Жестокие игры - Диксон Уиллоу

— Так мы не будем держать все в секрете, когда вернемся в школу? — осторожно спрашиваю я.

— Конечно, нет. Зачем нам это? — Он бросает на меня недоуменный взгляд.

— Не знаю, я просто подумал, что с учетом того, что мы сводные братья…

Он фыркает от смеха.

— Поверь мне, когда я говорю, что странно, что мы не начали трахаться до сих пор. Почти все, кого я знаю, у кого есть сводные братья и сестры, близкие по возрасту и не уродливые, трахались с ними хотя бы раз. Никто не будет об этом заботиться. — Он протягивает мне руку.

— О, это успокаивает. — Я беру ее и иду рядом с ним. — А как насчет того, что мы братья?

— Ты имеешь в виду то, что ты парень?

Я киваю.

— Не обращай внимания на то, что люди думают об этом, — говорит он, пожимая плечами. — Тебе это важно? — Он бросает на меня быстрый взгляд.

— Нет, — быстро отвечаю я. — Я имею в виду, что люди всю жизнь называли меня геем, потому что я не хожу на свидания, а моими единственными друзьями всегда были девушки. Я привык, что люди говорят обо мне гадости, но ты — нет.

— Ты действительно думаешь, что люди будут говорить гадости обо мне, потому что я трахаюсь с парнем? — Он игриво поднимает бровь. — В смысле, они могут, но это их проблема. Кажется, глупо злить меня из-за этого, но ладно. Не моя проблема.

Я хихикаю, когда мы вместе спускаемся по задней лестнице.

— Ты мог бы дать мастер-класс по тому, как не обращать внимания на чужое мнение.

Он сжимает мою руку.

— Обещаешь, что скажешь мне, если кто-нибудь будет за это к тебе придираться? Ты можешь поступать с ними как хочешь, но просто скажи мне, ладно?

— Обещаю.

Через несколько минут Киллиан открывает дверь в подвальный бассейн и проводит меня внутрь.

Бассейн предназначен специально для плавания, и представляет собой одну дорожку, протяженность которой почти равна стандартному бассейну. Это было место, куда я всегда убегал, когда был дома, так как никто его не использует, и где я продолжал тренироваться во время школьных каникул.

В воздухе витает сильный запах хлора, но он не угнетает, а наоборот, вызывает чувство знакомости.

— Подожди здесь, — говорит Киллиан и указывает на место рядом с дверью.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я, стоя на указанном месте.

— Проверяю периметр.

— Тебе не нужно этого делать. Мы оба знаем, что здесь безопасно.

— Тебе будет спокойнее, если я это сделаю?

Я киваю. Это немного неловко, но видеть, как он проверяет помещение, поможет мне избавиться от беспокойства, которое не дает мне покоя с тех пор, как мы вышли из его комнаты.

Он подмигивает мне и тщательно проверяет помещение, а его серьезность помогает мне преодолеть смущение.

Когда он заканчивает, он садится на один из шезлонгов, а я снимаю одежду.

Я чувствую его взгляд на себе, когда иду к глубокой части бассейна, и жду, когда меня охватит паника, когда я стою на краю и смотрю в воду.

Но этого не происходит, и я сажусь на край и скольжу в глубину.

Вода немного холоднее, чем в бассейне дома, но вместо того, чтобы паниковать или сходить с ума, я чувствую прилив сил от знакомого ощущения возвращения в воду после столь долгого перерыва.

Почти опьяненный облегчением, я смотрю на Киллиана.

Он улыбается, и гордое выражение его лица только укрепляет мою уверенность.

Я быстро хватаюсь за край, чтобы оттолкнуться и начать плавать. Я испытываю момент страха, когда моя голова погружается под воду в первый раз, но я вспоминаю, что Киллиан сидит на краю и наблюдает за мной, и страх исчезает, прежде чем я всплываю.

Как только я всплываю, я начинаю грести и сразу же вхожу в ритм. Все лишние мысли в моей голове утихают, когда я сосредотачиваюсь на каждом моменте и забываю обо всем, кроме того, как хорошо быть снова в воде и как все это благодаря тому, что у меня самый замечательный парень, о котором я только мог мечтать.

***

— Детка? — тихо спрашивает Киллиан, когда я прижимаюсь к нему.

Мы только что провели почти час, занимаясь сексом, и это было не похоже ни на что из того, что я испытывал раньше. Это было сладко и нежно, и Киллиан большую часть времени ласкал мое тело и сосал меня, пока я не возбудил так, что я практически набросился на него и скакал на его члене как сумасшедший, пока мы оба не кончили.

После плавания и секса я официально вымотался.

— Да? — Я стараюсь не улыбаться слишком широко. Мне нравится, что он начал так меня называть, и мне очень нравится, как естественно это звучит.

— То, что ты сказал раньше, перед зеркалом.

Моя улыбка исчезает. Я ждал, что он заговорит об этом, с тех пор как эти слова вылетели из моего рта.

Я не помню многое из своего срыва. Я даже не помню, как ударил зеркало и поднял осколок. Чувство вины за то, что произошло, было ошеломляющим. Я не мог перестать думать о том, что Джейс пострадал из-за меня, и я сорвался. Следующее, что я помню, — это то, что Киллиан ворвался в ванную, а я изливал ему свои самые сокровенные и мрачные мысли.

— Ты все еще так чувствуешь? — спрашивает он.

— Не совсем. Иногда да, но не сейчас.

— Обещаешь, что скажешь мне, когда будешь так чувствовать, чтобы я мог помочь тебе справиться с этим? — Он целует меня в лоб и обнимает еще крепче. — Пожалуйста?

— Обещаю. — Я прижимаюсь губами к его теплой груди.

— Спокойной ночи, — тихо говорит он. — Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, — говорю я, благодарный ему за то, что он не давит на меня по поводу того, что произошло ранее.

Я знаю, что у него есть вопросы, но сейчас я не в том состоянии, чтобы на них отвечать. Я отвечу, но не сегодня.

Он просовывает палец под мой подбородок и поднимает мое лицо, чтобы поцеловать. Я вздыхаю, прижавшись к его губам, и расслабляюсь, чувствуя, как меня охватывает усталость. Он целует меня в кончик носа, от чего я хихикаю, как чертова девчонка, и прижимает меня к себе.

Я прижимаюсь к нему и закрываю глаза, сон уже одолевает меня.