Окутанные тьмой - Элен Форт

– Да, госпожа? Чего изволите? – От издевательского тона по коже прошел холодок.

– Что на тебя нашло?

– Жизнь, госпожа. Видите, какой она бывает жестокой и несправедливой сукой? Кто-то выходит замуж за богатеев и переезжает в дом, который еще недавно костерила. А кто-то, – ткнув пальцем себе в грудь, он сглотнул желчь, – забывается в дешевой выпивке.

Заглянув вовнутрь дома, я увидела разбитую посуду, пустые бутылки, всюду разбросанные листки пергамента и много грязи.

– Ты так и не принял его смерть…

– Не принял! Потому что она была странной и нелепой! Я нашел кое-что… – Проведя по сальным волосам, мужчина прервался.

– Что ты нашел?

– Несколько писем. Макс обсуждал странные вещи… с некой Анной М.

О небеса! Нет, нет, нет. Его испытующий взгляд въелся мне в лицо. В глаза…

– Странно. Мне всегда казалось, что они серыми…

– Ах, это… это… – Слова разом вылетели из головы. Я совершенно запамятовала, что мой уникальный цвет глаз вернулся.

Ударяя по деревянной двери так, что петли издали протяжный скрип, Стив сжал губы и поморщил нос с заживающей ссадиной на горбинке.

– Проваливай! Карнелия, верно? – Его глаза еще раз скользнули по мне и превратились в две узкие щелочки. – Имя… Глаза… Твоей же безопасности ради – уходи. Ибо еще немного, и я начну строить очень страшные домыслы, которые выльются не в твою пользу, милочка!

Попятившись, я врезалась в чью-то грудь и две руки с силой притянули меня к себе. Носа коснулся знакомый запах мяты и хвои. О нет.

– Не очень-то радушно вы принимаете мою жену, мистер Стивен Стаусс.

– Господин… – Стушевавшись лишь на мгновение, Стив выпрямился. – Уж простите, не в том состоянии отвешивать реверансы.

– Досадно. – В тон отозвался Брессер. Стоя темнее тучей позади меня, он крепко стискивал мою талию. Закусив губу, я заерзала, намереваясь скорее отстраниться, еще бы чуть-чуть и мои кости просто не выдержали.

Во взгляде Стива проскочило нечто странное, озлобленное… Заметил ли это Ричард? Сердце гулко застучало. Что он мог прочесть в тех письма?

– Даже на свадьбу не пригласили, госпожа. А вроде как друзьями были. – Усмехаясь, он сунул руку в карман, и быстро изъяв оттуда колбу, плеснул содержимое мне прямо в лицо. Брызги, несомненно, попали на Ричарда, и я готова была поклясться, что услышала шипение разъедающейся кожи.

– Ты сума сошел?! – Наигранно воскликнула я, вытирая рукавом платья лицо. – Надеюсь это просто вода, а не какие-то отходы!

Ангелика. Не будучи вампиром, я все равно почувствовала ее резкий запах. Стиснув челюсть, Брессер стоял, какое-то время не двигаясь. Думаю, он мне еще скажет «спасибо», ведь я специально шагнула чуть влево, чтобы весь отвар достался мне. Но страшило то, что Стив знал о вампирах… И лишь небесам известно, что было узнано им из тех треклятых писем.

– Прости. – Мужчина растерянно отшатнулся, бросая пустую колбу в листву. Он явно ожидал увидеть нечто более грандиозное. – Я… я не понимаю…

– Зато я прекрасно вас понял. – Оскалившись, Ричард решительно протиснулся мимо меня. – Благо в этой склянке была обычная вода, а не кислота! Вы посмели напасть на мою жену, ведь иначе это никак не назовешь! Вы заслуживаете…

– Господин, прошу вас. – Сложив ладони в молящем жесте, Стив не дал закончить Брессеру предложение. – У меня и в мыслях не было…

– Смеешь перебивать меня?! – Его кожа горела, а зрачки резко увеличились.

Замахнувшись, он намеревался ударить Стива, а то и вовсе снести голову. Проскочив под локтем, я схватила обожженное запястье. Так и знала.

– Ричард, прошу, не трогай его! Он просто пьян, вот и творит всякую несуразицу.

Выдохнув, Стив перевел на меня взгляд полной благодарности. Надеюсь это послужить ему хоть каким-то уроком, и разобьет возведенные, как стены крепости, домыслы.

Переплетя наши пальцы, Брессер бросил последний взгляд через плечо, как раз в тот момент, когда Стив скрылся за дверью и громко защелкал засовами.

Стоило нам отойти, как я принялась вырываться.

– Поверить не могу, ты все же сбежала! – Прорычал он, до хруста сжимая мои пальцы. – О, Всевышний, дай мне терпения! Ладно бы ты просто затерялась среди торговцев, идя через главный вход, но ты бежала лесом! Лесом, Канни!

– Не кричи на меня! – Не прекращая попыток высвободиться, воскликнула я.

– А если бы тебя перехватили твари Темного, что рыщут в поисках свежей крови? Вот бы радости у них было! – Резво остановившись, он повернулся ко мне и, не сбавляя хватки, вцепился в предплечья. – Идиотка, я же тебя защитить пытаюсь!

– Я не просила твоей помощи! Кровавый Лорд желает защитить от Темного Владыки, это звучит, как неудавшаяся шутка. Ты все решил за меня… А я… я не хотела возвращения! – Выкрикнула я крайние слова, что есть силы. – Я желала исчезнуть и желаю сейчас! Ибо все смерти случились по моей вине… Я все время вспоминаю Макса, представляю, как бы он славно жил, думаю о покое Дрейка, покое Софи и Милены. Да, она не была мертва, но она была близка к этому. Случись обвал и все бы закончилось. Тьма бы не пожирала людей, не раскидывала их тела по городу! И даже Анна… она бы тоже обрела счастье.

Губы Ричарда дрожали, а лицо было непроницаемым. Разжав пальцы, он попятился.

– Ты подумала обо всех, но только не обо мне. – Рвано выдохнув, он провел пятерней по волосам. – Идем, скоро стемнеет. Может для тебя время и пролетело с молниеносной скоростью, но хочу заметить, ты отсутствовала несколько долгих часов.

Невыносимо! Я словно говорила в пустую стену! Гнев и досада окутали все мое существо.

Плетясь следом, рассматривая деревья, кустарники и тележки с разнообразными вещицами, в мыслях всплыло одно коротенькое «розелла».

– Что такое розелла? – Тихо проговорила я в напряженную спину.

– Что? – Покосился Ричард, сбавляя шаг, позволяя мне его нагнать.

– Розелла. Так ко мне обращался Темный. Но что это значит? – Затаив дыхание, я заглянула в голубые, как вершины айсберга, глаза.

– Розелла иначе Гибискус. Цветок смерти. – Ахнув, я приложила ладони к груди. – Он вырвал тебя из небытия, не дал костлявой с косой заполучать в полной мере. – Звучало довольно жутко, но вполне логично. Стоило ли у него узнать про странную, темную полосу, обнаруженную мной во время побега?

Заметив, что я снова отстала, погрузившись в размышления, Ричард прикрикнул:

– Поторопись, дикая роза. Абель не простит, если ты пропустишь ужин.

Остановившись вовсе, на площади близ крохотного фонтана в виде стоящего на коленях человека с чашей в руках и венком на голове и скамьи в окружении терновника, я уставилась в удаляющуюся спину.

Шаг,