называть? Своим парнем?

– Можешь называть меня так, или бойфрендом, или как тебе хочется. Лишь бы твоему сердцу с фобией обязательств было комфортно.

Она молчит так долго, что мне становится неловко.

– Стейси, неважно, как ты меня называешь. Названия не имеют значения, ты все равно моя. Знаю, звучит немного самоуверенно, и я шучу, но хочу, чтобы ты знала: раньше у меня такого не было. У меня никогда не было девушки или обязательств с кем-то. Три месяца – не такой уж долгий срок, но насчет себя я уверен. И насчет тебя тоже.

– Я тоже уверена насчет тебя, – шепчет она, поглаживая порез на моей щеке. – Знаю, все было как-то сумбурно и с кучей проблем, но я благодарна, что ты все это время был со мной.

Я смущенно потираю щетину на подбородке.

– Я… э… наверное, отчасти был виноват в этом сумбуре и неприятностях, если честно, детка. Но я благодарен, что ты тоже была со мной все это время.

Она задумчиво молчит, и я не мешаю, пусть соберется с мыслями. Я начинаю дремать, но Стейси прочищает горло.

– Можно позвать Генри?

Этого я и боялся, поэтому и дурачился вечером. Она тоже явно хотела чем-то отвлечься, но, может, будет лучше, если наконец все узнает.

– Конечно, – отвечаю я. – Сейчас схожу за ним. Если понадобится, за шкирку притащу.

Она легонько бьет меня по руке и смеется.

– Думаю, мы все недооцениваем Генри.

Наверное, она права.

Глава 33

Анастасия

Учитывая, что прошлой ночью Генри затеял драку с тремя парнями, он на удивление бодр, и, насколько я вижу, на нем ни царапины.

Генри заваливается в комнату, запихивая в рот хлопья, и плюхается на кровать. Переведя взгляд с меня на Нейта, он морщится.

– Кажется, тут пахнет сексом.

– Ступаешь по тонкому льду, Тернер, – ворчит Нейт, забираясь обратно на кровать и садясь рядом со мной.

– Можно было подумать, что секс тебя остудит, но, видимо, это не так, брюзга, – бормочет Генри, отправляя в рот очередную порцию хлопьев «Лаки Чармс».

– Полагаю, ты знаешь, почему я попросила Нейтана привести тебя, – перебиваю готовый разгореться бессмысленный спор.

Генри ставит на кровать пустую тарелку и, скрестив ноги, прислоняется к спинке.

– Надеюсь, не для секса втроем, потому что ты не в моем вкусе.

Нейтан запрокидывает голову и, со стоном потирая лоб, смотрит в потолок. Надеюсь, это не мигрень, хотя если кто и способен сегодня вызвать головную боль, так это Генри. Нейт переводит взгляд на него.

– Придурок.

– Что значит я не в твоем вкусе? – шиплю я.

– Слишком маленького роста, – откровенно отвечает он. – Сколько, пять футов и три дюйма? Или четыре? Мне нужна девушка ростом как минимум пять футов девять дюймов[16].

В последнее время произошло много плохого, но это меня добивает окончательно. То есть вообще-то у меня теперь есть бойфренд, хотя мне немного не по себе от этого слова.

– Это дискриминация! – возмущаюсь я. – Хочу подать жалобу.

– Детка, я здесь, – поднимает бровь Нейт.

Генри хихикает и подмигивает Нейту.

– Ага, спасибо. Кажется, Анастасия хочет меня.

– Помнишь, как ты был тихоней? – медленно произносит Нейт. – Скучаю по тем временам.

Закатив глаза, пихаю его локтем.

– Мы отклонились от темы. Генри, ты должен рассказать, какого хрена произошло ночью.

У меня потеют ладони, а желудок скручивается от неприятного предчувствия. Я одновременно хочу и не хочу знать.

– Анастасия, мне не хочется об этом говорить, – отвечает он. – Не потому что хочу солгать, а потому что если ты узнаешь, легче тебе не станет. Аарон молол чепуху, я его ударил, и он ушел. Тебе даже не нужно больше с ним жить. Даже если в следующем году Нейт и Джей-Джей уедут, я-то останусь и смогу за тобой присмотреть.

Я чувствую себя как Гринч, когда у него увеличилось сердце, меня переполняет любовь к Генри. Он даже не подозревает, какой сейчас милый. Но как бы то ни было, мой мозг будет продолжать выдумывать разные ситуации, пока я не узнаю, что произошло на самом деле.

– Генри, мне все равно хотелось бы знать, – тяжело вздыхаю я. – Ты, между прочим, дрался с тремя парнями. Я даже не знала, что ты умеешь драться.

Он морщится и смотрит на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

– Я хоккеист, изучаю искусство, и у меня две мамы. Думаешь, раньше мне никогда не приходилось кому-нибудь врезать?

– Ну ладно, ты крутой, – говорит Нейт. – Только не притворяйся, будто ты рос не в уютном пригороде Мейпл-Хиллс. Расскажи ей, она имеет право знать.

Генри со вздохом кивает.

– Я искал Джен, когда заметил, как он зашел с двумя парнями. Все были явно пьяные. Аарон спросил, где ты, а я велел ему уйти. Он отказался, потому я его ударил.

Я прищуриваюсь, а глаза Генри бегают по всей комнате, только не смотрят на меня.

– Ты мне врешь.

– Я вообще не вру, Анастасия.

– Я знаю, так почему ты врешь сейчас? Что он сказал?

Вздохнув, Нейтан притягивает меня к себе и целует в висок.

– Это тянется с начала октября. Сразу после того, как я попросил тебя привести Лолу на день рождения Робби. Аарон тогда сказал, что будет развлекаться, глядя, как ты меня бросаешь, и что ты так поступаешь со всеми.

– А что потом?

Он мягко поглаживает меня по спине. Генри молча сидит напротив нас.

– Каждый раз, когда у нас была тренировка после вашей и ты уходила в раздевалку, Аарон крутился вокруг Брейди и рассказывал ей, что ты рассеянная, не контролируешь себя на