Ключ-стражи - Анастасия Шакирова

Мягко взмахивая крыльями, грифка набирала высоту. Седло уже почти не качалось, верхом на звере было неожиданно мягко и удобно. Рэн снова заставил Милену зависнуть в воздухе и что-то сказал, обращаясь ко мне. Я помотала головой – почему-то заложило уши.

– А?!

– Нэк, обернись! Посмотри на город!

Я послушалась.

В сиянии послеполуденного весеннего солнца перед нами лежала Пристань. Было видно Мастерскую, зелень небольших парков, здание Академии и прямоугольнички строений вокруг нее. Разноцветные черепичные крыши, люди – как муравьи, ползущие по узким улочкам. И блеск Ори. Такое красивое место... и такое крохотное с высоты. Такое, наверное, хрупкое.

Рэн молчал. Милена издала странный вопросительный звук, похожий одновременно на свист и щелканье.

– Пора? – наконец предложила я.

– Угу, – рыжий хлопнул Милену по шее. Грифка плавно развернулась, и мы полетели над лесом, прочь от города.

Вскоре выяснились две вещи.

Первое: парить в небе, оказывается, не так уж страшно. То есть, конечно, разжать руки, которыми я цеплялась за Рэна, меня не заставил бы даже целый взвод Лансов, обещающих деньги, славу и процветание, но зажмуриться и верещать от ужаса уже не хотелось. По крайней мере, хотелось не так сильно, как вначале.

Второе: с воздуха, гоблин его заешь, лес выглядит совершенно не так, как с земли. И я понятия не имею, где искать эту трижды растреклятую просеку! Тогда она показалась мне огромной, не потеряешь, а теперь... Мы уже дважды снижались, увидев просвет среди деревьев, и оказывались то на вполне цивилизованной вырубке, то на поляне с одуванчиками.

– Нэк, – в десятый раз терпеливо повторил Рэн, – постарайся вспомнить приметы.

– Я помню! Красный дуб у дороги, тропинка поворачивает вправо, потом прямо до гнилого пня... Не поверишь, маги умеют в лесу ориентироваться! Я этот лес знаю три года как!

– И где твое хваленое ориентирование теперь?

– Я сказала – «в лесу», а не «над ним»!

– А если мы попробуем начать заново от тех ворот, через которые вы вышли?

– Может, проще спуститься и пешком пойти?

– Тогда мы потратим гораздо больше времени. Лететь быстрее.

– Мы его и так тратим...

Милена хрипло и раздраженно клекотнула. Она явно не привыкла к тому, что всадники ссорятся на тему «куда лететь», поворачивая то туда, то сюда. Грифка помотала головой, потом щелкнула клювом и уставилась куда-то вдаль.

– Она что-то заметила! – с восторгом сообщил рыжий. – Может, темное колдовство?

– Скорее, какую-нибудь потенциальную еду...

Йер их разберет, этих грифонов, может, у них встроенное чутье на магию Ворона и боящихся высоты девчонок. Милена развернулась; кажется, в той стороне мы уже побывали, но ей виднее. Грифка легко скользила над верхушками деревьев. По взаимному уговору мы смотрели в разные стороны, чтобы не пропустить: я направо, Рэн налево.

– Вот оно! – Рэн подпрыгнул в седле, и мне пришлось крепче вцепиться в рыжего. – Уй! Нэк, полегче. Смотри, ведь похоже?

– Вроде, – с сомнением протянула я. Честно говоря, я уже совершенно потерялась, и лишь устало надеялась, что домой-то меня отвезут. Но, кажется, это все-таки та, нужная просека. Поваленное дерево, выжженная пятнами трава — как будто здесь горели разом полдюжины костров.

Рэн негромко просвистел – дал Милене команду садиться. Грифка встопорщила перья, место ей, похоже, не нравилось, и я ее не осуждала. Но, послушавшись всадника, зверюга стала неохотно снижаться. Посадка получилась на удивление мягкой, Милена приземлилась на все четыре лапы и сложила крылья. Рэн легко спрыгнул с седла и протянул мне руку. Ноги, как ни странно, не затекли, зато слегка пошатывало – после покачивания седла сложно было привыкнуть к твердой и надежной земле. Набравшись храбрости, я осторожно погладила Милену по шее. Грифка фыркнула, но цапнуть, по крайней мере, не попыталась.

Рыжий, присев на корточки, изучал границу зеленой травы и черного пепла. Я осматривалась. В прошлый раз мы были с другой стороны просеки... или нет? Ледяные пятна давно растаяли, остались лишь следы от огня.

— А ходить по этим... обгорелым... безопасно?

– Лиарре с Лансом нормально было.

– Может, героям нормально, а у остальных шерсть на ушах вырастает?

Я потыкала землю носком сапога, под слоем пепла она была твердая, как камень. Ничего — уши даже не почесались. Корни дерева, вырванного из земли, словно морковка из грядки, сиротливо торчали вверх и вбок, а в его тени, как ни в чем не бывало, цвела крестокровка. Странно, мне казалось, что поваленных стволов было больше. Или просто у страха глаза велики?

— Ничего себе тут огненные шары летали, — уважительно присвистнул Рэн, на коленках обползая границу пепла и травы. Вытер лоб тыльной стороной ладони, тут же перепачкавшись в золе.

— Огненные плети, — поправила я. — Не знаю никаких огненных шаров, мячей и прочей ерунды. Этого даже в легендах нет.

— Ты чего — точно шары! Гляди, какая дырка!

Я посмотрела на указанную «дырку». Да, действительно, ровный выгоревший круг, как по циркулю чертили, шагов пятнадцати в