Эллиот Майлз - Т. Л. Свон

– Все, Тристан – покойник! – шипит он.

Я бросаюсь ему наперерез и обеими руками колочу его по груди, как по барабану, теряя над собой контроль и неудержимо соскальзывая в панику.

– О боже мой, Эллиот! Они решат, что я шлюха! Они решат, что я шлюха!

– Ты думаешь, что у тебя проблемы? – сердито шепчет он, указывая на свой член: тот стоит наизготовку и, судя по его виду, тоже гневается. – Это не совсем то, что я хочу показывать матери перед завтраком, Кэтрин!

– Эллиот! – окликает Тристан из-за двери.

– Готовься к смерти, гад! – грозит ему Эллиот.

– Нам… уйти?

– Да!.. Нет!.. Я хочу, чтобы мама и папа познакомились с Кейт! – кричит Эллиот.

Теперь и я хватаюсь за голову.

– Они уже познакомились со мной – с драной шлюхой! – скулю я в отчаянии.

– Одну минуту, – громко говорит Эллиот брату. – Идем, оденемся, – шепотом – мне, направляясь в гардеробную.

Я бегу за ним, как ребенок.

– Что я им скажу?!

Он смотрит на меня, словно не находя слов, а потом пожимает плечами.

– Что тебе нравится мой член.

Вся пикантность ситуации наконец доходит до меня, и я, прижав ладони ко рту, заливаюсь нервным смехом.

– Будь, пожалуйста, посерьезнее, ладно? – шепотом прошу его.

– Слушай, я не знаю, что тебе следует сказать. – Он роется в моем чемодане. – У меня тут собственные проблемы. Я только что продемонстрировал матери свой волосатый шлем.

Стараюсь смеяться потише, но не получается.

– Что это еще такое – волосатый шлем?

– Это колоссальная проблема. – Он швыряет мне платье. – Давай уже, одевайся!

Он стремительно, как солдат по тревоге, натягивает джинсы и футболку. Укоризненно смотрит на свой пах.

– Ага, вот теперь, после того как уже разрушил мою жизнь, ты решил успокоиться! – сердито выговаривает он.

Я улыбаюсь, надевая через голову платье, бегу в ванную, разглаживаю складки и наскоро умываюсь.

Эллиот подходит к двери и протягивает мне руку.

– Идем.

Зажмуриваюсь, чувствуя, как каждая моя клетка пищит от ужаса.

– Все в порядке, не волнуйся.

Заглядываю ему в глаза.

– Ты правда думаешь, что ничего страшного?

– Конечно, ничего, подумаешь, ерунда какая! – Он открывает дверь и вытаскивает упирающуюся меня из спальни. Все его семейство обнаруживается в гостиной.

Кристофер, Джеймисон и Тристан сияют дурацкими улыбками, словно сегодняшнее утро – лучшее, что случилось с ними в жизни. Их мать и отец сидят в задумчивости на другом диване.

– Мама и папа, – широким жестом простирает руку Эллиот, – это Кэтрин! Кэтрин, это Элизабет и Джордж, мои родители!

Его мать поднимается с натянутой улыбкой.

– Рада знакомству.

– Прошу прощения, мне очень жаль, – едва слышным шепотом говорю я, пожимая ей руку. – Мне и в самом страшном кошмаре не могло привидеться такое знакомство с вами.

Джордж тоже встает с дивана.

– Это еще ничего, дорогая, ведь ты могла быть и на одной из этих твердых поверхностей!

Братья Эллиота бессовестно ржут, а мои щеки мгновенно заливаются краской. Никогда в жизни мне не было так стыдно.

– Это невозможно. Я девственник, пап, – ворчит Эллиот и целует мать в щеку. – Извини, мама.

Она улыбается сыну, глядя на него с обожанием.

– Ничего страшного, дорогой, извини, что помешали.

И переключает внимание на меня:

– Итак… Кэтрин…

– Кейт, – поправляет ее Эллиот.

Сердце мое колотится так шумно, что кажется, будто оно не в груди, а в ушах.

– Кэтрин… вы работаете у нас, верно? – спрашивает Джордж.

– Да, сэр, – отвечаю я, вздрогнув. Кто-нибудь, убейте меня немедленно.

– Она возглавляет айти-отдел в Лондоне, – с гордостью улыбается Эллиот. – И чертовски хороша в своем деле.

Элизабет мягко улыбается, разглядывая меня. Я чувствую, что от ее зоркого ока ничто не спрячется.

– Кто хочет кофе? – разряжая обстановку, спрашивает Тристан.

– Я, – отвечаю чересчур поспешно.

Вслед за мной раздается нестройный хор:

– Я тоже!

– Да, и мне!

Тристан смотрит на Джеймисона и Кристофера.

– Идемте, поможете, – говорит он. Братья поднимаются с дивана, и Тристан, проходя мимо стола, как бы невзначай дважды постукивает по нему со словами: – Кстати, вот тут одна твердая поверхность.

Джеймисон хмыкает и, подхватывая игру, так же стучит по комоду.

– Тверже не бывает, – одобрительно кивает он.

Вся троица скрывается в кухне, и мы слышим оттуда еще два громких «тук-тук».

– Опа, еще одну нашел! – доносится веселый голос Кристофера.

Эллиот изображает фейспалм, а Джордж улыбается мне:

– Не обращайте на них внимания, дорогая, глупые головы радуются глупым шуткам. – И уходит вслед за ними.

– Значит, это та самая девушка, которую ты привез познакомить со мной? – спрашивает Элизабет.

– Да, это она, мама, – отвечает Эллиот.

Нервы дрожат как струны.

– Не думай о том, что случилось утром, дорогая, – обращается она ко мне, – я ко всему готова. Не забывай, я вырастила четверых очень непослушных мальчишек.

Я киваю, благодарная за ее доброту.

– Чем собираешься сегодня заняться, Кейт? – улыбается она. – Я хотела бы угостить тебя обедом.

Эллиот хмурится, ее предложение явно застигло его врасплох.

– В этом нет необходимости, мам…

– Чепуха, Эллиот, – обрывает она его. – Когда ты позвонил мне заранее и сказал, что у тебя есть девушка, с которой ты хочешь меня познакомить, я подумала, что она из Нью-Йорка.

Перевожу взгляд на Эллиота: ты звонил заранее?

– Но теперь, когда я знаю, что у нас мало времени, чтобы как следует познакомиться, я забираю Кейт на обед. – Она смотрит на меня. – Разумеется, если она захочет.

Это, пожалуй, последнее, чего я хочу. А вслух безбожно вру:

– С удовольствием!

Она улыбается.

– Я попрошу Хендерсона забрать тебя в час.

Киваю. Земля, молю тебя, разверзнись и поглоти меня и никогда-никогда не возвращай обратно.

– Отлично.

Она поднимается с дивана.

– Джордж, дорогой! – зовет мужа. – Мы уходим.

– Но я еще кофе не попил!

– Попьем за завтраком.

Нет никаких сомнений в том, кто в этой семье главный. Она поворачивается ко мне:

– Ну что, увидимся в час?

– Да, конечно.

– А сегодня вечером, – продолжает она, – будет общий семейный ужин дома у Тристана. Ты сможешь познакомиться со всеми моими очаровательными внуками.

Заставляю себя улыбнуться и киваю. Нет, я хочу перейти на следующий уровень, но это происходит слишком уж стремительно.

– Потрясающе!

Муху бы мне сейчас проглотить – ядовитую, чтобы этак на неделю лечь в больницу.

В гостиную возвращается Джордж и протягивает мне руку:

– Увидимся вечером, милая.

Чета Майлз уходит, и как только дверь за ними закрывается…

– Ну все, вы покойники! – орет Эллиот. – С какого перепугу вам вздумалось привести сюда родителей? Что это за гребаная подстава?!

Из кухни раздается взрыв хохота.

Тристан входит в гостиную с двумя чашками кофе.

– Это было лучшее шоу в моей