Ядовитый Шиповник - Мария Морозова

– Теперь понятно, почему ван рибергер так удивился, - пробормотала тихо, – когда понял, что я тебя подозреваю. И… – Меня вдруг осенило. - И как удивился ты сам!

– О да, – с веселой досадой усмехнулся мужчина. – Не думал даже, что меня можно заподозрить в чем-то подобном.

Я закусила губу. Было одновременно и смешно, и неловко. Подумать только, свою теорию о принце-убийце я так увлеченно излагала не кому-нибудь, а именно этому самому принцу. И тот даже не намекнул, что я не права.

– Знаешь, это свинство, – заявила возмущенно. – Мог бы просто сказать, например, что у моего подозреваемого есть алиби, чтобы я не мучилась бесполезными домыслами.

– Прости, - спокойно произнес тот. – Мне показалось, что так будет лучше. Ты сосредоточишься на принце и не станешь искать других претендентов на роль Садовника.

– Сосредоточусь… – проворчала я. - И на празднике в саду… Ты знал, что я тебя подозреваю, и все равно повел гулять в оранжерею!

Вот зря только дергалась и переживала. А он небось отлично веселился, когда водил меня по аллеям.

– Ну я же обещал, что буду рядом, - улыбнулся Хелесар и погладил мою щеку костяшками пальцев.

Злиться тут же расхотелось. Я поняла, что смотрю в янтарные глаза и таю.

– У тебя много вопросов, Эрши. В качестве компенсации могу ответить на все, - предложил Хелесар. - У меня больше нет от тебя секретов.

– Что значит «Эрши»? - тут же спросила я.

– Так на языке моей родины называют цветок, очень похожий на шиповник.

– Шиповник, – ошарашенно переспросила я.

День, когда мы с Хелесаром впервые встретились в саду, вспомнился быстро. Я говорила Герту о цветах, которые хотела бы увидеть на открытке. Пион и шиповник… М-да, соотнести это было просто невозможно. Но готова поклясться: каждый раз, называя меня «Эрши», этот гад в мыслях ехидно ухмылялся.

– И почему мне так сложно на тебя рассердиться? – вздохнула я себе под нос.

– Потому что я безгранично обаятелен? – довольно прищурился он.

– А что ты делал в особняке ван Ольтенов?

– Помогал, - посерьезнел Хелесар. - Как ты знаешь, старший лесс ван Ольтен делает карьеру в Министерстве внутренних дел. Это нравится далеко не всем, потому что лесс слишком принципиален и неподкупен. От него решили избавиться, подставив. Подсунули шкатулку с тайником, в котором хранилось кое-что незаконное. И если бы эту шкатулку у ван Ольтена нашли, скажем, по анонимному доносу, его карьера тут же и закончилась бы.

– О боги, – помрачнела я.

– Просто так избавиться от шкатулки лесс не мог, чтобы не спугнуть своих недругов. Я узнал об этом и решил помочь. Навел на его дом банду воров, чтобы свалить пропажу компромата на них. Бастиан ван Ольтен подсказал, когда в доме никого не будет, и все должно было пройти по четкому плану. Вот только твоя подруга не уехала. А вместе с ней в доме оказалась и ты.

– Потрясающий план, – оценила я.

– Маленький храбрый шиповник, - мурлыкнул Хелесар, склоняясь ко мне с совершенно однозначной целью. – Наверное, именно в тот момент, когда ты попыталась заступить мне дорогу, я в тебя влюбился.

– Влюбился… – выдавила я.

– Разве не заметно?

Хвала богам, ждать моего ответа он не стал. И я снова растворилась в жарком поцелуе. Впрочем, ничуть об этом не жалея.

– А зачем все это? – я неопределенно обвела рукой гостиную, когда Хелесар отпустил. - Зачем ты заманил меня сюда и вывалил на голову это свое предложение? Хотел проверить, откажусь я от Рэйча или нет?

– Нет. – Его лицо на секунду даже стало виноватым. – Прости, я просто не придумал другого способа сделать так, чтобы ты мне сразу поверила.

– Очень сомнительный способ, - проворчала я.

– Сомнительный, - не стал спорить Хелесар. - Зато я услышал то, что хотел услышать.

Мои щеки тут же залило краской. «Я люблю другого человека…» Ну конечно, что еще он сейчас мог иметь в виду. Впрочем, рано или поздно, мне все равно пришлось бы это признать. Я не привыкла обманывать себя. И хорошо, что между осознанием собственных чувств и откровением Рэйча прошло всего пара минут. А то сколько я бы страдала, считая, что моя любовь безнадежна и оберчена?

– Послушай. - Мне вдруг подвернулся повод сменить тему. - Ты же признанный сын короля. Старший сын. И это значит, что ты имеешь право оспорить первенство Барента на престол.

– Имею, но никогда не буду этого делать. После первого заговора я подписал бумагу, где отказался от любых прав на корону.

– Хвала богам, – выдохнула облегченно. – Вот уж о чем никогда не мечтала, так это о том, чтобы стать королевой.

– Это значит, - голос Хелесара стал тихим и вкрадчивым, - что ты все же принимаешь мое предложение?

– А оно было настоящим? - выпалила я, разглядывая диванную подушку.

– Ну конечно. И я не соврал тебе ни словом, когда делал его. Разве что только в части чувств, которые между нами есть. Теперь ты знаешь, что мной руководят именно они, а не трезвый расчет.

– Ну да.

– Эрши-и-и…

Я решилась и подняла на мужчину взгляд. Он смотрел на меня спокойно и внимательно, ожидая ответ. А что я могла ответить? Сегодня утром еще не подозревала, что все может перевернуться с ног на голову, а теперь должна принять самое важное решение в своей жизни. И не ошибиться.

Если отбросить чувства, тановится очевидно, что надо мной нависла перспектива выйти замуж за настоящего принца. А значит – принять все обязательства и ограничения, которые неизбежно появятся в моей жизни. Вот только это не самое сложное. Обязательства я бы как-нибудь пережила. Наверное, самое сложное заключается в том, что мне придется смириться с и репутацией Хелесара, его необходимостью играть роль того, кем он не является на самом деле. Научиться отмахиваться от сплетен и слухов. Не обращать внимания на чужое злорадство, на зависть женщин, которым, несмотря ни на что, захочется оказаться на моем месте.

Но с другой стороны, это значит, что рядом будет самый надежный, чуткий и понимающий человек. Мужчина, который никому не позволит меня обидеть. От одной мысли об этом